Гаэльская волчица - Клокова Елена Викторовна - Страница 27

Он знаком приказал спутникам остановиться, спрыгнул со своей могучей лошади и присел на корточки. Зачерпнув левой рукой горсть земли, он поднес ладонь к прорези шлема и принюхался. Резко отшвырнув землю за спину, он рывком поднялся.

— Она здесь проходила, — бросил он остальным. — И она недалеко. Я ее чую…

Он огляделся вокруг, и прятавшейся среди веток Алее показалось, что они встретились взглядами. За долю секунды, показавшуюся ей вечностью, мир дрогнул и начал распадаться, в ушах зазвучал гул тысяч голосов. Девочка увидела Тару и Керри, Илвайна в ландах, Фелима, Фейт, Альмара — все их лица сразу, и ее охватила дрожь вселенского ужаса, а перед мысленным взором вихрем проносилось множество картин. Потом Алеа ощутила надвигающуюся темную могущественную силу, стремящуюся проникнуть к ней в сознание. Ужаснувшись, Алеа попыталась оттолкнуть от себя эту странную ледяную силу, ломившуюся к ней в голову. Она вела внутри себя сражение, сути которого не понимала, — но то ли чутье, то ли какое-то волшебство помогали ей, приказывая отринуть эту силу, подобную бездне небытия и смерти. И она победила ее последним отчаянным усилием. В то же мгновение черный всадник вернулся в седло.

— Странно. Я мог бы поклясться, что она была здесь. Едем дальше, другой дороги все равно нет.

Четверо всадников пустили лошадей в галоп и исчезли на равнине.

Мьолльн, Фелим и Алеа посидели еще несколько минут, не двигаясь, потом осторожно вылезли из кустов.

— Они ищут меня, — объявила потрясенная девочка.

Фелим погладил ее по черным волосам.

— Не бойся, мы скоро будем в безопасности и Совет друидов положит этому конец, — успокоил он ее. — Чтобы избежать новой встречи с черными всадниками, мы переправимся через реку и поедем вниз по южном берегу, а в Сай-Мину попадем морем: так эти люди нас не найдут.

— Клянусь Мойрой, эти уроды еще хуже горгунов! — воскликнул гном.

— Кто они? — спросила Алеа, подходя к тому месту на дороге, где стояли всадники.

— Герилимы, — объяснил друид, — когда-то они были кастой воинов, а теперь служат Маольмордхе.

— Это тот человек, который меня ищет?

— Да. Мы должны любой ценой избежать встречи с ними.

Взглянув на друида, Алеа поняла, что он снова открывает ей лишь часть правды, — но была слишком напугана, чтобы расспрашивать дальше.

Бежать. Сейчас она не могла думать ни о чем другом.

Они пустились в дорогу и то и дело оглядывались, желая убедиться, что черные всадники не гонятся за ними.

К счастью, позади не было ничего, кроме страшного воспоминания.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как Имала покинула равнину и вернулась в лес. Она сбежала, после того как увидела ужасную драку между дыбунами: те, что повыше, били низеньких, с зеленой кожей. Ималу так напугали грохот и огонь, что она остановилась, только забравшись в самую чащу, куда не доносились шум и крики.

Имала ничего не ела с того дня, как странный черный волк принес ей в подарок кролика, и ее уже мучил голод. Она попыталась поймать белку, но та оказалась проворней и скрылась от нее в дупле дерева.

В чаще леса было тихо и спокойно, и волчица немного полежала у подножия дерева, надеясь, что глупая хвостатая зверюшка спустится. Ималу успокоили привычные лесные шорохи и жужжание насекомых, и она перевернулась, чтобы почесать спину, а потом ей надоело ждать, и она решила найти другую добычу.

Имала углубилась в дебри букового леса. Сквозь листву проникали редкие лучи солнца, травинки и лепестки цветов осыпали ее белую шубу, как кружочки конфетти, пыльца, облаком поднимавшаяся в воздух, заставляла волчицу чихать. Внезапно она поняла, что покинула территорию волчьего клана: исчез тот привычный запах, на который она никогда не обращала внимания. Имала очутилась на новом незнакомом пространстве, где давным-давно не пробегал ни один волк. Имала почувствовала другой запах — очень приятный, но не имеющий никакого отношения к волкам. Она замедлила шаг и начала принюхиваться, пытаясь понять, откуда он исходит, но запах был повсюду. Имала поняла, что изменился не только аромат леса, но и растения и земля. Казалось, что в лесу кто-то прибрался: все осталось на своих местах — деревья, трава, земля и грибы, но не было ни сухостоя, ни гнили. Лес был невиданно прекрасен, и волчица бродила по нему в восхищении.

Так прошло несколько часов, а потом она внезапно столкнулась нос к носу с новым дыбуном. Он был похож на того, который несколькими днями раньше присел перед ней на корточки. Такая же кожа цвета коры дерева, такие же изящные высокие и заостренные уши, такая же золотистая копна волос и — главное — тот же запах, гармонично сливавшийся с ароматом леса. Дыбун так неподвижно сидел посреди леса, что его можно было принять за спящего. Но волчица заметила, что он улыбается и внимательно на нее смотрит. Имала, поколебавшись, оглядела незнакомца со всех сторон, но все-таки последовала его примеру и уселась на траву. Дыбун не двигался. Он словно был частью этого леса и сидел тут всегда.

Через несколько мгновений к первому дыбуну присоединился второй — точная его копия, потом третий и четвертый. Волчица испуганно попятилась и укрылась в высокой лесной траве.

Четверо дыбунов о чем-то заговорили, и Имале показалось, что она их понимает. Они были дружелюбны и как будто просили ее не беспокоиться, потому что они — обитатели леса и ничем ей не угрожают. Не этого леса — а леса вообще, поняла волчица.

Эта мысль пришла ей внезапно, словно упав с неба, и очень ее напугала. Никто никогда не вступал с ней в такой прямой и ясный разговор. Даже другие волки не умели так полно выражать свои чувства. У Ималы вырвалось глухое поскуливание — от страха и изумления. Дыбуны ее успокоили. Тогда она призналась, что голодна, и один из них исчез за деревьями. Волчица подобралась, готовая убежать, но другой дыбун прошептал несколько слов, и она поняла: тот, первый, пошел за едой. Волчица недоверчиво заворчала, но он вернулся и положил перед ней тушку сони. Подождав, пока он отойдет, Имала медленно подошла к угощению, не выпуская из поля зрения странных дыбунов. Она обнюхала зверька и только после этого взяла его в зубы. Пообедав, она улеглась на бок и попыталась выразить благодарность тихим поскуливанием. Кажется, у нее получилось, потому что они снова дружелюбно обратились к ней.

Через некоторое время они поднялись, дав понять Имале: она может пойти с ними. Волчица затрусила следом, но на некотором расстоянии — чтобы в случае чего в любой момент сорваться с места и убежать. Имала оставалась с дыбунами много дней: те ловили для нее дичь, и она все лучше понимала их язык, но ни разу не подошла близко.

Алеа и ее спутники наконец добрались до того места на побережье, где Пурпурная река впадает в неглубокие синие воды залива. На другом берегу высилась величественная цитадель друидов — зрелище захватывающее.

Высокая башня Сай-Мины, дерзко устремленная в небеса над волнами, была самым прекрасным и путающим зданием Гаэлии. Стрельчатая громада резного серого камня гордо вздымалась под скальной опорой, продолжая до небес отвесную линию белого утеса, служащего ему фундаментом, четыре маленькие зубчатые башенки окружали центральную башню — квадратную до половины высоты, а дальше, над каменным выступом, скрадывающим углы, — круглую, на медной крыше гордо трепетало знамя друидов — Дракон Мойры. Башенки, соединяющие их стены и главную башню, опоясывала галерея с навесными бойницами, похожая на каменное кружево.

Это было самое необыкновенное здание во всем королевстве. Доживи оно до наших дней, вы бы тоже восхитились его великолепием. Столетие назад Совет друидов построил его в знак своего главенства в королевстве. Архидруид выбрал это место, потому что, если верить легенде, именно здесь рос самый старый дуб Гаэлии. Здания выстроили вокруг него, а в центральном дворе устроили каменный крут. Вокруг священного дерева проходили самые важные церемонии. Сай-Мина превосходила красотой все графские замки — так же, как сила Совета друидов превосходила все иные силы в тогдашнем раскладе на острове. Чтобы воплотить замысел троих ученейших бизанийских художников и четверых искусных зодчих-гномов, у трехсот строителей ушло девятнадцать лет, и ушло бы больше без особой помощи друидов и их магии. Сбоку скалы соорудили покатый помост, по которому с великим трудом поднимали грузы; в повозки запрягали самых сильных и выносливых волов, каких только удавалось найти в окрестностях. Много рабочих погибло на этой опасной стройке, так что понадобилась вся непреклонная воля друидов, чтобы довести дело до конца. Никто не знал, во что обошлось Совету это чудо; никому, кроме друидов, не собрать было столько денег, не привлечь стольких художников и зодчих, мастеров и строителей.