Боевое Знамя (ЛП) - Корнуэлл Бернард - Страница 78

- Варвары! - гневно воскликнул он, замахнувшись на всадника тростью. - Язычники!

- Доктор Старбак! - вежливо отозвался всадник. - Это вы, сэр?

Священник вытаращился на кавалериста с открытым ртом.

- Майор Гэллоуэй?

- Едва ли я мог ожидать встретить вас здесь, сэр, - сказал майор Гэллоуэй, пришпорив лошадь в сторону священника. Из леса за майором последовал весь отряд, а Гэллоуэй тем временем объяснил преподобному Старбаку, как прошлой ночью вместе со своими людьми сел на поезд в сторону Бристоу, а теперь пытается установить расположение армии Джексона.

- Нынче утром я не видел мятежников, - сообщил священник, рассказав, что он провел ночь на ферме Гэллоуэя. Он подтвердил, что она в сохранности, и доложил, что хотя и видел вчера кучку всадников-южан, на заре ему никто не попадался на глаза. - Они словно испарились, - мрачно заявил преподобный Старбак, будто мятежники обладали сатанинской силой.

- Как и капитан Блайз, - добавил Гэллоуэй, - если только он не на ферме?

- Увы, нет.

- Уверен, он в должное время объявится, - печально произнес Гэллоуэй, обернулся и попросил Адама привести в распоряжение священника запасную лошадь. - Мы направляемся к ферме, - объяснил Гэллоуэй преподобному, - а потом нам приказано обыскать местность к северу от Булл-Ран.

- Я надеялся поехать на север, - провозгласил священник. - Мне нужно в Вашингтон.

- Не уверен, что стоит надеяться добраться туда сегодня, сэр, - уважительно ответил Гэллоуэй. - Есть некоторое признаки, что Джексон увел войска на север. Может, они планируют атаковать кентервильские укрепления? Может, он и испарился, но точно недалеко.

Майор оглядел пустынную местность, словно почти ожидал, что неожиданно объявятся мятежники, как выскакивающие из люка театральные злодеи.

- Я не могу торчать здесь! - энергично запротестовал священник. - Мне нужно управлять церковью, у меня есть обязанности, которыми нельзя пренебрегать!

- Здесь вам несомненно будет безопаснее, сэр, - спокойно предложил Гэллоуэй, - учитывая, что теперь здесь генерал Поуп, а остальная часть его армии уже в пути, - он наклонился в седле, чтобы подержать лошадь, на которую забрался священник. Флаг мятежников чуть не выпал из рук преподобного Старбака, но он сумел удержать сложенный шелк, усаживаясь на спину лошади. Один из всадников протянул ему трость, а потом дал в руки поводья. - Вообще-то, если вы здесь останетесь, сэр, - продолжал майор Гэллоуэй, - полагаю, вы даже будете свидетелем, как творится история.

- История! Мне весь месяц не обещают ничего кроме истории, майор! Обещали кафедру в Ричмонде, но несмотря на все эти замечательные обещания я с таким же успехом мог бы планировать проповедовать слово Божие в Японии!

- Но теперь мятежники допустили просчет, сэр, - терпеливо объяснил Гэллоуэй, - по крайней мере, так считает генерал Поуп. Джексон застрял здесь, сэр, за многие мили от своих, и генерал Поуп планирует его отрезать и уничтожить. Вот почему Поуп здесь, сэр. Мы собираемся разделаться с Джексоном раз и навсегда.

- Вы действительно считаете, что Поуп с этим справится, майор? - язвительно спросил священник.

Гэллоуэй смягчил ответ:

- Я считаю, что генерал Поуп хочет попробовать, сэр, но никто из нас достоверно не знает, что генерал сможет сделать во время сражения. В смысле, он был весьма успешен на западе, сэр, но здесь не дрался, вот почему его прислали в Виргинию, так что я полагаю, он еще нас удивит. Да, сэр, думаю, еще до конца дня мы увидим славное сражение, и я даже рассчитываю, что мы победим.

Эта перспектива искушала преподобного Старбака. Он приехал в Виргинию с такими большими надеждами и смотрел, как эти надежды рушатся в прах, но теперь, похоже, всё-таки появился шанс на победу. Кроме того, сейчас было утро среды, и он знал, что ни за что не доберется до Бостона ко времени воскресной проповеди, а значит, запросто мог остаться и посмотреть, как заклятых врагов Севера разобьют в сражении. И какой же это будет прекрасной темой для проповеди, подумал он. Джексон падет столь же низко, как низвергнутый в бездну Сатана, и преподобный Старбак станет свидетелем сокрушительного краха этого демона. Он кивнул в согласии. Он останется и будет сражаться.

Весь день войска Джексона ждали в лесу. Основная часть солдат спала мертвым сном, и Старбак, расставив часовых по кромке леса, слышал похожее на жужжание пчел бормотание спящей армии. Двадцать четыре тысячи мятежников храпели всего в шести милях от Манассаса, но армия Севера не знала об их присутствии.

Люцифер принес Старбаку ранний ужин из холодной свинины, яблок и орехов.

- Еще янки объедаем, - объяснил он роскошную снедь, а потом присел на корточки рядом со Старбаком и уставился в поисках янки вниз, на пустую дорогу. Никого не было видно. - Так где же друзья чернокожих? - поинтересовался Люцифер.

- Бог их знает. Давай надеяться, что они нас не найдут.

Солнце стояло низко над горизонтом, и если повезет, ночь опустится быстрее, чем враг обнаружит убежище Джексона.

- Не хотите драться? - саркастически спросил Люцифер.

- Не хочу умирать.

- А вы и не умрете. Вы родились под счастливой звездой. Как и я. Я точно знаю.

Старбак посмеялся над уверенностью мальчишки.

- А я точно знаю, Люцифер, что каждый бедный сукин сын, погибший на этой войне, считал себя везунчиком, которого не убьют.

- Но мне и правда везет, - настаивал Люцифер, - и лучше бы вам везло так же, как и мне, потому что знаете, что я слышал от других скромных слуг? В полку есть люди, которым вы не нравитесь.

- Знаю, - ответил Старбак. Свинина была нежной, а яблоки свежими. Он гадал, сколько пройдет времени, прежде чем придется перейти обратно на галеты и соленые потроха.

- А вы знали, что они написали про вас письмо? - Люцифер бросил на него косой взгляд, а потом закурил одну из тех сигар, что добыл для Старбака. - Тот лысый написал письмо, вы в курсе? Тот, которому вы заставили меня вернуть часы, Медли-гдетотам, так его зовут? И я слышал, что еще три или четыре офицера его подписали, и по меньшей мере сорок или пятьдесят солдат, и его послали конгрессмену. Говорят, вы слишком молоды и вас нужно отправить вниз по течению, как только армия сможет от вас избавиться, - мальчишка ухмыльнулся и поднес ладонь к горлу, показав жестом, как его перережут. - У них от вас сплошные неприятности, майор.

Старбак сказал Люциферу, что авторы письма могут сделать с этой чертовой бумажкой.

- Никто меня вниз по течению не пошлет, - добавил он, - пока я побеждаю в сражениях.

- Но предположим, они не дадут вам победить? - заметил Люцфиер.

Старбак ответил на вопрос, неодобрительно пожав плечами, а потом стянул у мальчишки сигару.

- Знаешь, чему я научился на войне?

- Отбирать у людей курево?

- Что твой злейший враг не носит мундир противника, вот чему, - он застыл, не донеся сигару до рта, потому что на западе грохнул внезапный залп. Выстрелы были где-то вдалеке, но их гневный треск разорвал вечер. - Ну вот, опять, - сказал Старбак, а его сердце ёкнуло. Он гадал, уменьшится ли когда-нибудь этот страх, или он только увеличивается, пока невозможно уже будет держать спину прямо перед лицом сражения.

Просыпающиеся в лесу солдаты беспокойно прислушивались к звукам стрельбы. Все кроме новобранцев знали, как отличить мощь сражения по звуку стрельбы, и это сражение было яростным и упорным, так что они ждали, что получат приказ в него вступить, но приказов не последовало. Сражение продолжилось и в сумерках, и никто не знал, кто там дерется и кто побеждает, только легкое облако порохового дыма показалось над западным лесом.

Наконец, полковник Свинерд прибыл в Легион с новостями. Похоже, по главной дороге шла колонна янки, и Джексон приказал собственной бригаде Каменной стены напасть на нее и уничтожить.

- Правда, янки оказались слишком упрямыми и не побежали, - объяснил Свинерд. - Стоят плечом к плечу и дерутся как демоны.