Последствия больших разговоров (СИ) - Барышева Мария Александровна - Страница 107

   - Я выздоровею... прости, что я все это делал...

   - Ну да...

   - Я выздоровею... и сделаю все это снова.

   Байер фыркнул и, высвободившись окончательно, легко хлопнул Костю по плечу и отошел к молчаливой ожидающей группе. Люди за столом вжались друг в друга, панически озираясь, и Эша тоже панически озиралась, схватив себя за волосы.

   Что же это такое, как же так?! Не может этого быть! Нам суждено выжить! Нам суждено выжить! Ты слышишь меня, судьба? Нам суждено выжить!

   На мгновение она широко раскрыла глаза, осознав, что впервые в своем судьботребовательном нытье не использовала местоимение "я". Своя, отдельная судьба сейчас была неинтересна. Без этих людей, которые спрятали ее за свои спины, и без тех, которые ждут их в офисе среди рябин, своя судьба была просто не нужна. Раньше всегда была только она, Эша Шталь, и немножко Поля. Как же сильно все изменилось, и как же поздно она это поняла. Шталь взглянула на Костю, который лежал неподвижно, свесив одну руку со столешницы, и, казалось, уже не дышал, судорожно сглотнула и повернула голову - как раз в тот момент, когда Олег Георгиевич обернулся.

   Эша ожидала какое-нибудь значительное слово. Или все объясняющий взгляд. Должно же было быть хоть что-то! Но Ейщаров, видимо, действительно уже слишком хорошо ее знал, и, видимо, действительно совершенно ничего не было, ибо не получила Эша Шталь ни слова, ни взгляда. Олег Георгиевич только подмигнул ей и отвернулся.

   Часть паники немедленно испарилась, и Эша ощутила привычное раздражение, как будто Ейщаров не подмигнул ей, а ткнул издевательски пальцем.

   Ба-а, посмотрите-ка на Эшу Шталь! На что похожа! То, что вы принадлежите к женскому полу, Эша Викторовна, вовсе не дает вам права раскисать лишь потому, что вас сейчас переработают на котлетный фарш! Вы же заявили, что явились помочь, а сами только хлюпаете носом! Может, высморкаетесь и сделаете что-нибудь? У нас времени почти нет, но у вас оно еще будет. Используйте его.

   Она почти услышала эти слова, но никто их не произносил и никто не сунул их силой в ее мозг. Похоже, это были ее собственные беззвучные слова, ее мысли - да, именно так, потому что это была правда. Да, это было правильно. Нужно попытаться что-то сделать, а не стоять в драматической позе. Еще есть время. И все остальное тоже никуда не делось.

   Встряхнись, разве ты не Эша Шталь?

   Да, я Эша Шталь!

   Кто ж еще, елки-палки?!

   Да я вам сейчас!..

   Вещи и здание, переставшие быть вещами и зданием... но еще не окончательно ставшие тем, чем себя вообразили. А чем они себя считают? Они вообразили себе новую форму, новое существование, но это существование еще ничем не наполнено. Некупленные, нашпигованные чужой злостью сумасшедшие. С сумасшедшими говорят ласково... да, с ними говорят ласково, порой как с несмышлеными детьми, рассказывая им, кто они есть на самом деле. Вы не Наполеон Бонапарт и не дипломат из созвездия Льва, вы Коля Иванов из пятого дома по улице Чехова. Да, мы уважаем ваши завоевательные планы, но вот ваш паспорт. Вам не нужно заключать взаимный пакт о ненападении с человеческой расой, вы инженер, и вас ждут в родном проектном.

   Она попыталась сосредоточиться на всем, что находилось вокруг, и за пределами зала, и на самом здании, и вновь на нее нахлынул бурлящий океан злобы, быстро начавший распадаться на отдельные ручейки - десятки, тысячи ручейков, потянувшиеся к своим хозяевам. На мгновение Шталь показалось, что голова у нее сейчас взорвется, и тут она ощутила кое-что еще. То, чего никогда не ощущала прежде, хотя Олег Георгиевич не так давно упоминал, что скоро она приобретет эту способность.

   Она почувствовала Говорящих. Они были тут, в двух шагах от нее, и ей сейчас не нужно было смотреть на них, чтобы знать об этом. Подобрать слова к ощущению было невозможно. Они просто были здесь, и, не выдержав напряжения, Шталь невольно потянулась к ним, хотя ее тело осталось неподвижным, и почувствовала, как они отозвались на это движение и встретили ее. Это было, как, испугавшись, схватить за руку близкого человека, как, замерзнув, прижаться к чьей-то теплой груди, как, споткнувшись, быть подхваченной кем-то сильным. Головная боль слегка отступила, ясность мыслей вернулась, и Шталь, не ослабляя этой бестелесной хватки, обернулась к жавшимся за столом людям. Никто из них не носил магазинной униформы, но, возможно, в техотделе это и не было принято.

   - Среди вас есть продавцы?

   - Продавцы? - бестолково переспросил помятый мужчина с рыжими усами.

   - Продавцы! Местный персонал! Кто здесь работает!

   - Какое это сейчас имеет значение?! - возмутился мелированный молодой человек с легким, полубезумным блеском в глазах и ткнул пальцем в оживший зал. - Там...

   - Заткнись и отвечай! - нелогично потребовала Эша.

   - Ну я продавец, - сообщил молодой человек и кивнул на свою соседку с расплывшимися полукружьями туши. - Она тоже.

   - Я продаю лампы! - пискнула девица, после чего иным голосом сказала коллеге: - Козел!

   - Идите сюда!

   Оба дружно замотали головами, и тогда Эша посмотрела на пистолет, оставленный Ейщаровым на столе. Ее взгляд еще не успел закончиться, как она обнаружила, что уже держит пистолет в руке, направив его на перепуганный персонал, пытающийся спрятаться друг за друга. Никаких угрызений совести Эша не ощутила - напротив, это оказалось довольно приятно. Вероятно, в подсознании каждого покупателя прячется желание направить пистолет на продавца. Впрочем, не менее вероятно, что у каждого продавца имеется желание направить пистолет на покупателя.

   - Сюда!

   Персонал проявил внезапное проворство в преодолении стола, и, пошатываясь, вытянулся рядом. Надежда на то, что они работают здесь достаточно давно и являются достаточно профессиональными работниками была довольно мала, но ничего другого под рукой не было.

   - Что это? - Эша указала пистолетом на ближайшее громоздкое, громыхающее создание, передвигавшееся, словно обряженная в латы почтенная матрона.

   - А?

   - Если узнали, скажите что это?! Скажите мне так, будто я покупатель! Живее, или поубивают нас всех на хрен!

   - Холодильник, - прошелестел мелированный. - Вон там стоял...

   - Какой холодильник?! Ты на работе!

   Молодой человек набрал воздуха и выпустил его из легких вместе с информацией, путаясь в словах:

   - Холодильник "Самсунг", двухкамерный, прекрасная модель, широкий диапазон температур, быстрое охлаждение, мягкое замораживание, отделения кулселект и свежести, полки из закаленного стекла, ЖК-дисплей, система подачи охлажденной воды, прост в использовании, на складе есть цвета бе... - Эша скривилась, и продавец, правильно истолковав гримасу, затараторил, - но этот цвет особенно приятен для глаз. Великолепный дизайн.

   Омытый комплиментами бывший холодильник, сейчас отнюдь не обладающий великолепным дизайном, внезапно стал передвигаться более задумчиво, резко выпав из общего технического наступления, и Шталь, ощутив его растерянность, продолжила втискивать в сознание существа полученные характеристики, пытаясь заставить его вспомнить, что он и есть прекрасная модель холодильника.

   - Купите его! - вслух крикнула она. - Быстрей, его нужно купить!

   - На фига мне монстр, - сипло отозвался Байер, примериваясь для первого удара, - я уже был женат!

   - Замечательный холодильник! - провозгласил Ейщаров, который оказался более сообразительным. - Я давно такой искал! Какая удача, что он у вас есть!

   - Я бы тоже его взял! - подхватил Электрик, чуть приплясывая на столешнице. - Если он будет соответствовать тому, что вы сказали, прям щас возьму, только у меня мало наличных!

   Существо остановилось вовсе, отчего все движение в зале тоже слегка замедлилось, словно прочие пытались понять, что происходит. Эша, сморщившись от напряжения, продолжала "уговоры", существо скрипнуло и вдруг стало преображаться, принимая старую добрую холодильную форму.