Укрощение - Перцева Татьяна А. - Страница 15

— Нет, — коротко ответил Роган, не собираясь рассказывать о Роуленде да и вообще о чем-то еще. — Возвращайся в лагерь и оставайся там.

Лайану так и подмывало сказать, что она имеет право ходить, куда хочет, но в ушах звучали предостережения Джойс.

— Да, конечно, я вернусь, — покорно ответила она. — Ты пойдешь со мной?

Роган хотел посидеть на берегу, но боялся отпускать ее одну. Пусть он не знает ее имени, но отныне она — Перегрин и, следовательно, враг Говардов. Они с радостью захватят в плен очередного члена семьи Перегринов.

— Ладно, — неохотно вздохнул он, — я вернусь с тобой.

Лайана была в полном восторге. Джойс оказалась права! Стоило послушаться мужа, и он согласился проводить ее в лагерь!

Она ждала, что он предложит ей руку, но этого не произошло. Вместо этого он повернулся к ней спиной и пошел прочь. Лайане пришлось бежать за ним, но тут юбка зацепилась за поваленное дерево.

— Погоди! Я застряла! — крикнула она.

Роган повернул обратно, и сердце Лайаны, как всегда при его приближении, забилось сильнее.

— Подними руки, — велел он.

Лайана посмотрела ему в глаза, увидела, как отражается в них лунный свет, и забыла обо всем… пока он не ударил мечом по дереву, отрубив заодно большой кусок ткани. Девушка тихо охнула, потеряв дар речи. Вышитый шелк стоил ей четырехмесячной аренды с шести ферм!

— Поторопись, — скомандовал он и снова повернулся к ней спиной.

«Молчи! — велела она себе. — Проглоти раздражение и оставайся спокойной. Женщина должна оставаться любящей и доброй».

Поэтому, кипя гневом, она продолжала молча брести за ним и впервые задалась вопросом, ждет ли он их брачной ночи с таким же нетерпением, как она.

А Роган с каждым шагом все более ясно вспоминал гибель брата. Прошло два года, а каждая деталь выглядела все так же отчетливо. Вот на этом месте Роуленд толковал о покупке коней. А тут они говорили о смерти братьев Джеймса и Бэзила восемь лет назад. Здесь Роуленд объяснял, как важно защищать Заред. Здесь…

— Не мог бы ты рассказать мне о своем замке? Нужно определить, где лучше повесить шпалеры.

Роган совершенно забыл о девушке! Уильям, который был на три года его старше, погиб в восемнадцать лет. Последним его желанием было вернуть земли Перегринов. Только тогда его смерть будет оправданна.

— Это большой замок? — не унималась девушка.

— Нет, — проворчал он. — Очень маленький. То, что оставила нам сука Говардов.

Он остановился на опушке леса и раскрыл рот от изумления. Перед ним было море больших пуховых перин, расстеленных прямо на земле. С таким же успехом можно зажечь факелы и трубить в трубы, возвещая Говардам об их местонахождении.

Опомнившись, Роган ринулся к брату, который в этот момент пересмеивался с хорошенькой служанкой, и ударил его по плечу.

— Что это за глупость? Почему бы сразу не пригласить Говардов к нашему костру?

Северн резко оттолкнул руку Рогана.

— Нас хорошо охраняют, и ничего не случится, если женщины лягут на перинах!

Роган ударил брата в грудь.

— Немедленно уберите все это! Женщины будут спать на земле или пусть возвращаются к Невиллу.

Северн сжал руки в кулак и ответил ударом на удар, но более тяжеловесный Роган даже не пошатнулся.

— Кое-кто из мужчин хочет спать с женщинами.

— Не стоит слишком удобно устраиваться на ночь. Если придут Говарды, мы будем готовы. Не то что в ночь убийства Роуленда!

Северн кивнул и отправился выполнять приказ брата.

Лайана осталась на опушке леса, наблюдая, как братья колотят друг друга, словно кровные враги. Она затаила дыхание, боясь, что каждую секунду начнется кровопролитие, но они, о чем-то переговорив, разошлись, и Лайана облегченно вздохнула. Оглянувшись, она заметила боязливые взгляды женщин, но никто из рыцарей Перегринов не обращал внимания на перебранку братьев. И все же Лайана понимала, что менее сильный мужчина свалился бы под такими тумаками.

В этот момент к ней подбежала Джойс с искаженным от ужаса лицом.

— Миледи, у них нет шатров. Нам придется спать на земле!

Обычно Лайана, отец и мачеха, отправляясь в путешествие, везли с собой просторные шатры, где спали все женщины. И поскольку, перебираясь из замка в замок, они брали с собой большую часть мебели, то и устанавливали ее в шатрах.

— И никакой горячей еды, — продолжала Джойс. — Только холодное мясо, которое они забрали со свадебного пира. Две женщины уже бьются в слезах.

— В таком случае им придется осушить слезы! — отрезала Лайана. — Ты сама твердила, что хорошая жена не жалуется. То же самое верно и для служанок.

Она слишком волновалась в ожидании брачной ночи, чтобы думать о холодной еде и шатрах.

Заслышав шум, обе повернулись и увидели, что рыцари убирают перины и складывают в фургоны.

— Нет! — охнула Джойс, ринувшись к мужчинам.

Весь следующий час в лагере царил хаос: Лайана пыталась устроить служанок на земле под звездами. Она вынула из фургона мешки с мехами, велела расстелить на земле мездрой вниз, и это помогло утешить девушек. Некоторые рыцари обнимали служанок, обещая волшебную ночь.

Лайана расстелила свои меха за пределами лагеря, в тени толстого дуба. Джойс помогла ей снять изуродованный костюм и надеть чистую ночную сорочку, после чего Лайана легла и стала ждать. Она ждала долго. Очень долго. Но Роган не пришел к ней. Предыдущую ночь она не спала, и теперь глаза сами собой закрывались. Но она заснула с улыбкой на губах, зная, что муж разбудит ее.

Роган лег рядом с Северном на грубые шерстяные одеяла, на которых они всегда спали в дороге. Северн сонно повернулся к нему.

— Я думал, что ты теперь женат.

— Ну да, Говарды того и ждут, чтобы напасть, а я забавляюсь с девчонкой, — саркастически бросил Роган.

— Хорошенькая штучка, — заметил Северн.

— Если тебе нравятся кролики. От остальных я могу отличить ее только по цвету платья. Сегодня четверг?

— Да. И мы будем дома в субботу.

— В таком случае, — мягко заметил Роган, — субботний ужин обойдется без кролика.

Северн отвернулся и заснул, а Роган еще некоторое время не спал: слишком тяжелы были воспоминания о том, что произошло на этом месте. Кроме того, нужно было решить, что делать с золотом Невиллов. Следует построить стенобитные машины, нанять и вооружить рыцарей, купить еды на случай долгой осады, поскольку он знал, что возвращение земель Перегринов потребует многолетней войны.

И ни разу он не подумал о молодой жене, ждавшей его на противоположном конце лагеря.

Наутро настроение Лайаны, как можно понять, было не из лучших. Джойс явилась к госпоже с кучей жалоб от служанок. Рыцари Перегринов оказались грубы и невежественны в искусстве любви, и две девушки были все в синяках и царапинах.

— Лучше синяки и царапины, чем комфорт и удобства! — отрезала Лайана. — Принеси мне синее платье и эннен и прикажи женщинам перестать жаловаться, иначе у них появятся веские причины для слез!

Она мельком увидела среди деревьев мужа и снова проглотила гнев. Неужели все браки выглядят именно так? Неужели женщина принуждена терпеть одну несправедливость за другой и при этом держать язык за зубами? Неужели таков путь истинной любви?

Она надела синее атласное платье с поясом, усыпанным бриллиантами. Бриллианты поменьше украшали эннен. Может, сегодня он посмотрит на нее с желанием? Может, вчера просто стеснялся лечь с ней в присутствии посторонних? Да, наверное, в этом и кроются причины его поведения!

Он не поздоровался с ней этим утром. Мало того, прошел мимо, даже не взглянув на нее. Как будто не узнал…

Лайана вскочила на коня с помощью рыцаря и снова отправилась в путь в середине процессии, глотая пыль и частички конского навоза.

Но к середине для она окончательно потеряла покой и то и дело поглядывала в сторону Рогана и Северна, по-прежнему ехавших во главе отряда и о чем-то оживленно говоривших. Ей захотелось узнать, о чем беседуют братья, что их так заинтересовало. Она пришпорила лошадь.