В лабиринте миров (СИ) - Любушкина Татьяна Евгеньевна - Страница 48

- Непременно заходите, – добавлял Борис Григорьевич, умильно глядя на толстощёкого карапуза. – Оленька так скучает...

Мы с Омаром нанесли визит в выходной день, чтобы застать Бориса Григорьевича дома наверняка, не предупредив заранее и, кажется, сорвали планы соседей.

- Мы на аттракционы хотели, – Оленька надула губки и тщательно подведённые глазищи подозрительно заблестели. – С Пусиком погулять.

- Ничего, потом погуляем, – бодро заявил Борис Григорьевич. – Проходите Женя, и вы, молодой человек... как вас величать?

- Омар.

- О! Великое имя! Я в юности, бывало, зачитывался виршами великого Хайяма.

- Омар? Это рыба такая? – Оленька простодушно хлопнула ресницами, покорно стягивая комбинезон с малыша.

- Рыба? – Борис Григорьевич озадаченно посмотрел на супругу. – Э-э-э... что ты имела ввиду? Впрочем, неважно! Проходите, дорогие гости. Оленька, чаю!

- А тебе всё неважно, что я имею ввиду, – Оленька взяла на руки карапуза и направилась в комнату. – Пойдём Пусик, аттракционы отменяются!

- Оля, да ты что?! – казалось, Борис Григорьевич был шокирован до чрезвычайности. – Ведь к нам Женя пришла!

Мне стало неловко. Я хотела извиниться и уйти, но меня опередил Омар.

- Борис Григорьевич! Оля! Не надо из-за нас ничего отменять, мы только поздороваться зашли, но если вы возьмёте нас на аттракционы...

Борис Григорьевич не дал ему договорить и бурно возликовал:

- Отличная мысль, Оленька, собирайся – выезжаем! Женя и Омар поедут с нами, и мы отлично повеселимся!

Оленька тут же осушила слёзы, малыш даже и не понял, что мог лишиться развлечения и через пять минут мы выезжали со двора в огромном джипе Бориса Григорьевича.

Аттракционами Оленька называла новый центр развлечений, открытый в прошлом году, в котором по выходным собиралось огромное количество народа: в основном родители с детьми. Мне из всех развлечений достался сынок Бориса Григорьевича и Оленьки, которого ни один детский аниматор не взял под свою ответственность, ввиду его слишком мелкого возраста. Борис Григорьевич самоотверженно взялся мне помогать, а Омар и Оленька растворились в гуще веселья, одновременно взяв билеты на роллердром, на просмотр ужастиков в 5D и что-то там ещё.

Устав ходить по залам, мы с Борисом Григорьевичем присели за столиком в кафе. Официантки бегали, как угорелые, не успевая обслужить всех желающих и мой спутник самостоятельно порысил к стойке за мороженным и стаканом сока.

- Невероятно!

На стул рядом со мной плюхнулся раскрасневшийся и вспотевший Омар. Тело его так и искрило, и я забеспокоилась, что сработает пожарная сигнализация.

- Что именно?

Малыш в это время пытался засунуть кулак мне в рот и потому мой вопрос прозвучал невнятно.

- Понимаешь, ангела и человека его создавшего связывают нити. Крепкие и видимые. Не всем, конечно, но ты и я увидеть их способны.

- Что-то я не видала нитей, связывающих Бориса Григорьевича и Ольгу, – с сомнением ответила я.

- То-то и оно! – Омар выдал сноп искр. – Борис Григорьевич вовсе не Оленькин ангел!

- Да ладно?! – не поверила я. – А чей же?! Он её опекает, заботиться... причём особого родства душ я не наблюдаю. Да и любви тоже.

- Говорю тебе – она здесь не при чём! Но невероятное не в этом! У этого ангела есть нити, крепкие – не разорвать. Я чувствую их, но не вижу! Они... словно заблокированы. Надёжно спрятаны кем-то, но зачем? Для чего? Ты понимаешь?

- Не очень, – призналась я.

- Люди вызывают ангелов неосознанно. Они молятся и верят в чудеса, но... если верующий человек попросит у бога, скажем, коробку конфет и она упадёт к его ногам, он искренне удивится. А, казалось бы, чего удивляться? Ты веришь во всемогущество высших сил, ты просишь, веря, что твоя просьба будет услышана, а потом удивляешься? Не логично. Поэтому я убеждён – люди не осознают силы своей мысли. Они выплёскивают свои просьбы и чаяния в отчаянной молитве, а потом забывают об этом. Потому и не узнают своих ангелов. Но этот ангел – рождён с сознанием дела. Кто-то вызвал его из небытия, зная, что делает.

- И блокирует нити? Чтобы их не увидели такие, как мы с тобой?

- Именно! Что-то здесь не чисто и я думаю, надо доложить Совету.

- Совету?!

- Ну да, Совету по контролю за переходом. Я думаю, в Нижний слой забрался кто-то неизвестный. Проник, не известив Совет. Надо проверить.

Слова Омара неприятно кольнули. Что это за Совет? Должна ли я передвигаться по мирам с его ведома? Похоже, что должна, но не очень к этому стремлюсь. Не хочу, чтобы меня перевоплотили, лишили памяти и так далее.

- Может, сначала сами попробуем разобраться?

Омар неожиданно обрадовался.

- Мы? Здорово! Значит, ты поможешь?! Я боялся, что один не справлюсь, но если вместе, то конечно! Если нам удастся в этом разобраться – это будет сенсация! Мы сможем доказать, что люди способны на осознанные действия, направленные на формирование материальной мысли, мы...

Поток его красноречия прервал приход Бориса Григорьевича. Он появился под руку с Оленькой и с подносом, заставленным мороженным и соком.

- Вуаля! – Борис Григорьевич картинно поставил поднос на стол и раскланялся. – Сегодня вас обслуживает официант Борис. Угощение за счёт заведения!

Оленька захлопала в ладоши и малыш на моих руках радостно рассмеялся.

- Налетайте, братцы!

Мы застучали ложками и стаканами и все поочерёдно отнимали у малыша мороженное, которое он бесцеремонно вырывал из наших рук. Вместо мороженого малышу полагался кусок яблока, но яблоко карапуз весело отбрасывал в сторону и снова тянулся за мороженным, требуя дать ему того же, что и всем.

Дело кончилось тем, что Борис Григорьевич взял сынишку на руки и пошёл с ним смотреть клоуна, давая остальным возможность спокойно поесть.

Оленька и Омар принялись наперебой рассказывать мне ужасы 5D, заливаясь хохотом, а я слушала их вполуха, и смотрела вслед ангелу. Я пыталась разглядеть связывающие его нити и не видела их, так же, как не видела раньше.

Тень на моих плечах беспокойно шевельнулась и скатилась к ногам, сворачиваясь в клубок. Омар взглянул на меня с тревогой, я ободряюще кивнула – не волнуйся.

Борис Григорьевич шагал по залу, импозантный, даже в джинсах и пуловере, с весёлым малышом на плечах. Встречные девушки и зрелые дамы бросали на эффектного мужчину заинтригованные взгляды, а он отвечал им беспечными улыбками. И тогда я увидела нити. Уродливый клубок, что копошился беспрерывно, опутывая его руки, ноги, голову. Он был окружён ими, как коконом, и они тянулись за ним следом, бесчисленные, живые... Омар не видел их, потому что никогда не отбрасывал свою тень. Это было опасно. Омар знал это и тот, кто вызвал к жизни ангела по имени Борис, тоже знал. Знакомая тошнота подступила к горлу, и Омар тронул меня за руку: “Женя, остановись”.

Тень вернулась на плечи, и тело ангела тут же приобрело бесформенные очертания. На вершине серой глыбы сидел хохочущий мальчуган, а металлические кандалы глухо звякали по каменному полу. Нити исчезли из поля зрения, но теперь я чувствовала их: трепещущие, живые. К кому же ведут эти серые нити? Кто распоряжается жизнью этого хорошего человека? Внезапно я почувствовала злость: кто бы это ни был – я до него доберусь!

Глава 24.

Надзиратели и монстры. Я ухожу.

У нашего подъезда мы повстречали Мелку.

- Ох, Мирослав! А Борис ставит машину, – Оленька сунула Мелке задремавшего малыша. – Подержите, я ключи найду. Где же вы были? Работали?

Она частила, не давая Мелке ответить и радостно улыбалась, блестя влажными зубами. Мелка смотрел на неё с удовольствием.

- Мы с вашим племянником познакомились, такое чудное имя! Вы не волнуйтесь, мы его домой отвезли. Мы решили завтра вместе сходить в кино: я, Боря и ваш племянник, вы не возражаете? О, вот и ключ! Спасибо, Мирослав!

Передавая Оленьке малыша, Мелка коснулся её безупречной талии.

- Я не возражаю. Я бы позволил вам всё...