Некромант . Трилогия - Петерсон Андрей Викторович - Страница 211

– Не надо ничего искать, — тихо сказала Осси. — Нет тут выхода.

– Как это нет? — Возмутился хилависта. — Раз вход был, значит и выход есть!

– Выхода нет, — повторила Осси. — Мы в тюрьме.

– Где?! — Ташур заорал так, что уши заложило. — В какой тюрьме?

– В Эршрате. В пенитенциарии Пресвятого Апостолата. И выхода отсюда нет.

– Апостолата… — протянул хилависта. — Эвон, оно, как… Ничего себе. А как мы тут оказались?

– А вот это, мой друг, — вопрос вопросов! — Вздохнула Осси. — Если б я знала…

– Вопрос вопросов, говоришь? — Взвизгнул Ташур. — А вон, ответ ответов валяется, — он крутанулся на месте и подкатил к куче тряпья, лежащей в углу. — Это он нас сюда затащил, гадина дохлая!

Он попытался было пихнуть иссохшего после тесного контакта со Слезой мертвеца, но у него ничего не получилось. Вместо этого он наехал прямо на упокойника, похожего на мумию, из которой каким-то невероятным образом быстро и безболезненно вырвали жизнь.

Впрочем, что значит невероятным? Это Слеза расстаралась, и было тому по крайней мере два свидетеля.

От удара тело Греда Шероу содрогнулось, затем послышался хруст ломающейся как сухое печенье кожи, а потом — тихий шорох, и с головы бедолаги медленно осыпались остатки волос.

– Фу, мерзость какая, — поморщился хилависта, откатываясь подальше, и встряхиваясь как собака. — Что ж за невезуха такая! Даже после смерти от него покоя нет.

– А ведь ты прав, — неожиданно заявила Осси. — Ты абсолютно прав!

Все это время, наблюдая борьбу Ташура с бренными останками смотрителя, она думала о последних словах хилависты.

– Еще бы не прав! Так и лезет ко мне, мертвечина поганая!

– Я не про это. Я про то, что ведь это он нас сюда притащил. На нем ведь портал открылся-то…

– А я что говорю! — Хилависта раздулся от важности. — Я всегда прав! Ты можешь вспомнить, чтобы я хоть раз ошибся?

– Да погоди ты, — отмахнулась Осси. — Ты посмотри, что получается…

– Куда посмотри? — Хилависта подкатил к ней вплотную.

– Никуда. Это я говорю так…

– Ты нормально говори, — разозлился Ташур. — А не так и абы как, а то тебя уже понять невозможно, как мертвяков твоих…

– Вот о них-то и речь!

– А что с ними не так? — Удивился Ташур. — Мертвяки — они мертвяки и есть. Обычные, скучные. Просто я их не очень люблю…

– Видишь ли… — задумчиво протянула леди Кай. — Получается, что не все они обычные. Этот, вот, например, — необычный.

– Да? И что же в нем такого необычного? Он, что воняет как-то по-особенному?

– Нет. Воняет он также, как все. А, вот, происхождение его весьма интересно.

– Ничего интересного, — буркнул Ташур. — С вами всегда так: были, были и померли…

Любопытная это оговорочка была: «с вами»… Осси, так, — на всякий случай — это запомнила, но отвлекаться не стала и продолжила:

– А он не просто помер. Его, между прочим, убили. И кто его убил, заметь: мы не знаем.

– Как это не знаем… — хилависта вздохнул и с тоской посмотрел на леди Кай, явно сожалея о ее безвременно угасших умственных способностях. — Очень даже знаем. Женщина в сером его убила.

– Ага. В сером… А кто она — ты знаешь? А зачем убила? И, заметь, какое время для этого выбрано было…

– Какое?

– Очень интересное время. Вот смотри: Странник к этому моменту Аулу уже покинул, и кладбище начало потихоньку перерождаться. Хотя наружу еще ничего не вырвалось, и даже признаков никаких еще не появилось…

– Ну и что? — Хилависта нахмурился. По всему, он изо всех сил пытался понять к чему Осси клонит, но ничего у него пока не получалось, и это его сильно злило.

– А, то! Не кажется ли тебе странным, что именно в этот момент, появляется какая-то женщина и убивает служителя некрополя, труп которого становится центром зарождения девшалара? Причем девшалар этот восходит не когда-нибудь, а именно тогда, когда мы туда приходим…

– Ну…

– А когда нам все-таки удается с ним справиться, на трупе на этом вдруг активируется портал, который забрасывает нас туда, откуда выбраться практически невозможно…

– Ну, да… странновато немного, — согласился Ташур. — То есть… Ты хочешь сказать, что это для нас все было?

– Именно это я и хочу сказать, — сокрушенно кивнула Осси. — Похоже, это была ловушка!

– Ловушка?

– Да и мы в нее попались…

«Да, что там: попались! По самые ушки вляпались», — встряла Хода.

– И кто? В смысле, — кому это надо было? — на хилависту прямо смотреть больно было. Так он сильно расстроился, что его вокруг пальца обвели.

– Кому, кому… Да кому угодно! Но если Хода права, — а она, скорее всего, права! — то мы сейчас в гостях у Пресвятого Апостолата. И кстати, серое одеяние той дамы очень на это намекает.

– Да? — Хилависта задумался. — Это хреново… Прогекали мы, выходит, засаду-то… Профукали… Профуняли… Да чего там говорить — просрали мы ее! А ведь был уже звоночек-то…

– Какой звоночек? — Не поняла Осси. — Ты о чем?

– О чем? — Взгляд хилависты, которым он одарил леди Кай, был взглядом победителя. И ничего, что он снизу вверх смотрел. Все равно он чувствовал себя героем: никто внимания не обратил, а он один заметил. — О покойнике в монастыре. О том, которого ты последним убила. Глех, или как его там?

– Глесс, — машинально поправила Осси.

– Не важно, — скривился Ташур. — Важно, что он тоже нас в западню утащил. Ту — на дороге…

«А ведь прав пузырь, — прошептала Хода. — Прав гундосый!»

– Точно, — ахнула Осси. — Это же он нас тогда сдернул не пойми куда…

– Ага. И не просто сдернул. Под мечи и стрелы он нас сдернул. А ты еще гадала тогда, что это за люди такие нам попались. Теперь понятно, что за люди.

– Теперь понятно, — согласилась Осси. — Непонятно только, как они на покойничков порталы навешивать умудряются.

– Да какая разница как. Важно, что навешивают. Так что ты теперь как мертвяка бесхозного увидишь, так лучше от него подальше держись.

– Будь уверен, — кивнула Осси. — Близко не подойду.

«А Эйрих?»

– Что Эйрих?

«Когда он умер, тоже портал активировался. Тот, который нас обратно на Ступени вернул. Это как в вашу теорию укладывается?»

– Не укладывается.

– Что не укладывается? — Переспросил хилависта.

– Да, вот, Хода про Эйриха вспомнила. Говорит, что его портал нас тогда из западни вытащил.

– Ну и что? Значит он не с ними был. А это и так ясно, что не с ними. А раз так, то и вытащил.

– А портал откуда взялся? — Не унималась Осси.

– Откуда, откуда… Я почем знаю откуда. Эйрих твой вообще какой-то странный был…

– В смысле: странный?

– Ну, не знаю… Было в нем что-то такое… Не могу объяснить, — вздохнул хилависта. Пойму — скажу, а пока не о нем речь… Ты, вот, лучше скажи — отсюда правда не выбраться?

Осси пожала плечами:

– Не знаю. Говорят, что нет.

– Это плохо.

– Плохо…

«Очень плохо, — вздохнула Хода. — И хуже не бывает».

Глава двенадцатая

Молчание хоть и было тягостным, но недолгим, и первым не выдержал хилависта.

– А эта… пенитенци… перетенци… Тьфу, дрянь! Как ее?

– Пенитенциария?

– Во-во! Она самая. Это что вообще такое? И почему, ты говоришь, из нее выхода нет?

– Ну, выхода нет, — Осси вздохнула, — потому, что он тут проектом не предусмотрен: те, кто сюда попал обратно уже не выходят. А пенитенциария, или как ее в народе называют Эршрат, это — тюрьма Пресвятого Апостолата. Построили ее еще при Лорике VIII после, так называемой, трехдневной смуты — то есть почти семьсот лет назад.

«Семьсот тридцать шесть», — поправила Хода.

– Да, семьсот тридцать шесть… Построил ее Орден по заказу Его Святейшества Диара Рисана, который ее потом и возглавил. А нужна она ему была в первую очередь как раз для того, чтобы избавиться от участников смуты. Причем, желательно раз и навсегда.

– А чего так сложно-то? — Удивился Ташур. — Нельзя их было просто того? — Он закатил глаза и вывалил свой огромный лиловый язык на бок, весьма удачно изобразив висельника.