Сказки народов Америки - Ващенко Александр Владимирович - Страница 81

81

Женщина ему и отвечает:

Кибунго обрадовался:

Заплакала женщина:

Но кибунго проглотил троих детей и хотел уже было приняться за женщину, как вошел ее муж с ружьем. Кибунго очень испугался ружья, кинулся искать заднюю дверь и не нашел: ведь в домах у негров не бывает второй двери. Тут кибунго завыл:

Муж бросился на кибунго и убил его, а потом вытащил у него из брюха своих детей, целых и невредимых, и стали муж с женой жить-поживать, детей растить и миловать.

Вот и сказка улетела, да нам что за дело: птичка нам еще десяток спела.

Скорпион и Кибунго

Перевод Н. Малыхиной

ак-то раз стояла страшная засуха, и все звери голодали. Но вот на одном дереве появились очень сладкие плоды, и все звери отправились к нему. Только скорпион не мог туда добраться, потому что ему надо было для этого переплыть очень широкую реку. Когда над ним пролетал гриф, скорпион сказал:

— Возьми меня с собой, гриф, мне очень хочется есть.

— Взбирайся ко мне на спину, — ответил гриф.

Взобрался скорпион на грифа, и полетели они на поиски того дерева. А когда нашли его, гриф спустил скорпиона со своей спины, и только он решил поесть, как скорпион закричал:

— Нет-нет, гриф, это мой плод, я наметил его, еще когда мы летели.

Гриф перебрался на другую ветку и нацелился клювом на другой плод, но скорпион снова закричал:

— Нет-нет, гриф, этот я тоже себе присмотрел.

Стоило грифу только присесть возле какого-нибудь плода, как скорпион повторял свои слова. Скоро грифу это надоело, он улетел прочь на пустой желудок и оставил скорпиона одного. Когда скорпион как следует наелся, он спустился с дерева и направился домой. Но через реку он никак не мог переправиться и потому сел на берегу и заплакал, проклиная свою горькую участь. Увидел его кайман[65] и сказал:

— Кум скорпион, пойдем ко мне. Ты у меня переночуешь, а поутру мои дети доставят тебя на ту сторону.

Пришли они к кайману уже поздно ночью. Кайман велел детям постелить скорпиону постель, потому что он очень устал. Кайманята постелили скорпиону прямо в гнезде, на кайманьих яйцах. Когда скорпиона устроили на ночь, он попросил:

— Кум кайман, пусть твои дети меня пораньше завтра домой отвезут.

И начал есть яйца. Когда он разбил первое яйцо — трах! — дети подумали, что скорпион храпит, и закричали:

— Папа, а гость-то наш храпит!

— Тихо, дети, не мешайте куму скорпиону спать!

Так прошла вся ночь. Стоило скорпиону разбить яйцо — трах! — как дети кричали: «Гость-то храпит!», а кайман велел им молчать и не мешать скорпиону. Едва рассвело, скорпион, сожравший за ночь все яйца, крикнул:

— Кум, вели детям отвезти меня домой.

— В такую-то рань, кум!

— Что ж поделаешь, я очень тороплюсь.

Скорпион не отставал, и кайман велел детям отвезти его на тот берег. Когда кайман увидел, что в гнезде остались одни скорлупки, взвыл он от горя и побежал на берег. А дети его со скорпионом были уже далеко. Он закричал:

— Дети, везите кума скорпиона назад…

Кайманята сказали:

— Папа велит вас обратно везти.

— Да нет же, — ответил скорпион, — он говорит, чтобы вы побыстрее гребли.

А кайман на берегу так и заходится:

— Дети, везите кума скорпиона назад…

Кайманята его прекрасно слышали, но скорпион говорил, что отец велит им побыстрее шевелиться. Только лодка причалила к берегу, как скорпион спрыгнул на землю и был таков.

Шел он по лесу вдоль реки и увидел, что кибунго ловит рыбу и бросает себе за спину. Подошел к нему скорпион потихоньку и давай есть рыбу. Когда кибунго обернулся, не увидел он ни единой рыбешки. И сказал кибунго:

— Ах, это ты, скорпион, сожрал мою рыбу! А ну верни мне все сию же минуту!

— Это не я, не ел я твоей рыбы!

Так они спорили, а мимо пролетала птица журути; скорпион и говорит:

— Ах, кабы не сделал я тебя такой красоткой, не летала бы ты так весело!

Услышал это кибунго и спрашивает:

— Разве ты знаешь, как делать зверей красивыми?

— Конечно, знаю.

— Так сделай и меня красивым!

— Ладно, пошли со мной.

Шли они, шли и вышли на поляну. Скорпион велел кибунго найти палку покрепче. Кибунго искал-искал, но под конец нашел то, что надо. Скорпион и говорит:

— А теперь ищи лиану потолще.

Кибунго пошел в лес и, еле дыша, принес целую охапку таких толстых лиан, что каждой из них можно было быка связать. Скорпион сказал:

— Ложись-ка здесь, я тебя свяжу, иначе не бывать тебе красивым.

Глупый кибунго лег, а скорпион стал его обматывать-обвязывать лианами так, что скоро тот и шевельнуться не мог.

— А ну, кибунго, попробуй двинься, — сказал скорпион.

Кибунго и так и сяк, но ничего у него не получилось. Пикнуть и то не мог.

Каждого зверя, который проходил мимо, кибунго просил разрезать лианы, но никто не соглашался, а все говорили:

— Нет-нет, я тебя освобожу, а ты моих детей сожрешь…

Пробегал мимо термит[66], и взмолился кибунго:

— Термит, а термит, спаси меня…

— Ну нет, я тебя освобожу, а ты моих детей съешь…

— Освободи меня, термит, я никого больше есть не буду!

Так он просил, так умолял, что термит сжалился над ним, позвал своих товарищей, и они в один миг перегрызли лианы.

Как только кибунго оказался на свободе, он бросился искать скорпиона, который уже далеко ушел.

Через некоторое время началась страшная засуха, и звери все вместе выкопали пруд. Кибунго подумал, что тут-то он и поймает скорпиона. Каждый день он приходил караулить к источнику, все поджидал скорпиона, который хочешь не хочешь, а должен был прийти за водой.

А скорпион все думал, как бы ему добраться до воды, но так, чтобы кибунго его не узнал. Наконец он решил надеть на себя шкуру оленя, который высох от жажды. Нарядился он в шкуру и отправился к пруду, правда, еле дошел: такая тяжелая была шкура. Кибунго спросил его:

— Что это с тобой, друг олень? Что ты так высох?

А скорпион отвечает из шкуры, тяжело вздохнув:

— Ох, друг кибунго… Это меня скорпион проклятый довел…

— Что?! Скорпион? Ах, друг олень, знал бы ты, что он со мной сделал…

И рассказал все, что с ним произошло, а под конец прибавил:

— Но погоди, я еще до него доберусь, я ему покажу!

Скорпион подошел к пруду, напился, искупался и пошел восвояси. Отойдя на изрядное расстояние, он сбросил оленью шкуру, влез на дерево и закричал:

— Кибунго, а кибунго! Глянь-ка сюда! Это я!

Кибунго прямо обезумел от ярости, но поймать скорпиона не мог.

Грот любви

Перевод Н. Испольновой

а прекрасном острове Пакета жило племя индейцев, и была в этом племени красивая девушка по имени Аи. Все любили ее за веселый нрав, но случилось так, что стала она печальной и задумчивой. И все из-за того, что полюбила она юного Авитиу, который приплывал на остров, чтобы порыбачить и поохотиться.