Незнакомец под луной - Деверо Джуд - Страница 53

Лицо Рассела омрачилось, но он тут же что-то сообразил и вновь улыбнулся.

– Вы вдова.

На этот раз она рассмеялась.

– Я Кларисса Хэнли Уэллс, владелица этой груды камней, и, да, я вдова. Вы что-то еще хотите узнать, прежде чем я пойду за сумкой?

– Вы Тристан, – заявил он.

Она покачала головой:

– Не понимаю, о чем вы. Сидите здесь, не двигайтесь, я сейчас вернусь.

Она завернула за ограду и исчезла.

Рассел вынул из кармана мобильник. Увидел шесть эсэмэсок и три голосовых сообщения, но все проигнорировал. Хотел написать Трэвису, что нашел Клариссу Хэнли, но передумал. Выключил телефон и снова сунул в карман. Все равно увидится с ними на пикнике, так что новости могут подождать.

Он услышал шаги. Это спешила Кларисса, ловко перепрыгивая через камни и гнилые доски. В руке она держала тяжелый на вид саквояж из красной кожи.

Он продолжал сидеть и улыбаться совершенно идиотским, на его взгляд, образом.

Она встала перед ним, долго смотрела, прежде чем скомандовать:

– Снимите это!

– Простите…

– О Господи! Вы где учились?

– В Стэнфорде.

– Можно было догадаться. Снимите рубашку, чтобы я увидела повреждения.

Он принялся расстегивать рубашку. Кларисса зашла сзади, чтобы увидеть его спину. Он услышал, как она ахнула.

– Ничего, я срежу окровавленную ткань, и если дело будет плохо, повезу вас в больницу.

– Нет. Предпочитаю, чтобы вы сами обработали раны.

Она натянула стерильные перчатки и положила руку ему на плечо. Он изо всех сил старался не вскрикнуть, когда она стала отдирать ткань от царапин.

– Думаю, вам следует…

– Нет, – твердо сказал он. – Вы ведь доктор, верно?

Она поколебалась:

– Собиралась им стать.

– Всю свою жизнь хотели быть доктором? По-моему, вы для этого рождены. Что-то в этом роде.

– Совершенно верно. Именно потому вы назвали меня Тристаном? В честь моего предка?

– Тристанами называют всех докторов в Эдилине.

– Никогда не слышала о таком месте.

– Это в Вирджинии, и у вас там родственники.

Она замерла, положив руки ему на плечи.

– У нас с Джейми нет родственников.

– Джейми?

– Мой сын.

У Рассела перехватило дыхание, когда она щипчиками выдернула из ранки кусочек ткани.

– Сын? Сколько ему?

– Пять.

– Наверное, он и есть причина, по которой вы не…

Он старался дышать ровно, потому что она причиняла ему немало боли.

– Я живу ради него, если вы именно это имели в виду. Но да…

Она замолчала, чтобы налить на марлю воду и стереть кровь.

– Именно из-за Джейми я не поступила на медицинский факультет. Хотя нет. Настоящие причины – это симпатичный футболист, несколько порций текилы и заднее сиденье «шевроле».

– Так вы вышли за футболиста?

– Да, – тихо призналась она. – Но он напился и свалился на машине с моста, еще до рождения сына. Мы с Джейми всегда были одиноки.

– Но больше так не будет.

Он повернулся как раз в тот момент, когда она очищала ранку, и охнул от боли.

– Я не стану считать вас трусом, если будете вопить. Или кричать.

– И потеряю свой статус героя? – возмутился он.

Она бросила работу, положила руки на его плечи и нагнулась. Теперь ее лицо было совсем близко.

– Вы никогда не перестанете быть героем в моих глазах. Вы спасли мне жизнь, – едва слышно сказала она, целуя его в щеку.

Рассел наклонил голову и поцеловал ее ладонь.

Она поспешно отняла руку.

– Но спасение моей жизни не дает вам права на фамильярность. Кто вы, почему здесь, и что это за разговоры о родственниках?

Рассел стал объяснять, понимая, что говорит немного непонятно. Но ему было трудно мыслить связно. Боль, присутствие молодой женщины… понятно, что он был немного не в себе.

Он пытался рассказать о цели своего приезда сюда. О Трэвисе, о необходимости помочь его невесте Ким, которая хотела найти предка и его здешних потомков.

– В Эдилине все связаны родством. Так что я не понимаю, зачем им еще новые родственники.

– Судя по голосу, вы завидуете.

– Я… – начал он, желая сказать, что у него тоже есть родные. Но те люди, которых мать поселила в гостинице, звонили только, когда пытались подъехать к ее боссу с очередным планом обогащения и просьбой о спонсорстве. Все остальное время он и мать обходились без их присутствия.

– Продолжайте, – попросила Кларисса. – Каким образом я вдруг обрела семью?

– Шашни между доктором Тристаном Джейнсом и мисс Клариссой Олдредж из Эдилина, штат Вирджиния. Еще в конце девятнадцатого века. Они произвели на свет ребенка, которого она назвала Тристаном. С тех пор это имя дается старшим сыновьям наследников большого дома.

– И все они доктора?

– По-моему, да. Но об этом лучше спросить Ким.

– И она собирается выйти за вашего единокровного брата?

– Да, – ответил он и почему-то не мог устоять, чтобы не рассказать о том, как понимал значение слова «единокровный» в детстве.

Кларисса рассмеялась, и звук ему понравился.

– Очень похоже на моего Джейми! – хихикнула она, бинтуя ему спину.

– Что вы делали, когда я вас спас?

Она досадливо поморщилась.

– Пыталась отремонтировать это место, только у меня не слишком хорошо получается.

– С этим я согласен, – кивнул он.

Она разглаживала повязку, и Рассел от удовольствия даже глаза прикрыл.

– Вот. Думаю, все в порядке.

Она обошла вокруг него. На Расселе все еще оставался перед рубашки, и вид у него был самый что ни на есть комичный.

Он стал снимать остатки рубашки, но, услышав странный звук, поднял глаза. Слезы катились по щекам Клариссы. Казалось вполне естественным притянуть ее к себе, обнять. Она зарылась лицом в его плечо. Его руки запутались в ее волосах.

– Я так испугалась, – шмыгнула она носом. – Только и думала о том, что сын останется без матери. Он бы никогда не оправился после такого удара. И я разрушила бы всю его жизнь из-за собственной глупости. Правда ведь ужасно глупо с моей стороны карабкаться туда каждое воскресное утро?

– Глупее некуда, – подтвердил Рассел, продолжая прижимать ее к себе. И вдруг вспомнил, что отец послал его на Старую Мельницу именно в воскресенье утром!

– Поклянитесь, что больше никогда этого не сделаете!

– Но это все, что у меня есть! – воскликнула она, отстраняясь. – Старая, прогнившая, почти рухнувшая гора камней и дерева – все мои владения. Мое жалованье едва оплачивает расходы…

– Я помогу вам.

– Что?!

Она вытерла глаза и уставилась на Рассела.

– Я останусь в Джейнс-Крик и помогу вам.

– Вы не можете! Я вас не знаю. Даже вашего имени.

– Ох, простите. Рассел Пендергаст. Мне двадцать восемь лет, и мой отец – Рэндалл Максвелл.

– Это не тот…

– Да! Суперважная шишка этого мира. Но думаю, он вполне…

Расселу оставалось только гадать, послал ли его отец сюда специально?

– Моя мать на него работает. Вернее, на моего брата. Но он собирается перебраться в Эдилин, да и моя мать хочет здесь жить. Где ваш сын?

– В воскресной школе. Одна женщина, с которой я работаю, водит его туда, чтобы я могла пару часов провести здесь. Но думаю, мне нужно больше пары часов в неделю, верно?

– Нужны месяцы, много техники и материалов и по крайней мере дюжина рабочих.

– Или работниц, – вздохнула Кларисса.

Он улыбнулся.

– Верно. А где работаете вы?

– Догадайтесь.

– У доктора? В больнице? В месте, связанном с медициной.

– Похоже, вы можете похвастаться не только смазливым лицом, – выпалила она и покраснела. – Я не хотела…

Рассел покачал головой.

– Скажите, где можно купить рубашку? Я не хочу возвращаться в гостиницу в таком виде. Да. И завтрак тоже. У меня во рту все утро ни крошки не было, и я ужасно голоден.

– Я… – замялась Кларисса. – На чердаке есть коробка с одеждой отца. Он почти такого же роста, как вы. Я могу бросить рубашку в стиральную машину, а пока сделаю вам гору бекона с яйцами.