Молчание леди - Куксон Кэтрин - Страница 72

4

Похороны Эдварда Мортимера Бейндора состоялись через четыре дня. Об этом событии не кричали крупные заголовки каких-либо газет, но в одном из ведущих журналов ему было посвящено немало строк, автор которых выражал удивление по поводу того, что такого крупного финансиста кремировали с меньшей помпой, чем любого другого человека, занимавшего подобное положение. Круг присутствовавших на этих похоронах был весьма ограничен. Здесь были стряпчие Эдварда Мортимера Бейндора Александр и Джеймс Армстронги, представители его бизнеса в Америке, Германии, Франции, Италии и Голландии. Все очень сожалели, что его единственный сын не смог присутствовать при отпевании — ему нездоровилось. Присутствовал также ближайший сосед покойного лорд Блейки, отец мисс Жаклин Фрэнке, обрученной с мистером Ричардом Бейндором.

Мистер Ричард Мортимер Бейндор унаследовал то, что с полным правом можно было назвать финансовой империей.

После похорон Александр, Джеймс и Ричард ежедневно по многу часов занимались обсуждением дел с управляющими заморских отделений корпорации. Они сошлись на том, что нужно назначить главного исполнительного директора, который проверил бы состояние дел всех филиалов и составил отчет — и тогда стало бы ясно, нужно ли распустить часть из них или продать.

Когда наконец трое мужчин остались в конторе одни, Ричарда прорвало:

— Я не справлюсь со всем этим, Алекс. Вы же видели, они все считают, что я займу его место и буду управлять всеми ими, как это делал он.

— Как я говорил тебе, а мы сказали это им, его место займет новый исполнительный директор, — ответил Александр.

— Что ж, это должен быть очень суровый и энергичный человек, чтобы справиться со всем этим. Я бы посоветовал вам, Алекс, распродать как можно больше филиалов.

— Ничего подобного я делать не буду. А что касается кандидата на эту должность, то я знаю такого человека.

— Знаете?

— Да.

— А почему вы не упоминали о нем раньше?

— Потому что не мог. Я с ним еще не говорил. Но я знаю, что этот человек способен изучить деятельность отдельных филиалов и выработать общие принципы управления.

— И кто же он?

— Джордж Пикок. Он старший партнер бухгалтерской фирмы, находящейся на той стороне площади. Ему еще нет пятидесяти. Подобно мне он стал работать в семейной фирме и продолжил дело своего отца. Более того, его опыт работы значительнее, чем мой. Он очень хороший бухгалтер с опытом управляющего имуществом, являющимся предметом судебного спора, а также имеет контакты в инвестиционных компаниях и банках. Он должен ухватиться за возможность заняться оценкой и реорганизацией империи Бейндора. В любом случае нужно поговорить с ним, но я заранее знаю, каким будет его ответ. И он совершенно спокойно может оставить свою работу на младшего брата, который, как и их отец, специализируется на более общих аспектах бухгалтерской деятельности.

— Что бы ни случилось, — сказал Ричард, — я буду продолжать заниматься своей работой. Еще два года, и я стану настоящим специалистом, а я люблю свою работу.

— Хорошо, — вступил в разговор Джеймс, — не вижу причины, почему ты должен отказываться от своей работы. А мы с отцом займемся остальными делами и будем потихоньку обирать тебя. Будем-будем, знаешь ли.

— Да-да, я знаю. — Ричард улыбнулся, глядя на него. Затем снова обратился к Александру: — Когда мы сможем встретиться с этим человеком?

— Я собираюсь повидаться с ним сегодня же.

— Чем быстрее, тем лучше. А теперь я должен возвращаться к маме. В последние несколько дней я редко бывал у нее.

— Тогда отправляйся к ней, — сказал Александр, — а Джеймс и я приедем вечером. Кстати, один из нас должен посетить владельца ломбарда. Я хотел заняться этим до похорон, но нас отвлекало то одно, то другое.

— Почему бы не забыть о вещах, сданных туда? Они ей никогда больше не понадобятся.

— Не просто же так она многие годы хранила эти квитанции. Гленда сказала, что она упоминала о них вчера. Она произнесла: «Гомпартс», а потом добавила: «Квитанции, ломбард». Значит, она знает, что эти вещи все еще в закладе, и я уверен, что она хотела бы их вернуть. Поэтому я завтра съезжу туда.

— Хорошо.

— И наконец, — заговорил Джеймс, — на самом деле ты не можешь осуществить свои планы относительно имения, Ричард.

— Я смогу, Джеймс, — повысил голос Ричард, открывая дверь. — Как только она скончается, я сожгу дотла это проклятое место.

После его ухода установилась такая тишина, что некоторое время ни один из мужчин не решался заговорить. Наконец, взглянув на отца, Джеймс сказал:

— Он не шутит.

— Он не может так поступить.

— А кто его остановит? Это его дом. Он может делать с ним все что захочет.

— Грешно так поступать. И что в этом хорошего?

— Похоже, ему от этого будет хорошо. Более того, сделав это, он как бы отдаст ей дань любви.

— Хочу отметить, — сказал Александр, — ей становится хуже. Я бы сказал, что это событие не за горами.

Джеймс вздохнул и поднялся; но у двери он задержался и, оглянувшись на отца, улыбнулся и сказал, чтобы слегка разрядить обстановку:

— Могу я спросить, как обстоят дела с… — он понизил голос, — …мисс Фэйвэзер?

— Ох, пожалуйста, не начинай снова.

— Не буду, но все-таки, как дела?

— Я бессилен что-либо изменить. Она сказала, что уходит в конце месяца. А я сказал, что очень сожалею, и спросил, не расстроил ли я ее каким-то образом, ну и так далее, и так далее.

— Ну, и чем это закончилось?

— Ничем. Я только сказал ей, что мне ее будет не хватать.

— Ты сказал только это или все-таки добавил «во всех смыслах»?

— Убирайся, пока я не начал выражаться. Уходи!

— В сегодняшней газете пишут, что твоя звезда закатывается. — После этих слов Джеймс быстро ретировался, чтобы его отец не успел ответить ему.

Был субботний вечер, в туманных сумерках Александр и Ричард торопились в Бичвуд.

Они снимали плащи, когда из своих личных апартаментов появилась Гленда и сказала:

— Итак, вы вернулись. Как все прошло? Вы их получили?

— Да, Алекс получил, — ответил Ричард, улыбнувшись ей. — Пойдем, посмотришь, как она это воспримет.

— Нет-нет, я не могу. Но там с ней Белла. Ее завезли ребята. Она купила им автомобиль, старую развалюху, которую они подремонтировали. И получилась великолепная маленькая машинка. Они похожи на четверых детишек с рождественской коробкой. Я слышала, что они собираются заехать за Беллой позже. А у меня тоже посетители.

— Кто-то, кого мы знаем? — спросил Александр.

— Конечно. Ладно, идите и заканчивайте свое дело. День она провела спокойно, но будьте поосторожнее и поменьше эмоций, помните об этом, — последние слова она адресовала Ричарду.

Тот не ответил, и оба мужчины повернулись и пошли по направлению к лестнице.

Как только они открыли дверь, Белла приподнялась с края кровати со словами:

— О, а мне уже нужно уходить. Я пробыла здесь довольно долго. Со мной всегда так. Но она сегодня такая душка, правда, милая? — Она наклонилась и поцеловала Айрин, а Айрин подняла руку и погладила ее по седым волосам.

— Присядьте туда, где сидели, — сказал Александр, — потому что вы знаете об этом небольшом дельце больше, чем знали мы два часа назад.

Ричард наклонился к матери и поинтересовался:

— Все хорошо?

— Прекрасно. Прекрасно, дорогой. — Она улыбнулась ему, подняла руку и дотронулась до его щеки.

Александр придвинул к кровати два стула, поставив их по обе стороны от Беллы, а Ричард спросил:

— Знаешь, где был Алекс?

Айрин слегка покачала головой, но тут же, противореча себе, медленно произнесла:

— Да… и… нет.

Ричард засунул руку во внутренний карман пиджака и достал небольшой коричневый конверт. Открыв клапан конверта, он взял ее руку и высыпал ей на ладонь содержимое конверта. Она увидела свое обручальное кольцо и кольцо, подаренное при помолвке, а также красивое украшение, которое Белла когда-то приняла за ярмарочную безделушку, и футляр для карт. Она долго рассматривала все это, а потом подняла глаз и посмотрела на Ричарда и Александра: