Дорога к предательству (СИ) - Хель Анна - Страница 9

Некромант сдвигаться с места не спешил. Он застыл, словно статуя, ни разу не шелохнувшись и храня гробовое молчание. Пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что компании лучше найти не смогу и подошла к умертвию. Молчаливость и отчуждение, окружавшие Лардана, предоставили прекрасную возможность обдумать сложившуюся ситуацию.

Очевидно, судьба подкинула мне в должники безвременно скончавшегося некроманта. Да не просто мастера жизни и смерти средней руки, а некоего гения, свихнувшегося на почве собственного могущества.

Что именно произошло между Ларданом и Алемом много лет назад, осталось тайной за семью печатями. Но не стоило подвергать сомнению то, что в столь плачевном состоянии некроманта виноват д'рахм. Каким образом мне удалось убедить обоих отложить кровопролитие, да еще и согласиться путешествовать вместе? Можно лишь предположить, что человеческая дурость и правда страшная вещь.

Приобретя союзника в лице не-мертвого, я выгадала один несомненный плюс. Мотивации д'рахмов по прежнему оставались необднозначными, но имелись серьезные основания усомниться в их добрых намерениях. Поэтому такой веский козырь, как Лардан, ни в коем случае не стоило упускать из рук. Меркантильно? Зато надежно.

Алем постепенно оттаял и уже не смотрел на меня, как на виновницу всех его бед, но примиряться не спешил. Пройдет еще много дней, прежде чем мы сможем вернуться к нормальному общению. Если сможем.

Когда пришло время трогаться в путь, встал закономерный вопрос: куда деть Лардана? Алем не преминул злорадно предложить:

– Пускай рядом бежит.

– Давай без ругани? Нужно решить эту проблему как можно скорее.

В виду неадекватного поведения брата, Дарлема взяла бразды правления на себя:

– Сама ты все равно с галопом не справишься, поэтому поедешь с Алемом, а некромант, – д'рахма презрительно скривилась. – Со мной.

– Нет уж, я поеду с Ларданом.

– Разбежалась, – фыркнул д'рахм.

Мы могли препираться еще очень долго, так и не придя к консенсусу, но стук множества копыт, доносящийся с тракта, заставил действовать без промедления. Не-мертвый словно ожил. Он в мгновение ока запрыгнул в седло и тут же потянул меня за собой. Алем только сплюнул и вскочил на свою лошадь, а затем яростно дал ей шпорами по бокам.

Лардан оказался весьма кстати: мы мчались так быстро, что одиночество в седле грозило закончиться падением. Теперь же появилась возможность вцепиться в не-мертвого, уповая на его способности к верховой езде. Чтобы не видеть стремительно проносившихся мимо деревьев, пришлось уткнуться носом в холодную спину.

Неожиданно затылок прострелила острая боль, и я почувствовала, как по шее стекает что-то горячее. Мир перед глазами на мгновение померк, а затем взорвался мириадами цветных огоньков. Сознание медленно и неотвратимо тянуло к бесконечной темноте…

Во сне все выглядит совсем не так, как в реальности. Передо мной простирались сотни миров. Они казались маленькими, незначительными крупинками, которые тщетно стараются разогнать изначальную тьму мирозданья.

Память подсказывала, что невообразимо далекая действительность требует моего присутствия. Нужно скорее проснуться. А ведь так не хочется покидать чарующую тишину безвременья… Зачем возвращаться в мир, полный опасностей и передряг? Не лучше ли навеки остаться в межмирном Ничто, наслаждаясь умиротворенным спокойствием? Или, быть может, поддаться заманчивому зову одного из миров?

Будто подслушав мысли, один из огоньков вдруг засиял нестерпимо ярко. Я, как завороженная, потянулась к нему… Шаг… Остался один шаг…

Пробуждение выдалось не самое приятное. Очевидно, что от погони удалось уйти, так как спину холодила голая земля. Лардан звал меня по имени и похлопывал ледяными ладонями по щекам.

– Ира. Очнись.

– Хватит… Проснулась я, проснулась.

Воспоминания хлынули неконтролируемым потоком. Я резко вскочила на ноги, но едва не рухнула обратно. К счастью, стоявший рядом Алем, успел подхватить обмякшее тело, а затем на удивление мягко уложить обратно. Хотя с него сталось бы и пинка для ускорения дать.

– Успокойся и лежи. Все в порядке, мы за много верст от Доррии.

Затылок неприятно ныл, а сильное головокружение провоцировало рвотные позывы. Кое-как удалось совладать с собственным организмом и задать животрепещущий вопрос:

– Что со мной произошло?

– Прилетело отскочившим булыжником. Удача явно не на твоей стороне. С одной стороны, сотрясение мозга – не худший из возможных вариантов.

В своей удачливости мне сомневаться не приходилось. Чего еще ожидать от человека, который умудряется найти неприятности на ровном месте? Существует совершенно особая категория людей, получающих шишки от судьбы за все население планеты. Борись не борись, а чайники с кипятком все равно лопаются руках. Дождь идет именно в тот единственный день, когда зонт благополучно забыт дома. Да мало ли неприятностей, мелких и крупных, которые способны досадить талантливому неудачнику?

– Раз уж спешить некуда, может просветите Лардана на счет цели путешествия?

Алем смерил меня далеким от обожания взглядом и коротко приказал Дарлеме:

– Займись.

Д'рахма печально вздохнула, но смирилась с тем фактом, что придется отдуваться за двоих.

– Скажу только, что сейчас мы направляемся в Акагаане. Семья укроет нас от преследования и поможет в дальнейшем. Обещаю лучший прием, какой только может оказать дом благородных д'рахмов. Все, разумеется, неофициально. Никто не должен знать, что мы пересекли государственную границу.

Не-мертвый, вопреки обычной молчаливости, счел нужным проронить пару колких слов. Его голос оставался лишенным эмоций, но только слабый умом человек не сумел бы различить тень презрения, преодолевшую саму смерть.

– Благородный, значит. А я то, дурак, думал, что ты у нас простой д'рахм, зарабатывающий на жизнь наемничеством.

Алем дернулся как от удара. Его лицо исказила жуткая гримаса, заставившая сердце пропустить пару ударов. Но д'рахм быстро взял себя в руки и, как ни в чем не бывало, направился к лошадям, которых следовало напоить и накормить. До этого момента я не могла представить, что увижу сожаление на лице Ала, объятого противоречивыми чувствами вины и ярости.

Мне доводилось встречать таких людей. Они стараются выглядеть непоколебимыми, заковывают сердце в каменную броню и лелеют собственную стойкость. Но на деле им ведомы все человеческие чувства: они способны сомневаться и страдать, жалеть и соболезновать, любить и жаждать любви. Вот только с их точки зрения лучше умереть или поступиться моральными принципами, чем проявить подобную слабость. Запертые в ловушке собственных убеждений, они глубоко несчастны и каждое принятое решение лишь прибавляет горя.

Не знаю, о чем в этот момент думал Лардан, и смог ли он увидеть то, что увидела я, но некромант остался беспристрастен.

– Значит, мы движемся на север, к порту Амнис. Это по пути. Думаю, мне придется покинуть вас на пару дней.

По внезапно сузившимся глазам Дарлемы я поняла, что некроманту уже не удастся нагнать нас. Снова остаться в компании двух сомнительно настроенных д'рахмов было бы попросту глупо, поэтому пришлось проявить толику наглости.

– Я поеду с Даном. А потом мы вас догоним. В конце концов, у него же нет лошади.

Алем, внимательно прислушивавшийся к нашему разговору, внезапно взъярился:

– Черта с два я позволю тебе рисковать своей жизнью ради некроманта! За каких-то два десятилетия он успел погубить стольких людей, что тебе и не снилось! И все ради науки, высоких целей – не сомневайся.

Лардан не торопился опровергать слова д'рахма. Создавалось впечатление, что ему вообще все по боку. Несмотря на это, не-мертвый вполне понимал куда дует ветер и вынес вердикт:

– Ирида поедет со мной. Оставлять её одну в вашей компании неразумно.

– Мы поедем вместе, – проскрежетал Алем. – Дан, если она пострадает, то я лично позабочусь о твоей медленной и мучительной смерти.