Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон - Страница 560

— Это истребители, сэр, — доложил Саркоров, наблюдавший ту же картину. — Суда эскорта приближаются.

Задкиил сосредоточенно всмотрелся в гололитический экран.

— Они намерены атаковать нас с разных углов, чтобы вызвать растерянность. И пока мы отвечаем на этот шквал, их истребители и корабли эскорта разорвут нас на части.

Задкиил все так же равнодушно оценил тактическую обстановку, и отблески дисплея осветили его невозмутимое лицо.

— И каким будет наш ответ? — спросил Рескиил.

— Мы будем ждать.

— Как же это?

— Будем ждать, — повторил Задкиил, и в его голосе зазвенел металл. — Верьте Слову!

Рескиил отступил на шаг назад. Он молча смотрел, как из орудий «Убывающей луны» вырывается пламя, и прислушивался к отдаленным раскатам взрывов на корме «Яростной бездны».

Звено истребителей «Неудержимого» в тесном строю прорвалось сквозь завесу обломков, образовавшихся при обстреле двух впередистоящих кораблей. «Убывающая луна» и «Яростная бездна» сцепились в Спиральном Танце, когда один из кораблей медленно кружит вокруг второго и обстреливает его из бортовых орудий. Как и многие другие понятия в космосе, Спиральный Танец имел свою легенду, и для опытного пилота сатурнианского флота он означал неизбежную гибель судна, если только оно не решится вырваться из смертельных объятий. В этом маневре, словно в древней трагедии, были и отчаяние, и смерть.

Десятиместные истребители, оснащенные пушками и нагруженные ракетами ближнего действия, пролетели мимо «Убывающей луны» и по принятому обычаю отсалютовали своим братьям. Они нацелились на «Яростную бездну». Командиры вели эскадрилью к огромному темно-красному кораблю, уже отмеченному царапинами и выбоинами после энергичных действий «Гневного». На зеленоватых светящихся дисплеях вспыхнули метки, обозначавшие стыки энергетических щитов, группы датчиков и отверстия вентиляционных шахт. Тактические когитаторы поймали цели и зажгли красные огоньки.

«Серебряный-3», управляемый пилотом второго класса Карнаганом Таалом, вышел на атакующий вектор и развил максимальную скорость. Через узкую смотровую щель Таал уже видел в перекрестье лазерных лучей дымящуюся от взрывов корму «Яростной бездны».

Он отдал приказ стрелкам навестись на орудийные люки «Яростной бездны», расположенные вдоль верхней оси корабля. Орудия правого борта повернулись, отыскивая цель.

Орудия левого борта остались неподвижными.

Пилот Таал повторил приказ по корабельной связи. Его второй пилот Руджел проверил линию, но не обнаружил никаких неполадок.

— Руджел, спустись в оружейный отсек и наведи орудия, — скомандовал Таал, рассудив, что до начала атаки еще есть время.

Второй пилот кивнул, отсоединил провода, привязывающие его к креслу и пульту, и развернулся.

— Сцил, что ты делаешь?! — услышал Таал изумленное восклицание второго пилота и обернулся, чтобы узнать, что происходит.

При виде офицера-комендора Карины Сцил с автоматическим пистолетом в руке он приоткрыл рот. Таал уже собирался приказать ей возвращаться на пост и навести орудия на цель, как вдруг Сцил выстрелила ему в лицо.

Шагнувший вперед Руджел получил два выстрела в грудь. Истекая кровью, второй пилот потянулся к кобуре.

— Так записано, — произнесла Сцил и еще дважды выстрелила ему в голову.

«Серебряный-3» продолжал полет по заданному маршруту. Сцил отправилась вниз, чтобы закончить свою работу.

— «Серебряный-три» сбит, — доложил офицер Артемис, дежуривший на пульте контроля истребителей.

Палуба для истребителей тянулась почти на треть корпуса «Неудержимого», и на ней размещалось множество тактических дисплеев.

Ворлов, лицо которого пожелтело от бликов многочисленных экранов, не придал полученному сообщению особого значения. Истребители нередко выходили из строя во время атаки. Для космоса это обычное дело.

Ворлов продолжал обход, предпочитая получать сведения из первых рук, а не выслушивать доклады, передаваемые на капитанский мостик. «Неудержимый» специализировался на перевозке истребителей, и капитан считал, что его место здесь, откуда звенья кораблей отправляются в бой. Его рулевой отлично мог справиться с управлением кораблем в отсутствие капитана.

— Заградительный огонь открыт? — спросил Ворлов у ближайшего наблюдателя.

— Еще нет, — ответила офицер, чей гладко выбритый череп опутывали провода, передающие информацию с пульта прямо в мозг.

— Но мы уже в зоне ответного обстрела, — заметил Ворлов и внезапно остановился. — Эй! А что же случилось с «Серебряным-три»?

Наблюдатель подняла голову от экрана:

— Неизвестно. Пилот пропал с дисплея. Возможно, несчастный случай с экипажем.

— Нестандартное донесение с «Золотого-девять», — доложил другой наблюдатель, согнувшийся над экраном. Он плотнее прижал один из наушников к голове и зажмурился, стараясь услышать как можно лучше. — Какой-то беспорядок на борту, сэр. Они нарушают боевой протокол.

— Отзовите их. Остальным приказываю немедленно докладывать обо всех аномалиях! — раздраженно распорядился Ворлов и тяжело оперся на трость. — В сатурнианском флоте служат лучшие пилоты истребителей в этом секторе Галактики. Они не могут просто так терять сознание во время боевого вылета.

— «Золотой-девять» покинул строй, капитан, — доложил наблюдатель. — Я слышал в рубке стрельбу.

— Немедленно выяснить, что, к черту, происходит, или я всех комиссую! — рявкнул Ворлов.

— Слушаюсь, капитан.

— Отрывочные донесения с «Серебряного-один», — вмешался еще один наблюдатель. — Они говорят, что машинное отделение вышло из-под контроля.

— Включить общую трансляцию! — закричал Ворлов.

Наблюдатель произвел пару манипуляций, и по всей палубе ожили громкоговорители вокс-связи.

— …сошел с ума! Он забаррикадировался в хвостовом отсеке. Эсау убит, и он гонит насыщенный кровью воздух в рубку. Я ухожу с вектора атаки, чтобы спуститься и уничтожить его.

— Я вечный свет. Я повелеваю рассветом. Я начало и конец. Я есть Слово.

— …Я истекаю кровью… Герал погиб, и мне не справиться…

— «Золотой-двенадцать» только что нас обстрелял! В хвостовой части пробоина, вышел из строя третий двигатель!

На Ворлова обрушились десятки взволнованных голосов и отчаянные стоны — и все это были опытные пилоты истребителей, пораженные ужасом, недоверием и болью. Из громкоговорителя неслись донесения о безумии, саботаже и убийствах членов экипажей. Ворлов не мог поверить своим ушам. Все звенья распались, и великолепно спланированная атака провалилась без единого вражеского выстрела. Ему не встречалось ничего похожего даже в хрониках сатурнианского флота.

— Можно подумать, что они сошли с ума, — с трудом сохраняя спокойствие, сказала наблюдатель. — Все до единого.

— Прекратить! — закричал Ворлов. — Всем экипажам! Прекратить атаку и возвращаться на «Неудержимый»!

— Мы преуспели, мой лорд, — раздался в воксе вкрадчивый голос капеллана Икталона. — Соискатели эффективно нейтрализовали атаку истребителей.

— Ты заслужил похвалу, капеллан. Мы на пути к священной цели, и, будь уверен, твое имя появится в скрижалях Лоргара, — сдержанно ответил со своего трона Задкиил. Затем он повернулся к рулевому Саркорову. — Позволь кораблям сопровождения подойти ближе, а потом открой книгу.

— Слушаюсь, мой лорд.

Саркоров незамедлительно передал приказ капитана.

Задкиил увеличил масштаб изображения и внимательно осмотрел тот сектор, где находились истребители с «Неудержимого». Они беспорядочно метались из стороны в сторону и на мгновение вспыхивали, попадая под обстрел своих же товарищей. Несколько истребителей, сбившись с курса, удалялись в темную бездну. Грандиозная атака окончательно захлебнулась.

— Смотри, — обратился Задкиил к стоявшему рядом помощнику. — Смотри, какова сила Слова, Рескиил.

— Это потрясающе, — с глубоким поклоном ответил тот.