Гаэльская волчица - Клокова Елена Викторовна - Страница 17

— Я друид, Алеа, и сижу в Совете Великих друидов. Я учился всю жизнь, чтобы овладеть этим секретом и многими другими тайнами.

— Это вы называете секретом?

— Да. Я называю секретом и имя человека, которого ты нашла в ландах, и твое рождение, и причину твоего бегства из Саратеи…

— Вам и это известно? — разозлилась девочка. — А может, вы мне просто голову морочите? Я, знаете ли, не дурочка!

«Что да, то да. Я никогда прежде не встречал такой несгибаемой воли и столь живого ума в ребенке ее возраста. Если бы только она доверилась мне…»

— А как, по-твоему, я тебя отыскал? Случайно?

— Раз уж вы такой всезнайка, объясните тайну моего рождения и причину бегства!

«Знай я это, наверняка испугался бы сильнее тебя…»

— Твоя история записана в сердце Мойры. Нужно только научиться читать эту книгу. Мне известно, например, что ты — Дочь Земли… Это что-нибудь тебе говорит?

— Все друиды так разговаривают? Загадками? — язвительно спросила Алеа.

Но в глубине души изумилась, откуда Фелим узнал ее прозвище? Неужели услышал, следуя за ней от самой Саратеи?

— Загадка — это правильно поставленный вопрос. А иной вопрос частенько скажет больше, чем простой ответ. Нужно только уметь слушать.

Внезапно друид остановился и обернулся к своим спутникам.

— Ты умеешь слушать, Алеа? — спросил он, наклоняясь к девочке.

Алеа пожала плечами. Этот старик смущал ее. К счастью, в разговор вмешался Мьолльн, и молчание не слишком затянулось.

— Сейчас мы это проверим — я поиграю тебе на волынке, и все сразу станет понятно! Согласна?

— Конечно! — Девочка кивнула, а друид, довольно улыбаясь, пошел дальше.

Вот так, под веселое пение волынки Мьолльна Аббака, странная компания двинулась в путь.

Глава 5

Первая схватка

Когда солнце исчезло за горизонтом, трое спутников нашли укромное место в нескольких метрах от дороги и устроили привал. Мьолльн начал разводить огонь, Алеа убирала лежавшие вокруг камни и сухие ветки, расчищая место для бивака.

Какой день они прожили! Сколько всего случилось с утра! Душу Алеи по-прежнему переполняли восторг и возбуждение — она почти забыла о нападении отверженных. Девочка не знала, что готовит ей будущее, но теперь чувствовала себя увереннее. Мьолльн все время был рядом, и она уже не так боялась Фелима. Ну да, она все еще не слишком доверяла друиду, но они разговаривали, и девочка наконец смирилась с мыслью, что старик, возможно, не желает ей зла. Во всяком случае, явного.

Фелим был наделен невероятной силой. Несмотря на преклонный возраст, старик шагал легко и быстро, и морщины на его лице казались ненастоящими. Друид словно был существом из другого мира и иного времени.

Дорогой они больше не вспоминали ни о кольце, ни о мертвом теле в песке ланд, хотя каждый из них об этом думал. Разговор просто отложили на потом. Спутники хотели получше узнать друг друга, и Мьолльн болтал без умолку. Рассказчиком он был отменным и часто путался в хитросплетениях собственных историй — как все истинные сказители! — но слушатели не уставали ни от голоса гнома, ни от описываемого им чудесного мира людей и вещей.

Когда Мьолльн разжег наконец костер, все трое уселись на трухлявый ствол поваленного дерева, и Фелим вернулся к отложенному разговору. Вечер темным пухлым одеялом ложился на землю и плечи путников; красные дрожащие отблески огня на лице друида придавали ему что-то грозное.

— Алеа, человека, чье тело ты нашла в ландах, звали Илвайн Ибуран. По правде говоря, я в этом совершенно уверен, но ты одна можешь это подтвердить.

Гном и девочка с удивлением посмотрели на старого друида.

— Он был очень важен для Мойры, — пояснил Фелим.

— Что это значит? — Алеа была заинтригована.

— Он был… Самильданахом.

Алеа искоса взглянула на Мьолльна — тот сидел, разинув от изумления рот.

— Иными словами, — пояснил Фелим, — он обладал единственной в своем роде и… огромной силой. Силой, которая не могла просто так покинуть его.

— А если этот Илвайн умер? — спросила Алеа.

— Тогда, возможно, кто-то забрал у него силу, и меня это ужасно беспокоит.

— Почему?

— Потому что сила эта огромна и перейти она должна только к друиду.

— Вы его знали? — продолжила допрос Алеа.

— Конечно. Он был Самильданахом. Я очень давно не видел Илвайна, но кольцо, которое ты нашла, невероятно похоже на то, что он носил. Если ты согласишься показать мне свое кольцо, я проверю, чтобы окончательно убедиться. Мы узнаем, Илвайна ты нашла в ландах или кого-то другого.

— Как вы узнаете? — недоверчиво спросила Алеа.

— Символ Самильданаха выгравирован на внутренней стороне кольца.

— Что за символ? — вскинулась девочка, крутя кольцо на пальце.

— Две руки, прикрывающие сердце, и корона, — объяснил Фелим.

Алеа закусила губу. Внутри кольца был выбит именно этот символ. Поколебавшись еще мгновение, она вместо ответа протянула старику кольцо. Он с улыбкой взял его из рук девочки и начал внимательно изучать.

— Именно этого я и боялся. Держи… — Фелим вернул кольцо Алее. — Береги его, оно очень-очень ценное. Я не уверен, что ты сумеешь удержать кольцо при себе, все это так странно…

Помолчав, Фелим добавил:

— Итак, Илвайн мертв.

Алеа увидела, что на глаза старого друида навернулись слезы, смутилась, надела кольцо на палец и, не говоря ни слова, поднялась, чтобы поправить костер. Наконец Мьолльн решился нарушить молчание:

— Друидов нечасто встретишь в маленьких деревеньках. Что вы делали в Саратее?

— До чего же вы любопытны, добрый мой гном! Похоже, вам многое известно о друидах, в том числе и то, что у нас есть свои — тайные — причины для действий и поступков?

Гном обиженно нахохлился.

— И кто же решает, как следует поступать? — спросила Алеа. — Этот ваш знаменитый Совет?

— Я все объясню тебе позднее, а сейчас мне необходим отдых. Договорились?

— Нет! Почему вы не хотите отвечать?

— Алеа, Илвайн мертв. Он был важным человеком. Очень важным. Я должен проводить его душу до царства мертвых, а для этого мне необходимо сосредоточиться. Оставь меня одного, прошу тебя. Поверь, у нас будет много времени для разговоров. Ложись спать, Алеа, день был долгим.

Девочка пожала плечами и отправилась к костру, спать.

— Что ж, а я покараулю, — сообщил гном и запел: — Та-да, сильный и храбрый, Мьолльн непобедимый, охранит своих друзей от ночных чудовищ. Ахум. И от волков…

— Нам нечего бояться волков, мой дорогой гном, — успокоил Мьолльна Фелим, кладя руку ему на плечо. — Можете спать спокойно, сегодня ночью с нами ничего не случится.

Гном кивнул и улегся спать под темным сводом ночного неба. Прежде чем погрузиться в сон, он выбрал на небе самую прекрасную и яркую звезду и назвал ее Алеей.

На землю опускалась ночь, но Князь герилимов Айн'Зультор без труда заметил полузанесенное песком тело. Черный всадник сразу узнал Илвайна — старика с худым лицом. Седую бороду припорошил белый песок, длинный коричневый плащ казался сухим и жестким, мертвые черные глаза смотрели в небо.

Илвайн умер, и для Зультора это была плохая новость. Великан наклонился, чтобы осмотреть тело. Старик мертв уже много дней, и, судя по всему, смерть его была естественной, — во всяком случае, Зультор точно установил, что почти вся сила Самильданаха иссякла. Искорки могущества в теле старика едва теплились, потому-то Зультор с таким трудом почувствовал его присутствие. Он выругался, понимая, что план Маольмордхи может сорваться, раз Самильданах утратил силу.

Князь герилимов схватил тело Илвайна за руку и вытянул из-под песка. Окоченевший труп был тяжелым, и Зультор привязал его к седлу, чтобы предъявить в качестве доказательства Хозяину. Он решил отправиться в ближайшую деревню в надежде разузнать что-нибудь еще о смерти Илвайна.

Пылая гневом, он въехал в Саратею. Деревня тонула во тьме: луны на небе не было, ни в одном окне не мерцал свет. Инстинкт сразу повел Зультора к дому соглядатая Маольмордхи. Хозяин наделил верного слугу правом допрашивать своих соглядатаев — он называл их Смотрящими — во всех городах всех пяти графств Гаэлии.