Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон - Страница 280

280

«Эйзенштейн» лег в дрейф.

12

БЕЗДНА

ЦЕРКОВЬ ЛЮДЕЙ

ПОТЕРЯННЫЕ

— Запах больных и раненых, — с мрачной отрешенностью произнес Войен. — Им пропитался весь корабль.

Гарро, осматривая внутреннее устройство изолятора «Эйзенштейна», не ответил ему даже взглядом. Лечебница фрегата была заполнена до отказа, и, во избежание перекрестного заражения, при помощи металлических листов в длинном узком зале были устроены временные отдельные палаты. В дальнем конце, за толстыми матовыми стеклами и стальными дверями располагался изолятор. Гарро сразу направился туда, пробираясь мимо сервиторов-медиков и практикантов. Апотекарий от него не отставал.

— Останки были пропитаны жидким прометием и горели большую часть дня, — продолжал Войен. — Потом при помощи сервиторов все выбросили в открытый космос. Хакур для пущей уверенности демонтировал задействованные механизмы.

Останки. Именно этим словом они предпочитали обозначать зараженные тела, оставшиеся от Грульгора и его людей. Безличный термин позволял думать о них как о лужицах сгнившей плоти и обломках костей, от которых надо было избавиться.

Ни Гарро, ни кто-либо из его людей были не в силах вспоминать о том, кем были они при жизни и во что превратились после смерти.

Войен переживал особенно тяжело. Кроме того, что, как и Гарро, он был воином, он еще принимал присягу в качестве лекаря, и вид поднявшихся мертвецов, да еще представляющих собой реальную угрозу, угнетал космодесантника больше, чем он мог бы признаться. Гарро видел тревогу в его глазах и читал в них отражение своих собственных мыслей.

Сейчас корабль дрейфовал, поскольку после смерти навигатора полет был прерван, и адреналин, вызванный боями и преследованием, рассеялся. Возбуждение сменилось воспоминаниями о том, что произошло, и осознанием мрачного смысла событий. Если смерть не означала конец всему, если случившееся с Грульгором происходило на самом деле, а не было наведенными варпом галлюцинациями… Тогда, возможно, подобная судьба ожидает каждого из них? При мысли о возможной цели Хоруса и его сговоре с темными силами у Гарро все внутри холодело.

Войен заговорил снова:

— Сендек добился какого-нибудь прогресса со звездными картами?

Гарро покачал головой, не видя причин скрывать от него правду:

— Эта женщина, Воут, тоже работает вместе с ним, но результаты не обнадеживают. По самым приблизительным расчетам, корабль вернулся в реальное пространство где-то за пределами Провала Персея, но даже это — всего лишь научная догадка. В этой зоне никогда не появляются ни купцы, ни исследователи.

Гарро тяжело вздохнул. Как долго они тут болтаются? Несколько дней или недель? На корабле всегда царит ровный сумрачный свет, и от этого трудно уследить за временем.

Войен нерешительно замялся, проходя мимо морозильных камер, во множестве висевших на массивных стальных опорах.

— Вскрытие навигатора Севернайи проведено, и я сам за ним наблюдал. — Он показал на одну из заиндевевших камер. Внутри капсулы Гарро смог рассмотреть изможденное посеревшее лицо. — Как и подозревал мастер Гарья, навигатор был ранен во время сражения, но умер от психологического шока при внезапном прерывании перемещения. Подобный удар унес жизни его адъютантов и слуг. В его ослабленном состоянии это было неизбежно.

— С таким же успехом я мог бы приставить к его голове болтер и спустить курок. — Гарро нахмурился. — Я должен был это предвидеть. При такой волне безумия, прокатившейся по кораблю, я должен был сообразить, что он не перенесет внезапного прыжка. — Войен ничего не ответил и отвел взгляд. — А какой у меня был выбор? — спокойно спросил Натаниэль. — Поле Геллера свернулось бы через несколько секунд, и нас разорвали бы силы варпа или уничтожил взрыв двигателей.

— Ты сделал то, что считал нужным, — ответил Войен, не в силах скрыть оттенок упрека.

— Сначала меня мучил своими сомнениями Дециус, теперь ты? Ты мог бы предложить что-то другое?

— Я не боевой капитан, — сказал апотекарий. — Я могу только наблюдать последствия выбора моего командира. Наш корабль беспомощно дрейфует в неизведанном пространстве без всяких средств спасения. Астропаты и навигатор мертвы, так что мы даже не в состоянии позвать на помощь или снова попытать удачи в варпе. — Глаза Войена вспыхнули едва сдерживаемым гневом. — Мы избежали уничтожения на Истваане только ради того, чтобы погибнуть здесь, нашего предупреждения никто не услышит, и Воитель сможет добраться до Терры раньше, чем туда придут вести о его предательстве. Отчаяние крадется по коридорам этого корабля, а оно опаснее любых мутантов!

— Мерик, как и всегда, я благодарен тебе за откровенность, — сказал Гарро, поборов искушение сделать апотекарию выговор за высказывания, граничащие с неповиновением. Они двинулись дальше. — Расскажи мне об остальных убитых.

— Многие офицеры и простые члены экипажа получили ранения, и среди них было несколько смертей от… вторжения.

— А наши боевые братья?

Войен вздохнул:

— Все, кто пострадал во время битвы с теми существами, мертвы, господин. Все, кроме Дециуса, но и он с трудом цепляется за жизнь. — Апотекарий кивком указал на изолятор. — Инфекция в его теле стремится одержать верх над организмом, и я сделал все, что в моих силах при имеющемся оборудовании и лекарствах. Должен признать, моих знаний недостаточно против такой болезни.

— Какие у него шансы выжить? Не надо ни темнить, ни осторожничать. Скажи, он будет жить?

— Я не могу ответить на этот вопрос, господин. Он борется изо всех сил, но его организм постепенно будет слабеть, а о болезни, поселившейся в его теле, я даже не слышал. Она постоянно принимает разные формы и понемногу изматывает его сопротивляемость. — Войен мрачно посмотрел на Гарро. — Ты должен подумать о том, чтобы даровать ему освобождение.

Глаза Гарро потемнели:

— Так сложилось, что я уже отнял жизнь у многих своих братьев, а теперь ты предлагаешь перерезать горло тому, кто лежит больной и не может себя защитить?

— Это было бы актом милосердия.

— Для кого?! — воскликнул Гарро. — Для Дециуса или для тебя?! Я вижу твое тщательно скрываемое раздражение, Войен. Ты бы с радостью избавился от всех свидетельств тех кошмаров, которые на нас обрушились, не так ли? Тебе легче было бы игнорировать их последствия и возможные связи с деятельностью проклятых лож!

Апотекарий, шокированный взрывом эмоций командира, пораженно молчал.

Гарро увидел его реакцию и тотчас пожалел о своих словах.

— Прости, Мерик, я сказал не подумав. Огорчение возобладало над разумом…

Войен постарался скрыть обиду.

— Господин, я должен сделать кое-какие дела. Увидимся позже.

Апотекарий ушел, а вместо него приблизился Круз. Пожилой космодесантник внимательно посмотрел на Гарро:

— Нам кажется, что мы все уже повидали, и всегда приходит день, когда Вселенная наказывает нас за высокомерие.

— Да, — протянул Гарро.

Круз задумчиво кивнул:

— Капитан, я взял на себя смелость составить для тебя сводку сражений, прошедших после бегства из системы Истваана. — Он протянул электронный планшет, и Гарро просмотрел списки имен. — Более сорока рядовых космодесантников и вполовину меньше тех, кто имеет звание не ниже ветерана, включая и меня самого. Пятеро воинов получили жестокие ранения, но при необходимости в состоянии принять участие в битве. В расчете не учтены ты и апотекарий.

— Я не вижу здесь имени Дециуса.

— Он все еще в коме, разве нет? Он лежит без сознания и не может сражаться.

Капитан сердито стукнул кулаком по бедру своей аугметической ноги.

— Кое-кто говорил то же самое и обо мне, но я доказал, что они ошибались! Пока Дециус жив, он остается одним из моих воинов. Допиши его имя в список, а если что-то изменится, я тебе сообщу.

— Как пожелаешь, — согласился Круз.

Гарро взвесил планшет на руке.

— Семьдесят человек, Йактон. Из тысяч космодесантников, бывших в районе Истваана, только мы еще живы и вне досягаемости изменника Воителя.