Гоша Каджи и Венец Гекаты (СИ) - Рябов Игорь Владимирович - Страница 73

Близняшка восприняла гипотетическое предположение профессора Волкова совершенно спокойно. Губы девчонки сложились в ангельскую улыбочку, самую малость вымученную, но от этого не менее ослепительную. А вот щеки Каджи обожгло нахлынувшим изнутри обширным румянцем, и он постарался сменить тему, не желая расставаться с преподавателем на такой шутливо-скользкой ноте. Если уж шутковать задумали, так стоит отнестись к затеянному с полной серьезностью.

— Семен Борисович, я хотя бы не сильно храпел, заглушая ваш рассказ?

— Нет, — с капелькой грусти ответил преподаватель, обернувшись уже с порога класса и придерживая полураскрытую дверь. — Ты вел себя вполне учтиво. Ровно настолько, насколько это возможно в спящем состоянии… Так вы идете, ребята, или нет? Смотрите, как бы вам на трансфигурацию не опоздать.

Все- таки они опоздали на занятие к Электре, хотя и неслись по замку бегом, не разбирая дороги и едва успевая увертываться от столкновений, только мантии развевались на встречном ветерке, хлестко лупя спринтеров по бокам, да пятки сверкали, фиг уследишь за их мельканьем. Но из-за бездумной спешки парочка на одном из перекрестков свернула не в тот коридор, что им был нужен. А ошибку обнаружили слишком поздно, пролетев в противоположном от башни «Песнь Сирены» направлении приличное расстояние. Отрезвили ребят удары колокола, громогласно возвестившего о начале урока. Они замерли, резко остановившись и переводя дыхание, похожее по интенсивности на то, что успешно демонстрируют седокам загнанные лошади. И только потом, растерянно оглядевшись по сторонам, друзья сообразили, что одна дурная голова — хорошо, а две — намного круче. На пару, совместными усилиями бестолковки точно сумеют ногам найти подходящее занятие, чтоб те не скучали, еле-еле передвигаясь. Шибче нужно шевелиться, шибче. Поговаривают, будто это полезно для здоровья, если не брешут, конечно.

Но как ни крути, ни вздыхай печально, ни ругайся вполголоса, проклиная собственную бестолковость, а назад возвращаться все равно придется. И опять не помешало бы проделать обратный путь бегом, если конечно нет желания взять да и прогулять урок, нарываясь на неприятности.

По правде говоря, у Янки эдакая мыслишка первым делом забрезжила на горизонте. И причин у близняшки для прогула оказалось такое несусветное количество, что хоть отбавляй, а хочешь, так нумерованный список из них составь, коли пергамента и чернил не жалко. Если их перечислять по порядку и степени важности, переходя постепенно от самых мелких к наиболее крупным, то вытанцовывается следующий кордебалет: в правом боку изрядно покалывает. Она же не сайгак, право слово, чтоб носиться туда-сюда скачками. Да и Хилкровс от степных просторов, мягко заметим, несколько отличается в худшую сторону. Здесь гораздо больше шансов свернуть себе шею, сделав неверный шаг, оступившись на той же лестнице, к примеру.

Вы хотите строго возразить и потребовать более веских причин, достойных оправдать отсутствие в классе? Что ж, извольте! Сами напросились. Следующим по зловредности оказался гхыров портфель с фрэлловыми учебниками, чтоб по ним капыр учился до самой пенсии, если у них в преисподней она существует! Он же, паразит, весь бок девчонке отбил во время дикой скачки, болтаясь на длинном ремешке, перекинутом через плечо, будто Янке мало десятка жалящих иголок, впившихся с той же стороны в селезенку. Не удовлетворены? Все еще мало причин, чтобы пройтись прогулочным шагом по опустевшим коридорам, а потом спрятаться от любопытных глаз в какой-нибудь тесный закуток? Лад-но!..

Школьные туфельки-лодочки близняшка купила на вырост. Спокойно ходить в них не возбраняется, сидят на ноге замечательно, хотя чуточку свободно. Но вот побегай-ка в такой обувке! Это ж не любимые кроссовки, уютные и растоптанные. И теперь, кажись, Янка обзавелась свеженькой мозолью на пятке, взбухшей водянистым пузырем, а может уже и лопнувшей, потому что саднит там нещадно. Опять двадцать пять, объяснений все еще недостаточно? Дело хозяйское. Вот только не слишком ли вы строги с девочкой, которой скоро исполнится всего-то навсего тринадцать лет? Это кто там еще вякнул, что выдрать ее как сидорову козу пока не поздно и вся недолга? Самого бы тебя отлупить, козел безрогий! Или уже рогатый?…

Впрочем, мы отвлеклись от темы. Итак, для особо суровых и требовательных читателей приведем самые, что ни на есть серьезные аргументы. Еще недавно аккуратная прическа вдрызг растрепалась. Ядовито-зеленые волосы близняшки на данную минуту спутались, переплелись между собой, превратившись в нечесаные космы первобытного питекантропа. И в таком виде предлагаете завалиться в класс? С ума сошли? Это ж стыд и позор…до конца месяца!

А еще у Янки ноготок сломался на мизинце в тот треклятый момент, когда она успела вовремя оттолкнуть неожиданно появившегося на встречном курсе из-за угла старшеклассника с Даркхола. Опоздай близняшка хоть на миг выставить перед собой ладони, так врезалась бы слету своей макушкой ему в подбородок. Но будущему темному магу крупно повезло, что у девчонки первоклассная реакция. Даркхолец отделался легким испугом, проскользив по полу уже в сидячем положении к ближайшей нише, где и обустроился с максимально возможным комфортом в обнимку с верхней частью латника, до сего момента мирно там стоявшего и никого не трогавшего. Нижняя половинка валялась рядышком. Ну навернулся рыцарь, не выдержав столкновения, подумаешь, не велика беда! Зато старшеклассник, бережно прижимающий к себе одной рукой туловище статуи, а другой почесывающий голову, куда латы сперва и нанесли коварный удар исподтишка, выбрав удачное место для приземления, — смотрелся шикарно! Особенно его обескураженное личико. Жаль, что у Гоши с собой не оказалось фотика, который ему подарил Роб, а то близняшка упросила бы парнишку притормозить на секундочку, чтобы запечатлеть для истории сей прекрасный кадр. Одним словом, все хорошо, прекрасная маркиза,…но ноготь-то сломался, тысяча чертей у бочки пива! А это, безусловно, — трагедия.

У шерстяных колготок, без которых в такую холодрыгу на улицу и нос высовывать нет желания, резинка оказалась слабоватой, и они постоянно сползают, добавляя к уже имеющимся неприятностям пикантный дискомфорт. А постоянно поддергивать их, возвращая на место, когда Каджи рядом тусуется — как-то неловко. Можно, конечно, и наплевать на рамки приличия, не впервой, главное, чтоб самой удобно жить было…Но почему-то с недавних пор именно при Гоше Янка стала изредка задумываться о том, как выглядит со стороны ее поведение, по давно устоявшейся привычке — чересчур бесшабашное. Даже странно. Только еще более удивителен тот факт, что она все же не потеряла колготки на бегу. А ведь вполне могла бы и лишиться части гардероба, хотя вовсе и не хотела устраивать стриптиз-шоу. Не доросла она еще до такого нелепого времяпрепровождения, да и, в сущности, не оценит никто невольных стараний, которых с ее стороны и в помине не было. Все к несчастью само собой получается, особенно когда ты категорически против. Так что нечего стесняться, лучше гордо плюнуть на приличия и невинно привести одежду в порядок. Вот, делов-то на пару секунд, а жить стало лучше, жить стало веселей. Что-то знакомое звучит в этой фразочке, вы не находите?…

Но все вышеперечисленные причины — мелочь пузатая, по сравнению с непреодолимым желанием затащить Каджи в какую-нибудь пустующую тесную подсобку и от всего сердца врезать ему кулаком под дых. Последние десять минут Янка только о таком способе общения на языке жестов и мечтает. А потом, когда он проникнется до глубины души ответственностью момента, согнувшись от боли пополам, возьмет девчонка его за грудки, заставив выпрямиться и тревожно забегать взглядом по сторонам в поисках спасительной лазейки, куда можно юркнуть ящерицей. Но только фигушки он от нее скроется, наивный! Она его будет надежно держать и пристально смотреть глаза в глаза, взыскательно прищурившись и в раздумьи покусывая губу. Вот Гоша страху-то натерпится за целую минуту!

Затем Янка, естественно, сжалится над парнишкой, не чужой ведь он ей, скорее наоборот. Так вот сжалится она над ним, добрая душа, притянет к себе и, не отрывая взгляда, крепко-крепко поцелует глупого, раз он сам до сих пор сообразить не может, что она его безумно любит. Но потом она так впечатает его спиной в стенку, что у директора в кабинете все портреты попадают! Или со стен или в обморок.