Дневники св. Николая Японского. Том ΙII - Святитель Японский (Касаткин) Николай (Иван) Дмитриевич - Страница 205

25 февраля/9 марта 1898. Среда.

Анна Кванно на девять ен, вчера взятые у меня, выкупила из залога почти все вещи, отобранные Надеждой Намеда у ученицы и заложенные ее матерью. Пять–шесть незначительных вещей пропадут — урок ученице, которая могла бы быть догадливее, ибо уже четырнадцать лет ей.

Отцы Сергий и Андроник со вчерашнего дня посещают приход о. Семена Юкава, который сам предложил им сделать это, и находят сей приход лучшим, чем Канда, принадлежащее о. Павлу Сато.

Отец архимандрита Сергий сказал мне сегодня, что о. Андроник слаб сердцем; его дед и мать померли от разрыва сердца; о. Андроник сегодня в приходе чувствовал себя очень нехорошо, прежде недавно с ним было то же.

Вот беда–то! Нужно ему японский чай совсем не пить и воздержаться от всяких волнений.

26 февраля/10 марта 1898. Четверг.

Симеон Мацубара, из Аомори, спрашивает: «Были ли на Флорентийском Соборе Марк Ефесский и русский митрополит Исидор? Вопрошал–де о сем священника (о. Бориса Ямамура), но он отозвался неведением». Хороши оба, и старый катихизатор, и священник; «Церковная история» Рудакова, где, хотя и краткие, но все же определенные, сведения о сих материях есть, у обоих пред глазами, и хоть бы развернули! Какой–то французский патер лжет там Семену Мацубара какую–то свою чепуху. Послал я указание страниц в Истории.

Простудил горло в пятницу на прошлой неделе на службах в Соборе, и до сих пор мучает проклятая болезнь.

27 февраля/11 марта 1898. Пятница.

Писание донесений Святейшему Синоду, к миссийскому отчету. Прочее исправление корреспонденции в Россию. — Болезнь горла, не позволяющая выходить, отчего тяжесть головы. — Неприятные телеграммы по поводу Китая и Порт–Артура, и Кореи, и наших русских служащих там…

28 февраля/12 марта 1898. Суббота.

То же, что выше. Во время всенощной о. архимандрита Сергия обокрали; вор взял ключ из–под мата, отворил квартиру, замкнул ее изнутри, нашел ключ от железного сундука в кармане старого подрясника, скинутого о. Сергием пред всенощной и, отворив ящик, украл все деньги, которые нашел там, то есть ен семьдесят японскими бумажками и долларов пятьсот золота разных стран.

1/13 марта 1898. Воскресенье.

Выпал ночью снег и утром глубокий снег. Болезнь горла помешала мне служить; о. архимандрит Сергий служил соборне с четырьмя иереями.

Вечером он и о. Андроник были на церковном собрании в катихизаторской квартире «Кандаквай».

Видно, что идет оживление Церкви благодаря их посещениям домов христиан.

2/14 марта 1898. Понедельник.

Отправил сегодня большую почту: донесения, приходно–расходные отчеты за 1897 год в Святейший Синод и Совет Миссионерского общества и прочие.

Полиция разыскивает пропажу о. Сергия, но едва ли будет успех. Кажется, дело рук И. Но указать на него значило бы погубить его. Господь с ним! А может, и не он.

3/15 марта 1898. Вторник.

Забыл вчера записать жалкую фигуру жены катихизатора в Одавара, Ильи Сато, с ребенком на руках, пришедшей просить прибавки ежемесячного содержания. Бедная — больная глазами — с синими очками на них; говорит: «Зарабатывала шитьем несколько, но теперь не могу; трое детей; христиане ничем не помогают; муж запретил мне просить, но я не вытерпела»… Ответил я ей, как и другим: «Напишу к местным христианам, чтобы они помогали; Миссия же не может; муж получает двенадцать ен; многие по восемь или по десять; надбавить вам — нужно надбавить и другим, чего Миссия решительно не в состоянии».

Пошел сейчас же при ней в канцелярию, сказал секретарю написать к христианам Одавара; но вернувшись в комнату, нашел ее с ребенком сидящей на том же месте. Сказал: «Сегодня почта, — спешу приготовить к отсылке, и потому не имею ничего больше сказать ей, а буду заниматься своим делом». Думал, после этого она уйдет; но она остается по–прежнему. Я стал писать письмо; больше полчаса прошло; ребенок — позади меня, на руках матери — то хныкал, то лепетал, мать ни с места. Наконец, приходит секретарь Нумабе, — «где, мол, делась жена Сато?» Я вновь стал наказывать ему убедительно написать христианам Одавара помогать своему катихизатору. Тогда, наконец, бедная госпожа Сато, поднялась и поплелась молча с своей ношей из комнаты. Крайне жаль мне стало ее, и я пошел к ней в канцелярию и сказал, что прибавлю по одной ене в месяц им на содержание, кроме того, что христиане, вероятно, дадут вследствие письма отсюда (если только дадут! Написано, чтобы помогали чем могут — углем, солью, соей, зеленью и прочим).

О. Игнатий Мукояма пишет, что в Фукуяма (в Циукоку) начинает зарождаться Церковь. Есть серьезно слушающие учение у Василия Хираи; между прочим один протестант, Сакамото, которого особенно пленило то, что православные молятся за умерших. «Почему у нас нет сего?» — добивался он у своих учителей и получил в ответ: «Потому что сказано: предоставь мертвым погребать своих мертвецов». Оригинальное объяснение! Я впервой слышу его. Похоже на католическое в другом вопросе: «Мол, ключи даны Петру, — и сам Христос не мог войти в Рай без Петра», — так учил католический проповедник в Кумамото. — Нашелся один и православный в Фукуяма; протестанты было завлекли его, но он оживился ныне.

В Ономици также есть православные; между прочим, Матфей Мурадзуми, без одной ноги что. И подвижной же человек сей безногий! Учился в Катихизаторской школе, потом проектировал мост чрез реку в Исиномаки, потом резал печати в Хакодате, ныне в Ономици, а родом из Сендая.

4/16 марта 1898. Среда.

Составил Построечный приходно–расходный отчет за 1897 год, — переписать и послать.

Из Церквей скучнейшие письма; видно, что нечего делать и потому пишут убийственно длинно и водянисто. По окончания чтения всегда такая тоска нападет, что не знаешь, куда деться.

Куда свечей, куда стихарей, куда икону, куда книг, куда помогут на бедность или погорелье, — вот крупицы дела в огромных чашках пустой воды. Все тотчас же исполняется, насколько возможно.

Из Саппоро катихизатор Моисей Симотомае пишет, что там есть русский, учитель русского языка, женатый; недавно у них дочь родилась, которую тотчас же и крестили, нарекши Валентиной; очень благочестивы, — всегда ходят в Церковь. Спасибо хоть за это!

5/17 марта 1898. Четверг.

Отцы Сергий и Андроник продолжают посещать христиан, что очень полезно, — каковую пользу я именно ожидал от новоприбудущих. Оживят они Церковь! О. Сергий, вернувшись сегодня, говорил, что хорошо бы всенощные служить в молитвенном доме «Хонго», очень приличном. Хорошо! Пусть будет!

6/18 марта 1898. Пятница.

О. архимандрит Сергий вчера простудился и ныне болен. День был очень теплый, а он отправился в город в теплом суконном платье. О. Семен Юкава после обхода христиан угощал их у себя японской лапшой (соба), потом шли они около пруда у Уено, из которого веяло холодом и сыростью; «тогда же я почувствовал озноб», говорил о. Сергий, ну и болен! Жаль!

Вчера я настаивал, чтобы они, отцы Сергий и Андроник, завели у себя сотрудников, в России, между своими товарищами, служащими в Петербурге и Москве, наподобие того, как у меня есть о. Федор Быстров. Очень это было бы полезно для них и для будущего Японской Церкви. Сегодня еще внушал, чтобы они приглашали сюда на службу, кого знают, надежных для сего людей, между своими знакомыми академистами. Двоих назвали они, и будут писать к тем. Я же буду у обер–прокурора просить еще сюда для Хакодате, Сендая, Киусиу — по миссионеру. Помоги Бог!

7/19 марта 1898. Суббота.

Написал донесение в сопутствие к построечному отчету; при нем пойдут семь фотографий построек Семинарии и прочих. Пишу, между прочим, о необходимости постройки «вдовьего дома» для вдов и сирот священников и катихизаторов.