Некромант . Трилогия - Петерсон Андрей Викторович - Страница 39

Поэкспериментировав еще немного, Осси опытным путем определила, что так называемая тропка имеет около четырех шагов в ширину, абсолютно не видна ни под каким углом зрения, не пропускает в себя камни и прочий мусор, которые от нее отскакивают, как им и должно было бы отскакивать от скалы, но беспрепятственно позволяет просунуть туда руку или ногу.

Понаблюдав за этими сложными и мало понятными стороннему наблюдателю манипуляциями девушки, Тям тоже подобрал на земле небольшой камешек и неожиданно ловко запулил его в стену. Да так удачно, что тот, отскочив от скалы, рикошетом стукнул его прямо по макушке. Взвизгнув целой серией гневных тямов, пришелец с той стороны Вуали отбежал в сторону, а потом довольно решительно направился к скале с явным намерением навести там порядок, после чего, войдя прямо в нее, пропал.

Запущенная внутрь на разведку Хода вскоре вернулась целая и невредимая с кратким докладом и руководством к действию:

«Дорога как дорога. Тям жив-здоров. Сидит там и ждет. Пошли уже, а то карлики засмеют — пляшешь тут у скалы, как дикарка с островов!»

В подтверждение ее слов из камня показалась голова Тяма, похлопала глазами и тоже объявила, что путь свободен и ждет путников, вложив все это в одно единственное, но необычайно емкое по интонационной окраске слово.

— Делать нечего. Подчиняюсь большинству, — улыбнулась Осси и вошла в скалу.

Со стороны это, наверное, смотрелось очень эффектно, но сама девушка не ощутила ничего. Просто в какой-то момент нависшая прямо перед глазами стена вдруг провалилась куда-то назад, за нее, а Осси уже стояла в начале тропинки.

«Ну что ж… найти — нашли, войти — вошли. Осталось только посох забрать», — подытожила их достижения Хода.

— Сейчас пойдем и заберем, — ответила Осси и полезла в рюкзак.

Достав оттуда две обоймы с арбалетными болтами, она одну сразу зарядила в арбалет, а вторую прицепила к поясу.

Болты эти, сделанные по специальному заказу и стоившие баснословных денег, были очень похожи на острые карандаши, сделанные из стекла.

Делал их один умелец-оружейник, и производство их было довольно трудоемким и очень хлопотливым делом. Сначала он самолично выдувал заготовки из какого-то специального стекла, сваренного по древнему рецепту, который хранил в строжайшей тайне не только от собратьев по цеху и заказчиков, но и от своих подмастерьев. Стекло это получалось тонким, но достаточно прочным, а вот кончик болта делался невероятно хрупким. А потому хранить болты приходилось в специальных обоймах с надетой на них защитной крышкой, которая сбрасывалась непосредственно перед стрельбой. Внутрь этих стеклянных карандашей под давлением заливалось родерское серебро, которое, как известно, существует в одном только виде — в жидком.

На поставках этого серебра обогатилось не одно поколение контрабандистов, пока наконец мамаша ныне царствующего Норвика II Бросс не выдержала и не прибрала этот промысел под свое крыло, кого-то показательно повесив, а кого-то хорошенько припугнув. Так или иначе, но вот уже пятнадцать лет монополия на ввоз в королевство жидкого серебра принадлежала Короне и только Короне. Цены на этот редкий металл после этого несколько упали, но позволить его себе все равно могли далеко не все. Осси пока могла.

После того как болты заливались серебром, они аккуратненько запаивались, и самое неприятное для неупокоенных оружие было готово.

Попадая в тело нежити, такой болт легко проникал внутрь, лопался там, после чего серебро, закачанное в болт под избыточным давлением, быстро растекалось внутри мертвяка, пытаясь заполнить все возможное и невозможное пространство. При этом оно выжигало все на своем пути, забирая жизнь из тела, в котором уже не было души.

Немного подумав, Осси достала еще одну обойму и навесила на пояс с другой стороны. Конечно, два массивных цилиндра, болтающихся на поясе, не прибавляли ей ни ловкости, ни грации, но в бою, когда каждый выстрел решает многое, лучше держать смерть под рукой.

Проверив, как вращается барабан у арбалета, Осси сняла первый из двух предохранителей, и теперь оружие было готово начать стрельбу, даже если просто нажать и немного удержать курок. Подготовив таким образом скорострельную смерть, Осси повесила арбалет на плечо так, чтобы его оставалась только подхватить, а дальше рефлексы и безотказная механика начнут посылать болты в цель с вполне приличной для такой маленькой машинки — всего с полторы ладони — скоростью.

Покончив с арбалетом, Осси начала придирчиво отбирать магические кристаллы, перекладывая их из рюкзака в кармашки пояса. Наконец, когда все они оказались заполнены, она достала из рюкзака два небольших розовых шарика, которые легко уместились на ладони.

Это были кристаллы с Шамерским Огнем — заклинанием, ничего общего с обычным огнем, несмотря на свое название, не имеющим. В месте, где разбивался такой шарик, температура моментально скачком понижалась на сотню градусов, вымораживая все вокруг в радиусе пятнадцати шагов. Все живое, равно как и уже не живое, что сейчас интересовало Осси много больше, обращалось при этом в причудливые, насквозь ледяные и, что характерно, уже абсолютно неживые статуи. Главное при этом было не попасть самой под термоудар, ибо в той области, где внезапно наступала магическая зима, оттаявших, как говорится, уже не бывало. Впрочем, при определенной сноровке и небольшом опыте избежать такого досадного и необратимого недоразумения было не так уж сложно. В монастыре Осси приходилось решать задачки и посложнее.

Уложив Шамерский Огонь в специальный карман, обеспечивающий сохранность капсул при любом ударе и падении, Осси взяла в руку обновленный и значительно подросший Гаситель и крутанула его в воздухе, привыкая к новому балансу. Прочертив в воздухе несколько замысловатых кривых кончиком теперь уже полноценного меча, Осси удовлетворенно хмыкнула и закончила выступление с оружием, резонно рассудив, что вот будет бой — он все покажет и все на свои места расставит.

На этом последние приготовления можно было считать законченными, и небольшой, но колоритный отряд по борьбе с нечистью выступил в путь.

На этот раз порядок следования был изменен.

Впереди, в авангарде, укрываясь в трещинах между камнями и вообще максимально используя сложный рельеф местности, то есть малейшие неровности дороги, скользила Хода.

Осси следовала за ней шагах в двадцати позади. Точнее сказать было сложно, потому как, отпустив Ходу вперед, Осси почти сразу же ее из виду потеряла и сколько ни вглядывалась в тени от камней, но заметить своего Стража так и не смогла.

Замыкал шествие, а иначе говоря — арьергардом был, Тям. Со своей задачей он справлялся совершенно замечательно — шел ходко, при этом не переставая крутить головой по сторонам. Но, что примечательно, шагал он сосредоточенно и молча, что казалось для него совершенно невозможным, и ступал мягко и тихо, по всей видимости, глубоко проникшись важностью момента.

Дорога особым разнообразием не баловала, постоянно виляя между огромными валунами и оставляя в прямой видимости отрезок пути всего в несколько шагов. Раз пять или шесть проходили под нависающими прямо над головой причудливыми арками, явно природного происхождения. Похоже, что именно эти ажурные своды и наблюдала Осси с того берега разлома.

Всякий раз, когда показывалась очередная такая арка, Осси внутренне напрягалась, потому что лучшее место для засады трудно было придумать, но каждый раз обходилось. То ли вообще не осталось никого в том месте, куда направлялся ее отряд, и напрасно их пугал король-призрак, то ли предоставленные сами себе после смерти некромансера мертвяки не способны были организоваться и выстроить хоть сколь-нибудь осмысленную оборону.

Буйством красок пейзаж тоже не удивлял: все оттенки серого с редкими вкраплениями бледно-голубого — вот и вся местная палитра. Серые скалы по бокам с периодически растущими из них голубыми светящимися кристаллами. Серые камни под усталыми ногами, покрытые светло-серой пылью. Темно-серые тени, перечеркивающие друг друга и все вокруг, — эдакий пейзаж минималиста, воспевающего форму убогостью красок.