Молчание леди - Куксон Кэтрин - Страница 69

— Она с тобой заговорила?

— Да, заговорила. И просто удивительно, как Ричард понимает, что она имеет в виду. Когда она протянула мне руку и сказала: «Славная», я не знала, что ответить, а Ричард, глядя на нее, произнес: «Да, правда. Она очень славная». А она кивнула и повторила его слова: «Очень славная». Когда Ричард мягко сказал ей: «Она будет твоей невесткой, мы хотим видеть тебя на нашей свадьбе», она повернулась к нему и сказала: «Скоро», а ее лицо при этом было очень грустным. Тогда он посмотрел на меня и сказал: «Да, скоро». Это было выше моих сил. Я просто выбежала из комнаты. Я поняла, что вот-вот тоже заплачу, как и он.

Голос Александра был тихим и ласковым, когда он произнес:

— Ты очень славный человечек, Джеки, а Ричарду просто повезло, что он встретил тебя.

— Мне тоже повезло, Алекс. По роду своей деятельности я бываю в разных конторах, сталкиваюсь с разными людьми, и многие из них… ну просто свиньи. Они относятся к тому типу людей, которые смотрят на женщин свысока, как на низшие существа, с которыми, соответственно, можно грубо обращаться.

— Не может быть.

— Может. Вы, существуя в своем маленьком мирке, не знаете, что происходит в большом мире. А я к двадцати годам уже умела дать отпор.

— Это правда?

— О да, правда. Так что вы говорили, Алекс? Мне повезло, что я встретила Ричарда?

В этот момент от кнопки на краю его стола донеслось жужжание, и ледяной голос сказал:

— Мистер Армстронг, вас просит к телефону мисс Армстронг.

Он поднял трубку и сказал:

— Алло.

— Он вернулся.

— О, прекрасно! И где его носило?

Последовал короткий смешок:

— Он был в двух местах. Сначала у слесаря, чтобы тот сменил замок в двери его квартиры: зная своего старика, он не исключает, что тот может послать кого-нибудь очистить ее. Ведь у него есть ключ, и это, конечно же, тоже его собственность. Второе место, — здесь она уже рассмеялась, но продолжила: — Ну, он пошел и выпил. И не одну рюмку. Нет, он не пьян, хотя его состояние и близко к этому. Но, полагаю, что ему это было необходимо после такого испытания. Хотелось бы мне, чтобы ты в этот момент был здесь. Он сразу прошел в комнату к матери, и, Алекс, я уверена, что она почти смеялась.

— А почему?

— Потому что, извинившись перед ней за продолжительное отсутствие, он сказал: «Мама, я пьяный. Я напился, потому что сегодня осуществил то, что хотел сделать в течение многих лет». Я уверена, что на самом деле она не поняла, что он имел в виду, но издала горлом звук, похожий на смех, и подняла руки к его лицу, а потом осторожно обняла его. Приятно было это видеть, Алекс. Я как-нибудь расскажу тебе подробнее.

Положив трубку на место, Александр посмотрел на Джеки и спросил:

— Ты уловила, о чем шла речь?

— Он поменял замок или что-то в этом роде, и он напился.

— Да, и это практически все, — Александр смеялся.

— Бедный Ричард! Похоже, он сделал то, что хотел. А теперь пойду, потому что хочу посмотреть, как он выглядит в пьяном виде.

Когда он провожал ее до двери, она тихо сказала:

— Я так люблю его, Алекс.

Он открыл дверь, а она потянулась к нему и поцеловала его, добавив:

— И вас я тоже люблю.

— Давай, иди! — сказал он, подталкивая ее.

И она прошла мимо стола мисс Фэйвэзер, собираясь ей улыбнуться, но та стояла к ней спиной и что-то искала в застекленном шкафу, где хранились досье.

В течение следующего получаса или около того Александр занимался документами, которые могли ему понадобиться для завтрашнего неприятного дела, поскольку ему все же придется поехать к этому проклятому старику. Согласно завещанию, не было никаких других наследников; абсолютно все он оставлял сыну, Ричарду Мортимеру Бейндору. Александр позвонил, чтобы мисс Фэйвэзер пришла в кабинет и дописала под диктовку оставшиеся письма.

Когда прошло около трех минут, а она никак не отреагировала на сигнал, означавший, что он ее ждет, он снова позвонил. А когда она снова не отреагировала на его звонок, он поднялся и, выглянув в соседнюю комнату, посмотрел в сторону письменного стола. Ее там не было. В конце коридора была комната отдыха, где персонал мог отдохнуть во время перерыва, но он не любил заходить туда. Однако едва он снова устроился за своим письменным столом, дверь открылась, и вошел Джеймс.

Джеймс не стал садиться, а сразу же обратился к отцу:

— Что такое ты сделал или сказал мисс Фэйвэзер?

— Я? Кому и что я сказал?

Джеймс сказал громче:

— Твоему секретарю.

— Что я ей сказал? Я просто диктовал ей письма. На что ты намекаешь?

— Она хочет подать заявление об уходе. Ты впервые об этом слышишь?

— Что она хочет?

— Ты же слышал, что я сказал. Она хочет подать заявление об уходе. Она говорит, что с нее хватит этих долгих пятнадцати лет.

— С нее хватит чего?

— Твоего общества, отец.

Джеймс пододвинул стул поближе к столу и уселся на него.

— Иногда ты бываешь слеп и глух и не понимаешь, несмотря на свой острый ум законника, чаяния других людей.

— Будь добр, объясни мне, что ты имеешь в виду.

— Я говорю о твоем секретаре и твоем поведении относительно нее.

— Мое поведение? Оно было безупречным.

— Да, черт побери. Но я хочу сказать… слишком безупречным. Ты всегда был чересчур церемонным: мисс Фэйвэзер то, мисс Фэйвэзер это. Мисс Фэйвэзер займется тем и мисс Фэйвэзер займется этим. Да, а мисс Фэйвэзер, позволь заметить, будет большой потерей для фирмы. Спустись в хранилище и посмотри на досье. У нее есть практически все документы, начиная с первого дня ее работы здесь. Тогда ей было двадцать пять лет, и она уже была высококвалифицированным секретарем. И с того времени она стояла на страже наших интересов, как никто другой не смог бы на этом месте. Ты так не считаешь?

Александр откинулся на спинку кресла и спросил:

— Ради всего святого, на что ты намекаешь?

— На тебя, отец, — голос Джеймса звучал устало. — Даже тогда, когда мама еще была жива, эта девушка была к тебе неравнодушна.

— Что?!

— Ну, называй это как хочешь. Как я уже сказал, это началось задолго до смерти мамы, а с тех пор прошло уже десять лет.

— А что такого я сделал сегодня, чтобы заставить ее изменить свое мнение?

— Только то, что, как она считает, ты собираешься жениться на девушке, которая годится тебе во внучки.

— Что я собираюсь сделать? Я никогда ничего ей не говорил относительно того, что снова собираюсь жениться или…

— Нет. Но сегодня к тебе приходила юная леди, не так ли?

— Да, приходила. И эта юная леди невеста Ричарда. Она искала Ричарда, как и все мы сегодня.

Пришла очередь Джеймса откинуться на спинку стула, а потом он, смешавшись, спросил:

— Ах, так? А как вы с ней расстались?

— С кем расстались?

— С Джеки, конечно.

Александр задумался, а потом неожиданно фыркнул, давясь смехом, и воскликнул:

— О Боже! Непосредственно перед тем, как я открыл перед ней дверь, она сказала мне, что очень любит Ричарда, а до того у нас был долгий разговор о том о сем. Потом… ну, когда я открыл дверь, она потянулась ко мне и поцеловала меня в щеку, сказав, что меня она тоже любит.

— Это-то, должно быть, и стало причиной. Я увидел, что мисс Фэйвэзер сидит в комнате отдыха и плачет навзрыд. Но она твердо решила уволиться. Даже когда она узнает, что это девушка Ричарда, это ничего не изменит. Полагаю, как она и сказала, с нее действительно хватит.

— Ну и что, по твоему мнению, я должен сделать?

— Стать помягче.

— Помягче?

— Да, ты обращаешься с ней как с механизмом. А она — мисс Фэйвэзер. Она единственная сразу же может найти то, что тебе нужно. Благодаря ей ты можешь уйти из конторы в любое время дня, а работа будет продолжаться. Она просто мисс Фэйвэзер.

Александр снова откинулся на спинку кресла с выражением смятения на лице. Потом высказал свои мысли вслух.

— Посмотри на меня, — сказал он. — Мне почти шестьдесят, а она женщина в расцвете лет. Ей всего сорок.