Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон - Страница 236

Сендек показал на свой планшет:

— Тактическая разведка показала, что источники теплового излучения, сопоставимые с инкубатором йоргаллов, расположены в той стороне. — Он махнул рукой. — Нам туда. Виртуальный компас не в состоянии охватить всю внутренность мира-бутылки.

— А насколько точны эти сведения? — поинтересовался Хакур. — Сервиторы-датчики не смогли нас предупредить, что место высадки десанта находится в химическом озере. Интересно, что еще они упустили?

Сендек нахмурился:

— Сведения… несколько противоречивы.

— Значит, нам лучше готовиться к сюрпризам, — заметил Раль, крепче сжимая приклад болтера.

— Не вздумай сожалеть о назначенной тебе цели, капитан. — Мортарион говорил, не глядя на него, а Гарро уставился на голопроектор в центре зала собраний «Стойкости». — Этот так называемый инкубатор не только ясли для йоргалльских детенышей, но еще и место, где проводятся модификации. Вполне возможно, что ты обнаружишь яйца не только с зародышами, но и со взрослыми вооруженными воинами.

Эти слова примарха он вспомнил, глядя на высокие волокнистые деревья. При углублении в «лес», где стволы стояли плотными правильными рядами, стало видно, что на них уродливыми плодами висело множество больших серых шаров. Кое-где в шарах можно было заметить движение и толчки. То там, то здесь попадались лужицы водянистой жидкости, которую Сендек немедленно определил как «желток». Войен с ним согласился и показал на истекающие жидкостью шары — разорванные, бесформенные и, по всей видимости, пустые.

— Корни деревьев всасывают жидкость и возвращают ее в систему, — предположил Сендек. — Очень эффективно.

— Я дрожу от восхищения, — бросил Раль таким тоном, что никто не поверил его словам.

Дециус прижал к груди болтер.

— А где же охрана? Неужели эти ксеносы так мало заботятся о своем потомстве, что оставили его на съедение хищникам?

— Возможно, их детеныши и есть хищники, — мрачно заметил Хакур.

Один из воинов отделения ветеранов остановился и показал прямо перед собой.

— Капитан, — окликнул он Гарро. — Вы видите?

— Что там? — отозвался Натаниэль.

Космодесантник, нагнувшись, поднял с земли блестящий металлический предмет округлой формы, повертел его в руках.

— Это… сэр, я думаю, это шлем.

Он поднял свою находку, чтобы показать остальным, и Гарро с ужасом узнал элемент брони Сестер Безмолвия. Внутри что-то повернулось, и из шлема на землю выпала отрезанная голова с пучком белокурых волос.

— Чисто отрезано, — произнес космодесантник. — И совсем недавно.

Войен прищурил глаза:

— А где же… все остальное?

Дециус дулом болтера показал на ветви нескольких деревьев:

— Здесь, и там, и там тоже. Мне кажется, повсюду.

На каждом из деревьев ясно виднелись красные и золотые обрывки.

— Сестры пришли в инкубатор? — удивился Хакур и внимательно осмотрелся. — Что здесь понадобилось ищейкам?

Дециус сухо усмехнулся:

— Старик, это будет второй вопрос после того, как мы выясним, что ее убило.

Спереди, из самой гущи волокнистых деревьев, послышалась болтерная очередь. Низкий рокот прокатился по песку под ногами, и Гарро успел заметить отдельные вспышки разрывов. Деревья впереди стали раскачиваться и ломаться с треском, напоминавшим хруст раздробленных костей. Вершины вздрагивали и падали, как будто их сбивало какое-то огромное существо.

— Вот и ответ на твой вопрос, — воскликнул Раль, поднимая болтер.

Среди яйценосных деревьев появились Сестры. Они двигались, словно в танце, но их оружие не на шутку тревожило йоргалльского великана. Ни во время операции высадки в мире-бутылке, ни в документации Сендека Гарро не видел такого громадного ксеноса. Внешне он был похож на всех остальных йоргаллов, но по росту и весу превосходил их раз в десять. Его голова возвышалась над кронами деревьев, а тело представляло собой сплав чешуйчатой плоти и металла. Пораженный гигантизмом йоргалл был модифицирован, чтобы стать еще больше.

Внутри стеклянного шара в середине корпуса киборга боевой капитан заметил участки плоти — возможно, это было все, что осталось от его естественного тела. У громадного существа не было рук. Вместо них из всех плечевых впадин росли пучки гибких серых металлических щупалец. Большая часть отростков, словно змеи, хлестала по Сестрам, а остальные сплелись вокруг не видимого издали предмета, который был бережно прижат к груди монстра.

— А вот и охранник, — предположил Войен.

— А вот и цель, — поправил его Дециус, открывая огонь.

Гвардия Смерти, стреляя на ходу, бросилась на помощь Сестрам Безмолвия, и их снаряды добавились к ореолу взрывов вокруг киборга. Гарро вдруг показалось, что киборг пытался убежать, а потом развернулся и отказался от этого намерения. Возможно, он мог бы скрыться от женщин, но с появлением Гарро у него оставалась только одна возможность — драться.

Металлические щупальца метались над землей, поднимая фонтаны грязи заостренными наконечниками.

Они сжимались и дергались, вырывая не только клочья дерна, но и целые деревья. Хакур замешкался на одно мгновение, и щупальце хлестнуло по нему, так что воин покатился по земле и ударился о ствол дерева. Капитан пригнулся, увертываясь от свистящих над головой искусственных змей.

Одна из ищеек остановилась, чтобы перезарядить болтер, и тут же встретила удар своей грудью. Наконечники пронзили ее тело и прикололи женщину к дереву, затем отдернулись, выбив поток крови. Кровавый след еще тянулся за ними, а щупальца уже сбили с ног Раля и сорвали шлем с одной из сестер Кендел. Едкий воздух йоргалльского мира мгновенно наполнил легкие суровой рыжеволосой Ноль-Девы, и она жестоко закашлялась, едва удерживаясь на ногах. Войен уже ринулся ей на помощь. Гарро помрачнел. Движения киборга были слишком быстрыми, сильными и непредсказуемыми. Чтобы его уничтожить, требуется подойти поближе. Капитан перевел регулятор болтера на автоматическую стрельбу и ринулся навстречу йоргалльскому гибриду.

Гарро разрядил в ноги и нижнюю часть корпуса целую обойму, и фонтаны маслянистой жидкости, перемежаемые искрами короткого замыкания, показали, что снаряды попали в цель. Йоргалльский монстр разразился яростными воплями и сосредоточил все свои усилия на воине в светлых доспехах. Плети щупалец с напряженным гудением рванулись вперед, но Гарро перекатился по земле, миновав то место, куда они были нацелены. Один из наконечников все же царапнул по керамиту и проник как раз в ту трещину, которая осталась от когтей летающего йоргалла, напавшего на берегу озера. Едва затянувшаяся рана открылась, и Гарро ощутил укол боли. Удачное движение другим щупальцем, мгновенное замешательство Гарро — и вот уже его болтер, вращаясь, взлетел в воздух, а удерживающая оружие перевязь лопнула.

Гарро попытался ослабить силу удара, снова покатился по земле и вскочил на ноги, уже держа наготове Вольнолюбца. Металлические щупальца опять взвились в воздух, и капитан стал отбивать их, так что искусственный дневной свет в странном лесу померк от сверкающих огненных искр. Все остальные воины продолжали обстреливать киборга, но его внимание по-прежнему делилось между Гарро и бережно прижатым к груди предметом, завернутым в тонкий серый муслин. Боевой капитан продолжал приближаться к йоргалльскому механоиду, отсекая острые наконечники одних щупалец и увертываясь от других. Металлические конечности обвились вокруг его ног, и Гарро повернулся, чтобы их разрубить, но вблизи тела щупальца были более толстыми, сильными и упругими. Мощные кольца обхватили его, и капитан почувствовал, что ноги отрываются от земли. Гибрид йоргалла и машины яростно встряхнул добычу, а Гарро беспомощно размахивал Вольнолюбцем, не в силах дотянуться до врага. От сильной встряски у него застучали зубы и во рту появился привкус крови.

Он услышал, как затрещала пласталь в соединительных узлах доспехов, и уловил резкий запах испарившегося охладителя из ранца. Давление на внутренний панцирь и грудную клетку так возросло, что космодесантник сквозь зубы зашипел от боли. Кольца с каждой секундой сжимались все туже, и воздух почти перестал поступать в легкие. Гарро ощутил движение и понял, что киборг поднял его и поднес к стеклянной капсуле, содержащей остаточную плоть. Оттуда уставились хищные глаза, горящие ненавистью. Йоргалл хотел видеть, как он умирает, и собирался насладиться этим зрелищем.