Прекрасная защитница - Уэттерли Шэрон - Страница 23

— Вообще–то я надеялся узнать у вас, что нового, — невозмутимо признался он. — Торчал под окнами собственного поверенного и старательно пытался выдумать, под каким предлогом позвонить.

— Новости вам не понравятся.

— Тогда мне понадобится бокал вина, чтобы достойно их принять, — и он решительно вышел из машины. — Надеюсь, вы составите мне компанию?

— Судя по всему, придется, — буркнула Элизабет себе под нос, прежде чем дверца машины с ее стороны распахнулась, и кавалер, галантно предложив руку, помог ей выбраться на тротуар.

Привыкший к их визитам старший официант радостно улыбался, провожая Роберта Уотсона и его спутницу к столику, который они обычно занимали, и не замечал, что радуется в одиночестве. Лиз напряженно размышляла, как преподнести клиенту неутешительные новости. Может, задать ему вопрос в лоб? В конце концов, ведь каким–то образом он оказался замешан в этом деле! Роберт тоже был непривычно молчалив, ожидая, когда девушка заговорит. Когда им принесли заказ, Элизабет наконец решилась.

— Мне крайне неприятно вам об этом говорить, а еще неприятней было узнать об этом, — с мужеством отчаяния произнесла Лиз, — но полицейская лаборатория уверена, что презерватив, оставленный на месте преступления, был использован вами!

Роберт едва не поперхнулся вином. Кашлянув в белоснежную салфетку, он отставил бокал и покачал головой.

— Это совершенно невозможно. Повторяю: я никогда раньше не видел этой женщины, не бывал у нее дома и, уж конечно, не насиловал ее. Я уже рассказывал вам, как провел тот вечер, в который над девушкой якобы надругались. Мне казалось, что вы мне верите, мисс Смолвуд.

Лиз молча смотрела на узорчатую скатерть, украшавшую стол. Она до сих пор не приняла решения и не знала точно, верит ли она Роберту или нет. Но сейчас он, сидя напротив, ожидал ответа, и ей надо было делать следующий шаг. Элизабет подняла глаза и встретилась взглядом с сапфирово–синими глазами. Нет, она не имеет права ошибиться!

— Я верю… — Она глубоко вздохнула и на секунду прикрыла глаза. — Нет, не так… Я верю, что вы не насиловали эту девушку, и она ведет какую–то свою игру.

— Но во что–то другое вы не верите, — резюмировал Роберт.

— Послушайте, таких вещей не бывает на пустом месте! — вполголоса возмущенно проговорила Лиз. — Не бывает так, что однажды утром какая–то девушка вдруг просыпается и говорит себе: а заявлю–ка я, что меня изнасиловал вот тот парень, о котором позавчера писали на финансовой страничке «Таймс»! В любом случае у нее должны быть какие–то мотивы!

— И какие же? — Взгляд Уотсона стал ледяным.

— Может быть, вы все–таки когда–то раньше были знакомы с этой Эвелин Декар? — Лиз попыталась высказать это предположение как можно мягче, хотя видела, что ее собеседник уже на грани срыва. — Например, встречались с ней несколько лет назад, а потом как–то нехорошо расстались, и теперь она хочет вам отомстить?

— Ну да, и эти несколько лет она бережно хранила использованное мной… гм… средство предохранения, чтобы теперь я получил по заслугам за то, что бросил ее? Мисс Смолвуд, я еще не в том возрасте, чтобы впасть в маразм и беспамятство, — отрезал Роберт. — Эта женщина мне не знакома. Я не знал ее имени и впервые увидел на фотографии, предъявленной в полиции. Мы не встречались, не спали в одной постели и даже не сидели в соседних креслах в опере — я в этом абсолютно уверен.

— В таком случае, кто–то вас подставляет, — решительно заявила Лиз. — Кто–то, вероятно, нанял эту Декар, чтобы она очернила вашу репутацию. Есть какие–нибудь подозрения по этому поводу? Конкуренты, бывшая подружка, кто–то из друзей–завистников?..

— В нашем кругу подобное не принято… — Роберт слегка приподнял брови. — Даже в случаях жесткой конкуренции обычно действуют несколько другими методами.

— Прошу прощения, я не вашего круга, поэтому принимаю самые вероятные версии из возможных, — огрызнулась Элизабет. — Или вы лжете мне, или кто–то очень хочет вас свалить. Подумайте, кто мог бы поступить так.

— Что–то никто в голову не приходит. Или вы предполагаете, что я могу, подумав, выдать пару–тройку имен из числа тех, с кем учился или с кем веду дела? — сыронизировал Роберт. — Я уж молчу о том, что у меня нет привычки забывать на местах, например, деловых встреч использованные средства предохранения. А заподозрить в таком вероломстве кого–нибудь из моих знакомых дам тоже вроде бы нет оснований — я привык расставаться с девушками вполне мирно и без эксцессов. Не думаю, что кто–то из них в претензии. Может быть, просто полицейская лаборатория ошиблась?

Сколько Элизабет ни пыталась осторожно расспросить Роберта, но так ничего от него и не добилась. Все происходящее, по мнению Уотсона, было лишь неприятной цепочкой каких–то малопонятных совпадений. Рассерженная Лиз пыталась доказать ему, что против него кто–то играет. Это было единственным объяснением, которое позволяло ей по–прежнему доверять ему, — но клиент даже думать об этом не желал. Они спорили несколько часов, и Элизабет очнулась, лишь когда за окнами стемнело.

— Я подвезу вас домой, — заявил Роберт, расплачиваясь. — И заеду за вами завтра, чтобы мы могли продолжить эту увлекательную беседу. Может быть, за ночь мне придет в голову кто–нибудь из моих друзей, кто может скрывать под благообразной внешностью доктора Джекила гнусную сущность мистера Хайда.

Роберт сказал это так решительно, что Элизабет оставалось только смириться. Она уже убедилась, что ее клиент склонен принимать решения самостоятельно и строго им следовать. Его можно было попытаться переубедить, но после того, как он в чем–то для себя определился, сдвинуть с занятой точки было уже нереально. Лиз всегда полагала, что терпеть не может таких авторитарных мужчин, но вдруг поняла, что в Роберте эта черта ей, пожалуй, нравится. Кроме того, отчасти он был прав. В конце концов, Уотсон имел право участвовать в решении собственного дела. Значит, завтра они продолжат увлекательный диспут на тему, кто из недругов и конкурентов мог его подставить.

За следующую неделю для нее стало привычным то, что за ней заезжают с утра на «бентли». Обедали и ужинали они тоже вместе, и Элизабет, пожалуй, не удивилась бы, если бы как–нибудь застала Роберта у себя за завтраком. А в довершение всего она стала видеть эротические сны с участием брата своего жениха — как будто и без этого ей было мало проблем и неприятностей!..

…Предусмотрительно заведенный еще раз — чтобы прозвенеть на полчаса позже — будильник снова затрезвонил, и задумавшаяся Элизабет сбросила с себя остатки сна. Нехотя вылезая из–под одеяла, она поморщилась: вчера мистер Девероу совместно с обвинителями договорился о дате начала процесса. У нее было готово уже почти все, только одну неприятную обязанность она откладывала напоследок.

Сегодня ей предстояло лицом к лицу встретиться с Эвелин Декар и опросить ее, чтобы в суде барристер мог каким–то образом обыграть хотя бы часть ее показаний в пользу обвиняемого. Элизабет должна была не только побеседовать с мисс Декар, но и составить о ней собственное мнение, на которое впоследствии будет опираться мистер Девероу. Последние два дня она лихорадочно штудировала собственные университетские записи по курсу прикладной психологии, но все же не чувствовала себя во всеоружии перед важной встречей.

Глядя на себя в зеркало, Лиз честно призналась себе, что напугана. Она боялась того, что могла рассказать эта девица о Роберте… Элизабет знала, что просто обязана доказать невиновность Роберта. Не потому, что этого ждал от нее сэр Ричард или сам Марк, а потому, что иначе она сама не будет знать, как жить дальше…

6

Подходя к уютному ухоженному особнячку на Кеннингтон–лейн, Элизабет невольно сдержала шаг. Местечко, где проживала Эвелин Декар, воплощало все мечты о райской жизни. В переулках, отходивших от широкой улицы, на почтительном отдалении один от другого выстроились невысокие двухэтажные домики, удивительно похожие на сельские, каждый со своим небольшим садом. Лиз и сама мечтала о таком и часто представляла себе, как они с Марком когда–нибудь поселятся на окраине Лондона или в ближайшем пригороде в небольшом доме, где, кроме большой уютной гостиной и оборудованной новейшей техникой столовой, будет несколько спальных комнат — для них, их детей и гостей, которые смогут задержаться у них на ночь или даже на недельку–другую.