Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон - Страница 646

Он прогнал мысли о генерал-фабрикаторе и обратил аугметированный взгляд далеко на юг, где плотные облака, поднимающиеся с полей очистки на плато Дедалия, застилали горизонт, образуя сплошную тусклую пелену.

Три машины боевой группы Кавалерио, сверкая кобальтовой краской, словно три великана из древних легенд, уверенной поступью продвигались вдоль границы, разделявшей владения генерал-фабрикатора и Иплувиена Максимала.

Слева от Кавалерио величаво шагал «Владыка войны» по имени «Фарсида Гастатус», которым командовал принцепс Сузак. «Гастатус» был потрясающе грозной машиной, а Сузак, когда этого требовали обстоятельства, мог нанести решающий удар.

Справа нетерпеливой походкой немного вырвался вперед «Аркадия Фортис» класса «Разбойник». Его принцепс Ян Мордант был прирожденным охотником и лишь недавно получил повышение и пересел с «Гончей», а потому еще не оставил привычек одинокого волка.

— Не покидать строя, Мордант! — скомандовал Кавалерио. — Мой сенсорий говорит, что почва здесь рыхлая и под слоем песка могут оказаться расщелины. У меня нет ни малейшего желания вызывать грузовой транспорт, чтобы вытаскивать твою провалившуюся машину.

— Понял, — донесся сдержанный ответ Морданта, прерываемый визгом и воем помех.

Мордант еще не привык к насмешливой манере нового командира — он и его машина все воспринимали буквально — и потому чаще всего отвечал резкими короткими репликами. Кавалерио терпел его поведение лишь по той причине, что Мордант был одним из его лучших воинов и его боевой счет уступал только его собственному.

— Он все еще думает, что командует «Гончей», — заметил Кайпер, модерат «Магны».

— Наверное, — согласился Кавалерио. — Но «Аркадия» скоро вылечит его, это строгая машина, можешь мне поверить. Есть новости от Базека?

— Ничего, мой принцепс, — ответил Кайпер, сверившись с журналом вокс-записей.

— Сенсорий, можешь определить местоположение «Вульпус Рекс»?

— Думаю, что смогу, мой принцепс, — ответил Пал. — Но эти проклятые помехи препятствуют прохождению сигналов ауспика, и наша старушка видит не так зорко, как обычно.

— Это плохо, Пал, — сказал Кавалерио. — Разыщи ее сейчас же.

— Слушаюсь, мой принцепс.

Кавалерио выждал немного, а затем снова вызвал сенсория:

— Ну, теперь ты ее видишь?

— Машина углубилась на юг, — не скрывая облегчения, ответил Пал. — Спряталась на окраине борозд Гиганта, там, где оканчивается Бариева дорога.

— Хорошее место для засады, — одобрил Кайпер. — Если нам что-то и угрожает, то только оттуда.

— А там их поджидает Базек, — весело добавил рулевой Лак.

Кавалерио кивнул. Принцепс Базек командовал «Вульпус Рекс», лучшей «Гончей» из всех титанов Легио Темпестус, и слыл молниеносным убийцей противников, намного превосходящих размерами его хищную машину.

Он вызвал по мультисвязи план окрестностей и наложил на него топографическую сводку, полученную из системы наблюдения титана. Замечание Кайпера в полной мере соответствовало действительности. Только Бариева дорога была достаточно широкой, чтобы машина могла пройти, не разрушив половины прилегающих к ней построек.

Но изломанные линии, означавшие границы поселка, были, конечно, не слишком точными, так что вряд ли можно рассчитывать на полную безопасность машины. Каждый день строилось и уничтожалось множество зданий, и большинство карт поселений были безнадежно устаревшими.

— Перестройся на курс два-два-пять, — скомандовал Кавалерио.

В то же мгновение он ощутил, как дернулись его мускулы, реагируя на поворот «Викторикс Магна», продолжившего путь вдоль границы владений Максимала.

— Магос Аргир, доложи состояние нашего реактора.

— Состояние оценивается как неустойчивое, — ответил Аргир, технопровидец титана, неподвижно стоявший в отсеке позади рубки принцепса. — Нам нельзя было выходить на задание, принцепс Кавалерио, — добавил он. — Дух реактора расстроен, и продолжать работу без полной литании успокаивающих молитв очень опасно.

— Я понял тебя, магос, — сказал Кавалерио. — Прикажи снизить скорость марша.

— Снизить скорость марша, — немедленно повторил Аргир.

Кавалерио осмотрел окрестности через систему мультисвязи, считывая данные с измерителей давления, анализаторов атмосферы, инфракрасных панелей и микроволновых приемников. Такой исчерпывающий обзор был мало кому доступен на просторах Марса.

Он попытался сосредоточиться на простирающейся впереди поверхности, помня о том, что местность вокруг кузниц Максимала всегда таила в себе множество опасностей, но мысли постоянно возвращались к мрачным небесам над горой Олимп, источающим угрозу.

— Чем ты там занимаешься, Кельбор-Хал? — пробормотал он.

— Мой принцепс? — откликнулся Кайпер.

— Гм? Нет, ничего, я просто размышлял вслух, — ответил Кавалерио.

Объединение в систему мультисвязи не позволяло им утаивать какие-либо секреты, и Кайпер уловил интерес своего командира к горе Олимп.

— Воистину Великая Гора, не так ли? — спросил Кайпер, воспользовавшись старинным названием, принятым среди экипажей титанов. Он развернул кресло, чтобы взглянуть в лицо Кавалерио. — И похоже, она взволнованна.

— Да, это Великая Гора, — согласился Кавалерио. — Голос Марса, и звучит он обеспокоенно.

— Мой принцепс! — крикнул сенсорий Пал. — Вокс-сигнал с Аскрийской горы. Принцепс Шарак настаивает на разговоре с тобой.

— Выведи на мультисвязь! — приказал Кавалерио.

Перед принцепсом вспыхнул неярким светом зеленый прямоугольник и появилось голографическое изображение принцепса Шарака, стоявшего в Палате Первых. Изображение дрожало и расплывалось, а голос доходил с перерывами, словно канал связи был поврежден.

— Шарак, что произошло? — спросил Кавалерио. — Мы на марше.

— Я знаю, Повелитель Бурь, но вы должны немедленно вернуться к Аскрийской горе.

— Вернуться? Почему?

Ответ Шарака заглушил шум помех, похожий на звериный вой, изображение сильно задрожало, как от волн раскаленного воздуха.

— …Мортис. Они вышли на марш!

— Что? Повтори последнее сообщение! — потребовал Кавалерио.

Облик Шарака неожиданно прояснился, и следующие слова Кавалерио услышал так отчетливо, словно принцепс стоял с ним рядом.

— Легио Мортис, — повторил Шарак. — Их машины вышли на марш. И направляются к Аскрийской горе.

1.08

Далия зачарованно разглядывала Иплувиена Максимала, гадая, какая часть его существа еще осталась человеческой, а какая превратилась в машину. Но охлаждающее одеяние, предназначенное для сохранения сложных механизмов его тела, не давало возможности ответить на этот вопрос. В наружности магоса почти ничего не указывало на его принадлежность к одной с ней расе.

— Тебе еще не приходилось видеть такого адепта Механикум, как я? — спросил Максимал.

— Нет, — призналась Далия. — Те, кого я встречала, все-таки отдаленно напоминали людей. Вы говорите как человек, но выглядите совсем по-другому.

Максимал повернулся к адепту Зете и выдал трескучую последовательность бинарного кода, в то время как экраны на его механодендритах вспыхнули от удовольствия.

— О, прошу прощения! — воскликнула Далия. — Я не хотела дерзить, просто мне стало интересно.

Магос снова обернулся к ней:

— Ты понимаешь бинарный код? Без модифицирования?

— Я научилась, — ответила Далия, смутившись от такого внимания.

Продолговатая голова адепта, закрытая шлемом, качнулась, и его линзы, настраиваясь на Далию, тихонько загудели.

— Ты права, Зета. Она удивительный человек. Возможно, теперь твой проект наконец-то принесет плоды.

Далия отвела взгляд и уставилась в широкое окно, выходящее в зал, где под незрячими взглядами тысяч псайкеров был привязан к тета-усилителю Иона Мил.

— Он будет работать, я в этом уверена, — прошептала Далия.

— Остается только надеяться, малышка Далия, — сказал Максимал. — От него зависит слишком многое.