Некромант . Трилогия - Петерсон Андрей Викторович - Страница 19

Оставаться в разгромленном коридоре рядом с жутко вонючей кучей, от которой почему-то разило все сильнее, тоже не особо хотелось. Поэтому на общем совете двумя голосами было принято решение вернуться назад к колодцу и разбить лагерь на насиженном уже, в буквальном смысле этого слова, месте. И поскольку против такого плана никто не высказался, Осси повернула назад.

В комнатушке было тихо. Огненные шары перестали бороздить просторы колодца, видимо, осознав всю бессмысленность затеи, а может быть, просто выключились по истечении определенного времени. Как бы то ни было, тишина была очень кстати и прекрасным образом дополняла покой, к которому стремилась сейчас леди Кай.

Выпив еще один, уже третий по счету, тоник, на этот раз без тостов и демонстраций его вкусовых качеств, Осси улеглась поудобнее, положив рядом освобожденный от ножен кинжал, и раздавила над собой магический кристалл, окутавший ее пушистым желтым восстанавливающим туманом, словно одеялом.

— Что там у нас со временем? — зевая, спросила она.

Хода что-то ответила, но Осси ее уже не слышала.

Проснулась леди Кай оттого, что кто-то пытался тихонечко вытащить у нее из-под головы рюкзак.

Отдавать свое добро вот так запросто, за здорово живешь, да еще неизвестно кому совсем не хотелось. Поэтому Осси, чуть переместив руку, сжала пальцы на рукоятке кинжала и открыла один глаз. Хода стояла в боевой стойке, совершенно, впрочем, неподвижно, устремив взгляд куда-то за голову интессы. Почувствовав, что Осси проснулась и смотрит на нее, Хода, не меняя позы, скосила взгляд на девушку.

«Крыса. Большая и черная», — ответила она на немой вопрос.

Крыс Осси не любила.

Крыс, которые наглым образом нарушали заслуженный сон, не любила вдвойне. Да и рюкзак отдавать очень не хотелось. Все эти соображения привели к желанию немедленно начать активные боевые действия, которое Осси и осуществила, не задумываясь, со всего размаху из положения лежа на спине ударив Гасителем.

Удар, нанесенный вслепую, можно сказать, инстинктивно, имел два последствия. Первое, являющееся собственно целью, — наглый агрессор был повержен посредством разделения туловища на две неравные части, соединиться в единое целое которые уже без помощи некромантии не могли. А поскольку некромансеров, хвала Страннику, поблизости покамест не наблюдалось, то можно считать, что безвозвратно.

Второе последствие было неожиданным. Кинжал, только что разрубивший небольшую тушку, словно кусок масла, на этом не остановился, а, продолжая заданную рукой леди Кай траекторию, так же легко разрубил и плиту пола, глубоко в ней увязнув. И теперь полыхал оттуда красным светом.

— Почему ты не разобралась с ней сама? — недовольно спросила Осси и кивнула на валяющиеся поодаль останки.

«Ты же говорила, что никого живого мы тут не встретим, — съязвила Хода, защищаясь, ибо давно уже, как и все, усвоила, что лучшая из защит — это нападение. — А потом, я уже собралась, было, но тут ты влезла». — В этом Хода, пожалуй, не лукавила, ибо стойка у нее действительно была самая что ни на есть боевая и готовая к стремительному броску.

— Ладно. — Осси поднялась и пошла выковыривать из каменного плена свое оружие.

Брезгливо отбросив по дороге носком ботинка останки покойной, она взялась за рукоять правой рукой и потянула. Кинжал не шелохнулся. Через некоторое время Осси убедилась, что загнать его туда было не в пример легче, чем достать обратно. Ухватив рукоятку уже двумя руками, она принялась тянуть изо всех сил, слегка расшатывая лезвие в камне. Справившись наконец с этой задачей, она от резкого рывка опрокинулась на пол, где и осталась сидеть, рассматривая лезвие кинжала. Узор, нанесенный на полотно клинка, пылал красным светом, источая вокруг ровное сияние явно магического происхождения.

— Давно следовало тобой заняться, — пробормотала она, разглядывая Гаситель со всех сторон.

После нескольких экспериментов, поставленных в походно-коридорных условиях, было выяснено, что сила, с которой кинжал разрубает препятствие на пути клинка, пропорциональна силе свечения последнего. Обе силы убывают с каждым нанесенным ударом, сходя на нет после примерно десяти ударов по камню. После чего клинок стену уже не прорубал, а вел себя как обычное колюще-режущее орудие. Причем, что знаменательно, светиться он тоже переставал.

— Что скажешь? — Наигравшись, но так толком ничего и не поняв, Осси обратилась за советом к Стражу.

«Тебе следовало бы потренироваться в развитии причинно-следственных связей», — услышала она в ответ.

— Потренируй меня, о, великая Древняя Сила. — Осси стояла над Ходой, уперев руки в бока. — Не то остаток пути ты проползешь на брюхе, обдирая его о камни. Как тебе такая перспектива?

«Макни в кровь». — Перспектива Ходе явно не понравилась.

— Опять кровь! — застонала Осси и повернулась к отброшенным частям крысы.

Вымазав лезвие в лужице натекшей крови, леди Кай убедилась, что кровь действительно вернула Гасителю и свечение, и способность без особого труда рассекать камень.

— Левый Клык, говоришь… Вот они, вампирские штучки. Что ж нам теперь, еще и кровь в бутылях с собой таскать? — пошутила очень, впрочем, довольная столь неожиданным поворотом событий Осси.

— Хотя… — добавила она после недолгих раздумий. — Достаточно одного удара и одной царапины, чтобы снова его включить! А в бою он, стало быть, сам себя прокормит — очень рационально, ничего не скажешь! И крови на нем не остается!

После этих слов она бережно вытерла и без того сухой и чистый клинок и вложила его в ножны.

Сборы были недолгими, и вскоре Осси вновь шагала по мозаичным плитам к месту недавнего сражения.

За прошедшее время поле боя практически не изменилось. Разве чуть меньше стала пузырящаяся куча в углу, растекшаяся подсыхающей лужицей, да вонь стала не такой несносной. Еще раз бегло осмотрев отвоеванную территорию и не найдя на ней на этот раз ничего примечательного, Осси обратилась к двери.

Дверь была добротной, богатой и массивной. Массивным было и кольцо, служившее ей ручкой. Богатой же была резьба, украшавшая оба дверных полотна и изображавшая битву карликов с несколькими огромного размера тварями, более всего похожими на жуткую помесь огромной бесхвостой обезьяны с длинношеими обитателями южных лесов.

Битва происходила на мосту, и исход ее был не очевиден.

Карлики, укутанные в длиннющие, до пола, балахоны с узкими островерхими капюшонами, явно наседали на трех изрядно потрепанных монстров. Брали, что называется, числом. Четвертая тварь была изображена уже в падении, совершающей свой последний головокружительный полет с моста в бездну.

С другой стороны, оставшиеся три твари, судя по всему, были полны решимости не пропустить орду коротышек через мост и взимали с них плату за проход сотнями их маленьких жизней. Они крушили надвигающийся на них строй направо и налево своими могучими, почти достающими до земли лапами и не менее могучей и длинной шеей, на которой покоилась маленькая мерзкого вида голова с огромными, впрочем, зубами и презлющими глазенками. Молотя своими похожими на два молота ручищами во все стороны, они сшибали малюток с моста десятками, отчего в воздухе над пропастью было не менее людно, чем на мосту. Полные решимости не только не уступить ни арда родного моста, но и выжить любой ценой, монстры топтали ногами, размазывая в первозданную слизь наседающие на них полчища. Зубы страшилищ также участвовали в битве, с огромным, судя по всему, удовольствием перемалывая мелюзгу, как семечки.

Осси даже почудилось на мгновение, что она слышит хруст костей, разгрызаемых этими жуткими зубками, настолько великолепно и правдоподобно была выполнена эта картина на створках двери. Если учесть, к тому же, что дверь была выточена, судя по всему, из цельного куска камня, то можно представить, сколько лет и трудов было положено на то, чтобы девушка сейчас могла полюбоваться этой битвой, гадая, чем она может закончиться: то ли карлики все-таки смогут смять стражу моста и переправиться на другой берег, куда им зачем-то очень надо; то ли хранители моста все же смогут отстоять вверенный им стратегический объект и вдоволь насытятся мелким, но поступающим в несметных количествах прямо в их ненасытные пасти кормом.