Че Гевара. Важна только революция - Андерсон Джон Ли - Страница 24

Когда в декабре 1950 г. очередной университетский семестр подошел к концу, Эрнесто, как это ни удивительно, не приехал в Кордову, чтобы быть поближе к Чичине. Вместо этого он получил разрешение работать медбратом и устроился корабельным врачом на судно государственной нефтяной компании «Ясимьентос петролиферос фискалес».

На первый взгляд может показаться, что чары Чичины перевесила страсть к путешествиям, но правильнее будет предположить, что участие в мореплавании должно было придать Эрнесто мужественности в глазах любимой. Возможно, он хотел показать, что не меньше способен на подвиги, чем ее отец и дядья.

9 февраля 1951 г. Эрнесто отплыл в Бразилию на танкере «Анна Г.» и провел в море полтора месяца. Затем, вплоть до середины июня, когда он совершил свое четвертое и последнее плавание, Эрнесто больше времени проводил в море, чем на суше. Он плавал и на юг, и на север: от аргентинского порта Комодоро-Ривадавиа в Патагонии до британской колонии Тринидад и Тобаго, — заезжая в порты Кюрасао, Британской Гвианы, Венесуэлы и Бразилии.

Эрнесто не забывал о Чичине. Как только он возвращался в порт, то первым делом звонил своей сестре Селии и спрашивал, есть ли письма от Чичины. «Он просил меня как можно скорее прибежать к месту стоянки и принести письма. Я неслась со всех ног, выполняя его просьбу, — вспоминала она годы спустя. — Однажды брат попросил меня прибежать очень быстро, так как корабль скоро отправлялся. Я схватила письмо и помчалась, но, когда добежала до порта, корабль уже уходил, а Эрнесто стоял на палубе и смотрел на берег… потом он увидел, что я стою с письмом в руке и машу ему».

Друзьям и родным Эрнесто казалось, что он живет весьма романтичной жизнью: они получали экзотические сувениры из тех мест, где он побывал, и слушали захватывающие истории о путешествиях в открытом море. Приключения у него и правда бывали. Карлосу Фигероа Эрнесто, например, рассказал, как подрался в одном бразильском порту с американским матросом (правда, его сестра Селия уверяет, что это был англичанин, а стычка с ним произошл в Тринидаде). Этот случай, как показалось Карлосу, подкрепил его будущую враждебность к англосаксам. А Освальдо Бидиносту Гевара поведал, как во время плавания удалил матросу аппендикс с помощью кухонного ножа: единственный скальпель, имевшийся на корабле, был пущен в ход во время драки, и его забрали как вещественное доказательство.

Но, как Эрнесто ни старался уверить себя в романтичности морской жизни, она не соответствовала его ожиданиям. Молодого человека огорчало, что танкер слишком мало времени проводит в портах и он не успевает ничего увидеть. В мае, когда снова начались занятия в университете, Гевара в последний раз отправился в плавание, из которого вернулся в середине июня, и больше в море не выходил.

Эрнесто явно очень много читал и размышлял, будучи в море, потому что, вернувшись в Буэнос-Айрес, он преподнес отцу необычный подарок. Это была тетрадь с написанной им автобиографической повестью, посвященной отцу. Она называлась «Angustia (Eso es cierto)» — «Страдание (Это точно)». Повесть богата цитатами из различных философов, а в качестве эпиграфа автор выбрал афоризм Ибсена: «Образование — это способность справляться с трудными положениями, в которые ставит тебя жизнь».

Это произведение, изобилующее глубокими метафорами, раскрывает причину и природу депрессии, которую Эрнесто испытал и преодолел, пока был в море. Действие повести происходит во время краткого увольнения на берег в тропическом порту Тринидада. Эта довольно мелодраматичная повесть — первая из известных нам попыток Гевары написать художественное произведение. Хотя в предисловии он заявляет, что преодолел депрессию и снова может «улыбаться и вдыхать воздух полной грудью», в тексте явно нашли отражение его одиночество и страдания по поводу отношений с Чичиной, желание противостоять ограничениям, налагаемым обществом, и освободиться от них.

«Я падаю на колени, пытаясь найти решение, истину, побуждение. Надеюсь, что я рожден для любви, а не для того чтобы размышлять, сидя за столом, хорош человек или нет. Ибо я и так знаю, что человек хорош. Потому что рука об руку был с ним в деревне, на заводе, на лесозаготовках, в тюрьме, в городе. Видеть, что он здоров, в нем есть дух соратничества, он молод и полон сил, как молодое животное, но понимает, что исключен из общей картины, — это страдание. <…> Принести никому не нужную жертву, которая не поможет созданию новой жизни, — это страдание».

К концу июня Эрнесто снова приступил к занятиям в университете. Ему было двадцать три, и до получения диплома оставалось еще два года, но занятия и экзамены больше его не радовали. Молодой человек страдал от безнадежной любви и не находил себе покоя. Путешествие на велосипеде и плавание на корабле обострили его желание увидеть мир, но надежда жениться на Чичине и увезти ее в свадебную поездку стала затухать.

Чичине едва исполнилось семнадцать, и она была еще очень привязана к семье. Сочетание стойкой неприязни к Эрнесто со стороны ее родителей и своей собственной нерешительности привело к тому, что их отношения зашли в тупик. А разлука лишь усугубляла дело.

На помощь Эрнесто пришел Альберто Гранадо, который стал готовиться к годовому путешествию по всему южноамериканскому континенту. Он уже давно говорил о такой поездке, но ничего не делал для ее осуществления, поэтому в семье его все решили, что это просто безобидная фантазия. Но теперь, когда ему почти исполнилось тридцать, Альберто понял, что если не сделает этого сейчас, то не сделает никогда. И рассудил, что без спутника ему не обойтись. А кто, кроме Пелао, способен бросить все ради такого приключения? Когда Альберто рассказал другу о своих планах, Эрнесто, «по горло сытый медицинским факультетом, больницами и экзаменами», не раздумывая согласился.

Во время октябрьских каникул Эрнесто приехал в Кордову, чтобы повидаться с Альберто и составить план поездки. Позже он с ностальгией вспоминал это время: они сидели под виноградными лозами возле дома Альберто, пили мате и мечтали о предстоящем путешествии. «По дорогам мечты мы добирались до далеких стран, плавали по тропическим морям и объехали всю Азию. И вдруг… У нас возник вопрос: а не отправиться ли в Северную Америку? В Северную Америку? Как? На «Подеросе». Так было запланировано путешествие, которое впоследствии точно пролегло по линиям нашего плана — Импровизации».

«Подероса» («Мощная») — так назывался мотоцикл, на котором Альберто безуспешно пытался тянуть на буксире велосипед Эрнесто во время его недавнего посещения Сан-Франсиско-дель-Чаньяр. Это был старый мотоцикл марки «Нортон» с объемом двигателя 500 см3. Альберто дал ему имя «Подероса Вторая», в честь «Подеросы Первой» — велосипеда, на котором он катался в юности.

4 января 1952 г. друзья выехали в направлении атлантического побережья, взяв курс на курорт Мирамар, где с друзьями и тетушкой-компаньонкой отдыхала Чичина. Эрнесто хотел попрощаться с любимой девушкой, и он вез с собой подарок для нее. Это был маленький, вечно норовивший выскочить и удрать щенок. Он назвал его по-английски — Камбэк.[5]

Глава 5

Бегство на север

Поездка в Мирамар, где отдыхала Чичина, была последним шансом спасти их отношения, поскольку Эрнесто все еще любил ее и отнюдь не был уверен в неизбежности разрыва. Но он не знал, правильно ли поступает. Готова ли девушка ждать его? Ему нужен был какой-то знак, и Эрнесто решил, что, если Чичина примет у него щенка в подарок, это будет «символом», указанием на то, что он должен будет вернуться к ней. У Альберто был свой повод для тревоги: он опасался, как бы его друг не надумал отказаться от путешествия, когда оно не успело еще и начаться. Зная об этом, Эрнесто отметил в своем путевом дневнике: «Альберто почувствовал опасность и уже представлял, как ему придется бороздить дороги Америки в одиночестве, однако не сказал ни слова».[6]