Последствия больших разговоров (СИ) - Барышева Мария Александровна - Страница 95

   - Тихо! - шепнул ей Гена и резким взмахом сабли разрубил пополам прыгнувшего ему в лицо серебряного скорпиона, за которым волочилась тонкая цепочка. Обе половинки брякнули где-то внизу. Таможенник озадаченно выпрямился и вопросительно взглянул на Орлову, напряженно обшаривавшую взглядом владения взбесившихся драгоценностей. - Если мы не снимем с нее это, оно оторвет ей голову. Если попробуем снять, с нами станет то же, что и с Олькой. Ни один вариант мне не нравится.

   - У нас мало времени! - Алла отдернула руку, потом плашмя ударила ножом по массивной печатке с квадратным сапфиром, почти подобравшейся к ее пальцам, и смахнула ее на пол, точно таракана. - Оставлять ее тут нельзя. Это ведь аметисты у нее на шее?

   - Это уже не ожерелье, - мрачно отозвался Гена, оглядывая витрины. - Гляди-ка, большинство украшений на месте... Тебе не кажется это странным? Разве они не все должны взбеситься?

   - Дай мне ее! - Алла ударила подошвой по золотой змейке, потом поджала ногу, и змейка, яростно засверкав изумрудными глазами, скользнула прочь. - Твою фляжку! Ты наверняка взял ее с собой!

   - Сейчас не время! - возмутился Таможенник. - И чего это я должен ее отдавать?!

   - Дай сюда! И прикрой меня!

   Таможенник, ворча, выудил из-за пояса маленькую плоскую фляжку и сердито вручил ей. Алла перескочила через прилавок, и он прыгнул следом, тут же начав разгонять вновь накинувшиеся на них кровожадные украшения и топтать их ногами, что, впрочем, не наносило им особого ущерба. Реквизированные диски недовольно гремели под его одеждой.

   - Быстрей! - крикнул Гена. - Мне тут не развернуться!

   Алла отвинтила крышку фляжки и, примерившись, встряхнула ею, выплескивая крепко пахнущее прозрачное содержимое фляжки на ожерелье, стянувшее шею девушки, которая что-то протестующе пискнула. Аметистовые щупальца тотчас все разом съежились, ожерелье издало пронзительный писк, разомкнуло свою хватку, корчась свалилось на пол и метнулось под прилавок, сгибаясь и разгибаясь, точно огромная перепуганная пяденица. Гена, развернувшись, с размаху рубанул тесаком по уходящим в пол хвостам цепочек, удерживавшим левую ногу девушки, та в ужасе завизжала и в следующую секунду бестолково задрыгала освободившейся ногой, на лодыжке которой остались вспухшие фигурные следы. Тотчас цепочки, удерживавшие правую ногу, поспешно соскользнули с нее и дружно ринулись к стене, по которой взобрались на потолок и застыли там, сделав потолок очень красивым. Гена буквально выкинул мало чего соображающую девушку из-за прилавка, выскочил сам, выдернул следом Орлову и, приобняв обеих, ринулся с ними к дверям, отмахиваясь от летящего перед ним вертолетика. Захлопнув за собой створку, он прислонился было к ней спиной, но тут же вспомнил про дыру над дверью и резво отскочил. Вертолетик, миновав пару бутиков, влетел в третий, за ним, подпрыгивая, торопливо последовал шарик.

   - Ну, ты как? - спросила Алла, вручая Таможеннику его фляжку, к которой тот немедленно и приложился, сунув тесак за пояс и не сводя глаз с покинутого магазинчика.

   - В-в-в... - сказала спасенная, ощупывая распухшую шею.

   - Ты продавщица?

   - Э-э... - сказала спасенная. Алла прищурилась, потом вдруг запустила руку в кармашек ее юбчонки, прежде чем та успела отскочить, и извлекла пригоршню золотых колец и скомканных цепочек. Украшения вели себя прилично, то есть вообще никак себя не вели, и Алла, презрительно фыркнув, приоткрыла дверь "Орхидеи", швырнула золотой комок внутрь и снова захлопнула дверь.

   - А меня называла мародером! - Гена завинтил фляжку. - Между прочим, там был самый лучший джин, который здесь можно достать! А как это ты...

   - Ольга когда-то показывала, - Алла прислонила девушку к стене и пригрозила ей пистолетом, после чего та стала очень смирной. - Аметисты хранят от пьянства. А аметисты, собранные в одно ожерелье, не выносят пьяных - иногда некоторые даже не только пьяных, самого алкоголя не выносят - сразу расстегиваются или рвутся. И она мне как-то... Я подумала - вдруг подействует. Видимо, у них еще кое-что сохранилось.

   - Я просто хотела взять немного колечек, - внезапно обрела дар речи девушка, пьяно пошатываясь из стороны в сторону. - Они все равно лежали просто так. Охрана убежала, а камеры наверняка не работают. Что такого - немного украшений...

   - Хотела свистнуть чуток драгоценностей, а вместо этого драгоценности свистнули тебя, - Гена понимающе кивнул и мотнул головой в сторону отдела, в котором скрылись жужжаще-прыгающие напарники, потом поправил очки. - Я гляну, а ты присмотри за ней. Возможно, они там просто прячутся, и я живенько их приведу.

   - Я даже здесь чувствую запах яблок Нины1, причем настоящих, а ими обычно не моют пол, - мрачно произнесла Алла и подтолкнула любительницу колечек вперед. - Там точно что-то неладно. Мы подождем возле дверей.

   Девица попыталась было внести предложение подождать их у себя дома, получила легкий тычок в копчик и тут же перестала разговаривать, занявшись испуганным оглядыванием по сторонам. Они двинулись в сторону парфюмерного, и тут из дверей донесся громкий вопль:

   - Помогите!

   Таможенник тотчас ринулся вперед и впрыгнул в магазинчик, уже замахиваясь на ходу, готовый отбить что бы то ни было. Но отбивать оказалось нечего, и вообще магазинчик, по сравнению с "Орхидеей" выглядел довольно благопристойно, если не считать оглушительного запаха духов, от которого у Гены немедленно защипало в носу, поваленного круглого стенда, из-под которого торчали слабо шевелящиеся мужские ноги, и пухлой девушки, красиво распростершейся среди рассыпанной косметики. Над ней жужжал вертолетик, рядом с оголившимся из-под взбившейся юбки бедром подпрыгивал шарик, и Гена, рассудив, что ноги под стендом могут подождать, подскочил к лежащей и сгреб ее с пола.

   - Помогите! - снова закричали из-под стенда, и он слегка покачнулся. - Кто там, помогите! Сейчас шарахнет!

   Вздрогнув, Таможенник выронил девушку, вновь ощупал взглядом нутро магазина, изыскивая то, что может "шарахнуть", и, когда его взгляд наткнулся на полочки, где должны располагаться для покупательского обзора флакончики с духами, невольно приоткрыл рот. От всех полочек осталась только нижняя, а на ней, взломав перегородки, со стеклянным треском стремительно разбухала дрожащая радужная масса, из которой выступали, словно вплавленные, странные кубики и полусферы разных размеров. Полупрозрачная жуткая масса была причудливо исчерчена какими-то надписями, и пока Гена изумленно созерцал ее, из бока переливающегося нечто, похожего на огромный мыльный пузырь, вырвался тонкий червеобразный отросток, пополз влево, повалив по пути какую-то коробочку, вонзился в стоящий поблизости флакончик духов, беззвучно пройдя сквозь стекло, и тут же пополз обратно. Флакончик уверенно поехал по полочке, с легким звоном стукнулся о пульсирующую массу и начал стремительно в ней тонуть.

   - Ничего себе! - сказал Гена, подскочил к опрокинутому стенду и одним движением отшвырнул его в сторону. Освобожденный тут же облегчил задачу по собственному спасению, перевернувшись и, не утруждая себя принятием вертикального положения, кряхтя, быстро-быстро пополз на четвереньках к выходу. Таможенник, схватив бессознательную девицу за руку, выволок ее прочь, попутно несамаритянским пинком развернув уползавшего, который сгоряча ткнулся было лбом в косяк, не попав в проем. Последними магазин покинули голые ноги девицы, прощально стукнув каблуками о порог, и Орлова тотчас захлопнула за ней дверь. Гена, опять бросив свою ношу, выпрямился, и в этот момент в магазинчике раздался такой звук, словно кто-то уронил с большой высоты огромный мешок, наполненный бутылками и жидким навозом. Мощнейший, совершенно невообразимый по своему составу запах духов ударил даже сквозь закрытую дверь, и Гена с Аллой отшатнулись, дружно зажимая носы и глядя на мокрое стекло, с которого медленно сползало тонкое покрывальце дыма. Витрины и стенды съежились, точно тающие восковые фигурки, и с одного тягучими, ленивыми ручейками потекла помада.