Гоша Каджи и Венец Гекаты (СИ) - Рябов Игорь Владимирович - Страница 101

— Да ты не волнуйся, Гоша, — Аня, словно прочитав его нехитрые мысли, отлепилась от косяка, загадочно поблескивая в серых глазах отраженным светом в кои-то веки выглянувшей из-за туч луны. Правда, она, засмущавшись и не желая мешать, тут же вновь юркнула за мрачную дождливую завесу. — Долго гулять мы не собираемся. Прошвырнемся до Большого зала, подышим свежим воздухом, а затем назад вернемся. Вот и весь ночной моцион. Потом можешь спокойно опять в люльку падать и до самого утра наслаждаться нашим отсутствием. Ну, идем что ли? Или так и будем продолжать непонимающе моргать?

В голосе у близняшки под конец монолога прозвучало настолько неприкрытое торжество превосходства, что Каджи стало жутко стыдно. К чему мир катится по льду, ноги врастопырку?! Девчонки подбивают парня на какое-то очередное безумство, а он еще раздумывает! Наоборот ведь все должно происходить. Он решительно оторвал седалище от постели. И только сейчас заметил маленькую странность. Роба-то никто и не подумал разбудить.

— Пусть мальчик спит, не тревожь его, — Янка крепко вцепилась в руку друга, предугадав намеренье Гоши, а Аня заранее преградила дорогу, встав между ним и мирно «почившим» Баретто. — Ему нужно силы поберечь перед напряженной тренировкой.

Сестренки дружно фыркнули от смеха, правда, довольно-таки сдержанно, чтобы не разбудить ненароком обитателей спальни. И все равно Роб беспокойно перевернулся со спины на бок и, засунув сложенные лодочкой ладони под щеку, невнятно пробормотал: «Йсть, я помал ехо». Потом Баретто счастливо улыбнулся во сне, тихонько всхрапнул и продолжил защищать ворота Блэзкора от напастей. Ответом ему послужило такое же трудноразбираемое почмокивание Бардера: «Да… сливочное… побольше…» Девчонок хватило только на то, чтобы недоуменно поджать губы и покачать головами, дескать, как ты можешь жить среди таких …субчиков. Удивлялись они долго, секунд пять, после чего Янка озадачила Каджи:

— Я, надеюсь, ты сможешь нас троих сделать невидимыми?

— Наверно, — нерешительно замялся парнишка, не вполне уверенный в своем умении заставить кольцо исполнить причуду близняшки. — Я думаю, что да. Правда, я не пробовал сразу троих утащить в сумеречную зону…

— Так пробуй! — Янка едва сдержалась, чтобы в сердцах не топнуть ногой. — За чем дело-то встало? Какая разница: что двое, что трое?

А и вправду, какая СКИТу разница, сколько человек обволочь своей иллюзией невидимости? Если постараться, то наверняка можно и всех блэзкорцев на время превратить в призраков. Гоша мысленно захихикал над посетившей его голову неожиданной мыслью. То-то потеха будет! Целый факультет взял да исчез разом. Вот уж когда сыщики однозначно в осадок выпадут. Это — идея, стоит запомнить.

Янка нетерпеливо двинула коленом Каджи по копчику. Совсем не больно, но из приятных раздумий вышибла одним ударом.

— Уже все? Мы невидимы? — еле слышно с надеждой в голосе поинтересовалась Аня. — Тогда пошли. Только след в след и тихо, как мышки. Мы к тебе с трудом смогли прокрасться. Там в гостиной около камина Таня с Санчо милуются. Или разборки устраивают? Да их фиг поймешь!

— А нам и ни к чему их понимать, — сочувственно выдохнула Янка. — Главное, не помешать им. Да и себя не выдать. Вперед, бойцы! За нами Родина — мать ваша.

Гоша торопливо крутнул кольцо на пальце, представив всю троицу невидимой. И в душе он надеялся, что именно так и есть на самом деле. Беспокоить Сантас ему вовсе не хотелось. Староста и без их чудачеств шибко грустная последнее время рассекает по школе. Наверное, из-за младшего брата расстраивается до сих пор. Угораздило же его попасть учиться в Стонбир. Чудно. Каджи почему-то раньше был уверен, что принадлежность к той или иной магической стихии — штука наследственная. А значит, все родственники должны учиться на одном факультете. По всему выходит, что он ошибался. Но Таня зря так сильно расстроилась. Ей повезло, что Леша не угодил в лапы фалстримцев. Вот тогда можно было б и волосы на голове пучками рвать от горя и обиды. Поганее факультета не придумаешь. Или так просто кажется из-за присутствия в числе его воспитанников Гордия Чпока?

Ребята осторожно по-партизански прокрались в гостиную, тихонько ступая на цыпочках гуськом. Хотя чрезмерно скрываться нужды не было. Протопай они сейчас как на параде строевым шагом, с тремя притопами и двумя прихлопами, их все равно вряд ли бы заметили. Сантас тихонько всхлипывала, уткнувшись лицом в ладони и шмыгая носом. А Санчо, непривычно серьезный, пытался успокоить девушку, бережно поглаживая ее по густым каштановым волосам и воркующее уговаривая:

— Да не переживай ты, Тань! Плюнь, разотри, порви и выкинь! Вон Мерида смогла же вернуться, раз очень этого захотела. Почему бы и тебе не попробовать? Поговори прямо завтра с Этерником, может быть и для тебя в школе местечко найдется. Ведь ты же староста, директор обязательно что-нибудь да придумает. Поверь мне и перестань разводить сырость, а то камин потушишь. На улице и так льет, не переставая, без твоих слез тошно. Думаешь, мне легко будет еще целый год учиться без тебя? Я же с ума сойду с тоски! Или наоборот разнесу весь Хилкровс по кирпичику…

— Правда? — Сантас, размазав остатки слез по щекам, попробовала улыбнуться. — Ты будешь скучать без меня?

— Издеваешься?! — возмутился Санчо, нахмурившись. — Да я жить без тебя не могу!

Вот теперь ребятам можно было не только строевым шагом маршировать, но и смело песню запевать. Все одно эта парочка ничего, кроме сияющих глаз своей половинки не видит. Да и слышит только дыхание друг друга. А уж когда губы старшеклассников слились в нежном поцелуе, то хоть взорвись все вокруг, они подумают, что это праздничный салют в честь их любви до гроба.

Янка, возглавлявшая шествие, на миг тормознулась, застопорив движение процессии, и едва не свернула себе шею, засмотревшись. Ее растроганности милующейся парочкой не было границ, и она прерывисто вздохнула. Но тут же девчонка получила подбадривающий тычок в спину от сестренки, негромко просипевшей:

— Чего застыла?

— Да так…, - близняшка вынырнула из умиления и суетливо скомандовала слегка дрожащим голосом: — А вы какого лешего вылупились?! Пошли живее пока нас не заметили. Целующихся отродясь не видели что ли? — Янка мелкой рысью припустила к лестнице, ведущей на первый этаж Башни Грифонов.

Гоша с Аней недоуменно пожали плечами, молча переглянувшись, и помчались догонять непредсказуемую в поведении девчонку. А она уже спускалась по винтовой лесенке, мягко и неслышно ступая по ступенькам своими любимыми кроссовками, будто специально придуманными для тайных операций под покровом ночи. На миг остановившись перед горящим на выходе пламенем, Янка дождалась, когда друзья догонят ее, и троица решительно выскользнула наружу под продолжающий моросить мелкий, нудный, противный, гадкий, ненавистный дождик, чтоб его черти вылакали досуха!

Портрет Яппи Алленсона приоткрыл правый глаз, изогнув бровь дугой. Он лукаво осмотрелся по сторонам. Все остальные бывшие деканы Блэзкора мирно почивали в своих золоченых рамах. Рыжебородый хулиган удовлетворенно хмыкнул, растянул губы в торжествующей улыбке, обнажив крупные основательно прокуренные зубы, и вновь закрыл глаза, собираясь дождаться возвращения шалопаев. Нужно же будет поинтересоваться у них, насколько удачно прошла ночная вылазка в тыл противника. Иначе ему до утра придется терзаться беспокойством. А вдруг ребята влипли в какую-нибудь переделку? Если так, то придется их выручать в меру своих сил и возможностей. Хотя с невидимостью детишки неплохо придумали. Это поможет им укрыться от слишком любопытных глаз. Но ведь вот только в чем проблема-то: иллюзия невидимости не на всех действует. Только на живых людей, да и то если у них нет специальных амулетов противодействия. Яппи озадаченно поскрябал пятерней, густо усыпанной рябинками, в затылке и, надвинув на лоб свою чудаковатую шляпу с павлиньим пером, приготовился к длительному ожиданию, благоразумно решив не торопиться с выводами. Авось все обойдется.