В лабиринте миров (СИ) - Любушкина Татьяна Евгеньевна - Страница 85

Днище лодки зашуршало по прибрежному песку. Я прыгнула в воду, не дожидаясь, когда лодка достигнет берега и вытянула судно на землю, насколько хватило сил. Выудив из-под скамьи ржавый якорь, я надёжно закрепила его в расщелине меж двумя валунами и зашагала в ту сторону, откуда вился тонкий дымок.

Глава 38

Бесплодные земли Сиккурии. Первый полёт.

- Рыба хитра, – бурчал старик, моргая подслеповатыми глазами. – Она уходит вглубь, покидает берег. Что ей делать на берегу? Лезть в наши сети?

- Рыбы хитрые, – кивал в такт словам старика маленький черноволосый мальчик. – Мой отец будет строить лодку. Он построит лодку и возьмёт меня с собой.

- Не возьмёт, – его сестра прилежно перебирала пальцами сухие волокна, она помогала старику плести сети. – Ты ещё слишком мал.

- Неправда! – мальчуган выпятил вперёд худенькую грудь, но его сестра лишь пренебрежительно фыркнула.

- Он возьмёт Сола и Вагика. Он так сказал.

- Нет! – мальчик погрозил сестре кулаком и, едва сдерживая слёзы, побежал по берегу, шлёпая по мокрому песку босыми ногами и перепрыгивая ветви, водоросли и прочий хлам, вынесенный волной.

На крутом обрыве, словно ласточкины гнёзда прилепились причудливые строения, аккуратно слепленные из красной глины. Многочисленные круглые отверстия, служившие дверью и окнами, придавали обрыву вид многоглазого чудища, но мальчика этот вид не пугал. Вместе с родителями он прибыл на эту землю полгода назад. Когда строили жилище, он вместе со своим отцом, бывшим регионэкономом западного края Дреттом, месил глину своими маленькими пятками, и каждый прибрежный уголок был ему знаком. Каждый здешний валун мальчуган считал своим домом и отличным местом для бесконечных игр.

- Бабушка!

На его крик из “ласточкиного гнезда” показалась седая женщина. Она легко спустилась вниз, по деревянной лестнице и пошла по берегу, словно и не слышала капризного крика малыша.

Мальчик побежал за ней.

- Мой отец строит лодку!

- Это верно, – женщина согласно кивнула седой головой.

- А Лея говорит, что меня не возьмут в лодку! Она говорит, что я маленький. Она говорит, что отец возьмёт Сола и Вагика!

- А ты возьмёшь своего отца ловить рыбу, когда он станет стар?

Вопрос застал мальчика врасплох.

- Я? Нет. Я наловлю ему рыбы и принесу. Я буду о нём заботиться. Ведь он же будет старенький?

Женщина улыбнулась и взяла малыша за руку.

- ешь заботиться о них. А сейчас я нуждаюсь в твоей помощи.

Слёзы мальчика моментально высохли, и он важно кивнул головой, с давно нестриженными волосами.

- Что ты хочешь, бабушка? Набрать дров?

- Угадал, – старуха рассмеялась.

- Но у нас есть дрова, – возразил мальчик. – Мы много собрали вчера.

- Скоро зима. И дров понадобиться ещё больше, чтобы не замёрзнуть.

Мальчик затих. Он ещё помнил бесконечные снежные поля и непрерывный холод, что стоял внутри защитного облака.

- Я соберу много дров, – пообещал он. – Столько, что хватит на три зимы. На пять!

- Хорошо, – покладисто произнесла старуха. – Значит, нам придётся потрудиться.

- Как они могли? Ведь Сиккурийцы знали, что этот клочок берега, сплошь завален валунами. Он не пригоден для пахоты. Здесь гнездятся только чайки. Мясо их несъедобно, а яйца горьки. Мы немного просили, но то, что они нам дали... наступит зима и нам не выжить!

Из “ласточкиного гнезда” спустилась женщина с младенцем на руках.

- Удалось достать еды?

- Улитки. И вот это... – в его руках безжизненно повис трупик какого-то зверька, размером чуть больше крысы.

Несмотря на скудную добычу, женщина весело улыбнулась.

- Сварим суп. Сея принесла немного съедобных кореньев. Хватит, чтобы поесть.

-

-

-

- Они будут хорошей парой, – произнесла женщина.

Вечером у костра собрались все те, кто уцелел после нападения Литтуса Флэта и его приспешников. По молчаливому уговору никто и никогда не вспоминал потерянные просторы Севера и погибших родных и близких людей. Обсуждали только насущные проблемы и их хватало.

С каждым днём становилось всё холоднее. Сиккурия – край, где эти люди нашли пристанище, была суровой страной. Не такой, конечно, как их покинутая родина, где никогда не бывало тепла, нет. Здесь бурная весна наполняла всю округу цветущими растениями, а нежаркое лето давало возможность неприхотливым растениям подняться и даже принести урожай. Но короткое лето сменялось дождливой осенью и долгой, холодной зимой и тех, кто не сумел запастись на зиму продуктами, тёплой одеждой и жильём – ждала горькая участь.

Сиккурийцы на первых порах, как и обещали, помогли беженцам. Им дали топоры и лопаты, пилы и пару ружей, чтобы охотиться. Ещё северяне получили немного одежды и семян для посадки. Вот только земли, чтобы сажать, сиккурийцы не дали. Место, где высадили переселенцев, с одной стороны подступало к озеру, а с другой было окружено неприступными скалами. Таким образом, сиккурийцы обезопасили себя от возможного вторжения северян, не думая, что станет с этими людьми на бесплодном клочке суши.

Северяне никогда не были пахарями, охотниками или строителями. Но у них были дети, которых надо было кормить и всему пришлось учиться заново.

Братья Сол и Вагик весьма удачно придумали строить дома, прилепив их к обрыву. Глиняные стены, на удивление оказались крепки и никакой дождь и ветер не могли проникнуть внутрь, а высокое положение “гнёзд” защищало от подъёма озёрной воды. Небольшое неудобство вызывали окна, в холодные дни в них нещадно дуло, но в качестве оконных стёкол отлично послужили облака-кресла. Договором не было предусмотрено, что обстановка защитного облака перейдёт сиккурийцам и северяне вынесли из своего бывшего дома всё, что могли. Облака-кресла могли трансформироваться как угодно и потому попеременно служили своим хозяевам, не только в качестве мебели, но и всего, что только не придумывали предприимчивые переселенцы.

Дретта. Ещё они попеременно нянчили младенца Лоры и готовили беженцам еду из тех скудных продуктов, что удавалось добыть. Вечером, для всех находились мелкие дела по починке одежды, стирке, чистке кореньев и мытью посуда.

Пару дней назад Дретт надумал строить лодку. Рыбы попадалось в сети всё меньше, и переселенцы всерьёз опасались, голодной зимы. Они надеялись на богатый улов вдали от берега и ещё на то, о чём предпочитали не говорить вслух. Очевидно, что на этом клочке суши им не выжить. Говорить про то, чтобы перейти неприступные горы, нечего было и думать. Отвесные пики так высоко уходили своими вершинами в небо, что дух захватывало, глядя на такую высоту. Ни малейшей намека на проход не было в этой сплошной стене, сложенной природой надёжнее любой крепости. Да и что их ждало за горами? Земли Сиккурии? Там их точно не ждали.

А за озером лежали иные земли, не отмеченные на картах северян. Только старуха Ко скептически относилась к мечтам своих соотечественников.

- Не будьте наивны, – брюзжала она. – Вы думаете, там вас ждут плодородные земли, не населённые людьми? Ха! Всякой земле есть хозяева. Мы своей земли лишились и потому навсегда останемся изгоями.

Северяне признавали её правоту, но в глубине души не переставали надеяться.

л башмаки малыша Лео, а старуха Ко сидела рядом с ним, наблюдая за детьми в свете затухающего костра.

Дети облепили старика Фола и требовали фокусов.

- Дедушка, ну, пожалуйста! Покажи, как ты летаешь!..

Старик Фол Ай усаживался на песок, скрестив ноги и важно надувая щёки поднимался на полметра над землёй, затем громко выдыхал воздух и шлёпался на песок, вызывая громкий смех детей.

- Ещё! Пожалуйста, ещё!!!

Старик виновато качал головой. На большее его сил не хватало.

- Будет вам, – отбивался он от детей. – Летайте сами.

Но как те ни надували щёки не могли и на сантиметр подняться вверх.

- Не получается! Как ты это делаешь? Как?!

- Не следует дразнить детей. Им никогда не стать тем, кем они могли бы быть, не будь...