Укрощение - Перцева Татьяна А. - Страница 42

Но он тот уже вскочил, вышел из комнаты и больше не возвратился.

Сердце Лайаны сжималось от боли, когда она видела, как Роган борется с самим собой. Часть его души жаждала нежности и любви, которые предлагала жена, однако и брат ему тоже был дорог. Он тренировался и работал целыми днями, стараясь оставаться главой рода Перегринов, доказать своим людям и особенно брату, что достоин звания их господина. А по вечерам он никогда не расслаблялся, какие бы удовольствия ни доставляла ему Лайана.

Она всеми силами пыталась держать в узде свой гнев на Северна, но это давалось ей с трудом. Она написала письмо мачехе, где спрашивала, не знает ли та богатых наследниц, на которых мог бы жениться Северн. Если она найдет деверю жену, может, он оставит в покое ее и Рогана.

Однако именно третий скандал все изменил и перетянул Рогана на сторону Северна.

Лайана, кипя от ярости, ворвалась в парадный зал, где завтракали братья. Друг с другом они по-прежнему не разговаривали. Лайана была так зла, что у нее едва язык ворочался.

— Твой… брат сегодня утром был в постели с тремя женщинами! — взвизгнула она.

Роган восхищенно уставился на Северна.

— Три? Я имел одновременно не больше четырех. И наутро едва ноги таскал.

— Когда это случилось? — спросил Северн, словно Лайаны тут не было.

— Год назад, на турнире, в…

— Не он! — заорала Лайана. — Заред! Твой младший брат, этот ребенок провел ночь с тремя женщинами!

Мужчины вытаращились на нее с дурацким видом. Похоже, они понятия не имели, что тут дурного.

— Я этого не позволю! Роган, ты должен это прекратить.

К ее полнейшему недоумению, глаза Рогана весело заискрились.

— Да, придется что-то делать!

Лайана в гневе надвинулась на него.

— Не смей издеваться надо мной! Мальчик берет пример с тебя. Он только что не молится на тебя! Считает тебя выше всех и вся и, я уверена, просто тебе подражает.

Северн ухмыльнулся и хлопнул Рогана по плечу.

— Подражает старшему брату, — повторил он смеясь.

И тут Лайана не выдержала:

— По крайней мере Роган старается. А ты! Твоя замужняя любовница живет под одной крышей с твоим младшим братом!

Северн вскочил, перевернув стул.

— Не лезь в мою жизнь! А Заред…

— Мы позаботимся о Зареде, — перебил Роган, вставая.

— Как ты заботишься обо всем другом, включая свою жену? — съязвил Северн, прежде чем выскочить из комнаты.

Роган посмотрел вслед брату и тяжело опустился на стул. Слова Северна расстроили его.

— Ему нужна жена, — вздохнула Лайана.

— Жена? — усмехнулся Роган. — Иоланта выцарапает ей глаза.

Он выглядел таким несчастным, что она попыталась развеселить его.

— Найдем такую, которая смогла бы помериться силами с Иолантой.

— Таких не бывает.

Она нежно погладила его лоб.

— Нет? Я справилась с тобой, а ты сильнее двадцати Севернов и Иолант.

Но шутка вышла неудачной. Глаза Рогана потемнели от гнева.

— Ни одна женщина не возьмет надо мной верх, — выдохнул он.

— Я не хотела… — возразила она, но он резко выпрямился.

— Ни одна женщина не будет править мной или моей семьей. Возвращайся к своему шитью, женщина, там твое место! — бросил он и оставил ее одну. Одну на весь день, весь вечер и всю ночь. Лайана была вне себя от тревоги, убежденная, что он ушел к другой женщине.

— Я убью ее так медленно, что она будет молить о смерти! — кипела Лайана, мечась по комнате.

В полночь она пришла к Габи, вытащила ее из объятий Бодуина и послала на поиски Рогана. Та быстро вернулась и сообщила, что Роган пьет в парадном зале вместе с полудюжиной своих рыцарей.

На душе у Лайаны сразу стало легче. Он так же сильно расстроен их ссорой, как она сама. Больше он не тот мужчина, который игнорировал жену, который не мог отличить ее от десятка других женщин.

Когда она наконец легла в постель, сон ее был некрепок, но все же это был сон.

На рассвете ее разбудил звон стали.

— Роган! — ахнула она, умирая от страха. Накинула первое, что попало под руки, и сбежала вниз.

Еще до рассвета Говарды попытались пробраться в замок Перегринов. Закинули на стены большие крюки и стали взбираться по веревкам.

Прошло столько времени с их последней атаки, и Перегрины были так заняты внутренними сварами, что забыли о бдительности. Настороженность уступила место чувству ложной безопасности.

Двенадцать из двадцати нападающих уже перебрались через стену, прежде чем сонные стражи на парапетах услышали их и подняли тревогу. Двое рыцарей Перегринов умерли, так и не проснувшись.

Роган, лежавший в пьяном ступоре на полу парадного зала, с трудом поднялся. Северн подошел к брату еще до того, как тот сообразил, что происходит.

— Меня тошнит от тебя, — бросил Северн и, швырнув брату меч, выскочил из зала. Но Роган наверстал потерянное время. Если голова и не прояснилась мгновенно, тело помнило долгие часы тренировок. Он пинками поднял своих людей и уже через минуту был во дворе, сражаясь рядом с Северном и Бодуином.

На расправу с Говардами ушло совсем немного времени, но когда Северн собирался прикончить последнего, Роган остановил его.

— Почему? — коротко спросил он. — Что нужно Оливеру Говарду?

— Женщину. Нам было приказано взять ее и увести. — Рыцарь, зная, что его ждет смерть, окинул Рогана дерзким взглядом и нагло усмехнулся. — Сказал, что его младшему брату нужна жена, а из невест Перегринов выходят превосходные жены для Говардов.

Роган вонзил кинжал в сердце негодяя, повернул и продолжал поворачивать, пока Северн не оттащил брата.

— Он мертв. Все они мертвы. Как и четверо наших людей.

Страх сотрясал тело Рогана. Не окажись здесь Северна… будь он сам немного более пьян… не услышь его люди чужих шагов… Они могли бы захватить Лайану!

— Немедленно обыскать замок. Каждую кладовую, каждый гардероб[4], каждый сундук, каждый склад оружия. Я хочу убедиться, что ни один Говард не скрывается в укромном уголке. Идите! — бешено крикнул он собравшимся вокруг рыцарям.

— Наконец-то тебе снова есть дело до Говардов! — прошипел Северн. — Но только из-за нее! Ты подверг всех нас опасности: меня, Зареда, себя! Рискнул тем малым, что у нас осталось, и все из-за нее! И тебе плевать, что четверо наших убиты, а еще дюжину ранили, пока ты валялся пьяный, как свинья. И почему? Потому что, видите ли, поссорился с этой женщиной? Однажды ты уже погубил двух братьев из-за первой жены. Может, смерть остальных Перегринов наконец удовлетворит тебя?

В этот момент вниз по лестнице слетела Лайана. Длинные льняные волосы развевались за спиной, туника то и дело распахивалась, обнажая голые ноги. Подбежав ближе, она бросилась мужу на шею и прильнула к нему всем телом.

— Ты жив! — вскрикнула она, не вытирая катившихся по щекам слез. — Я так боялась за тебя!

На секунду Роган забыл о залитых кровью людях вокруг него, о трясущемся от злости брате и прижал к себе дрожащую жену. Какое счастье, что она здесь и не похищена Говардами!

— Я невредим, — прошептал он, осторожно гладя ее по голове.

Но, случайно подняв глаза, уставился в лицо одного из своих людей, служивших еще его отцу и последовавшего в битву за Роулендом. Он брезгливо кривился. Очевидно, ему было противно видеть, как Перегрин, у ног которого лежат двое мертвецов, воркует с женой, вместо того чтобы мстить врагам.

Последние две недели Роган вполне отчетливо сознавал, что рыцари пока что на его стороне, потому что он ни разу не пропустил тренировок и гонял их по ристалищу. Кроме того, они не видели, как Роган сидит с женой в соларе и слушает пение ее дам. Не видели, как Роган позволяет жене помочь ему начертить боевую машину.

Но теперь, глядя в глаза своих людей, понял, что их преданность пошатнулась. Как они могут идти в бой за человеком, который после ссоры с женой так напивается, что не способен вести их в атаку? Разве он сумеет командовать ими? Недаром в крестьянской пьесе говорилось, что он «укрощен», что жена надела на него ошейник и водит на поводке! В то время история показалась ему слишком абсурдной, но теперь он понял, что это чистая правда.