Голубой болид - Быстров Илья - Страница 20

- Вооружения я не видел и, судя по действиям гостей из космоса, можно думать, что они не имели агрессивных планов. Если бы они имели оружие, соответствующее уровню их научных и технических достижений, то это оружие, безусловно, обладало бы колоссальной разрушительной силой, и они не стали бы прятаться в глухом овраге, произвели бы посадку прямо в Синеводске и приступили к осуществлению своих агрессивных планов. Захватывая Лучинского и меня, они и то действовали осторожно, как охотники… Я склонен думать, что, захватив Лучинского, они допустили какую-то ошибку и доставили его на ракету мертвым. Он или захлебнулся или задохся без достаточного количества воздуха… Его препарировали, как я после догадался мертвым.

- Так же, наверное, получилось и с Лагуниным?.. Данные судебно-медицинской экспертизы подтверждают, что он умер от удушья, - заметил Лукич.

- В своих пленителях я не видел не только агрессоров, но даже допускал мысль, что они находятся на высоком уровне социальной культуры, - продолжал Антонов. - Из наблюдений было ясно, что они представляют дружный трудолюбивый коллектив исследователей, объединенный принципом равенства. Среди них не замечал начальников… Я считаю это естественным. Высокому уровню науки должен соответствовать высокий уровень социальной структуры, высшей ступенью развития которой является коммунизм.

- Но куда же исчезли эти существа после взрыва? - спросил Окунев.

- С ними произошло то же, что и с ракетой. Корпус ракеты, обладавший высокой прочностью, мог, благодаря большому внутреннему давлению, выдерживать большие внешние нагрузки. Но относительно незначительное повышение давления внутри этого гигантского аквариума угрожало разрушением его корпуса. Конструкторы ракеты не учли этого. Взрывная волна заложенного в двигатель ракеты заряда как раз создала ту перегрузку, которая оказалась губительной для ракеты. Достаточно было небольшой трещины в корпусе, чтобы давление в сотни атмосфер, подобно громадной пружине, выбросило наружу жидкость, наполнявшую ракету. Эта сила и разрушила летательный аппарат, уничтожила его обитателей и разломала механизмы. Я уцелел лишь только потому, что находился почти в центре ракеты. Разрушительные силы действовали во все стороны от цилиндра, в котором я находился, а он обладал высокой прочностью… Что же могло получиться с моими пленителями, если бы даже они очутились в таких же условиях, как и я? Они все равно бы погибли. Их так же, как и ракету, разорвало бы высокое внутреннее давление… Вы, наверное, знаете о существовании у нас в Байкале глубоководных рыб, которые при вытаскивании на воздух превращаются в бесформенную массу студня и жира? Это происходит потому, что заключенные в них под большим давлением жидкости и газы при уменьшении давления стремятся, увеличиться в объеме и разрушают весь организм, делая его бесформенной массой… То же произошло и с нашими удивительными гостями из космоса.

Поднимаясь с кресла, Антонов сказал:

- Завтра мы вылетаем в Москву! - и стал со всеми прощаться. Задержав руку Лукича, он горячо его поблагодарил:

- Вам, Лукич, я обязан своим спасением и никогда этого не забуду. Если придется побывать в Москве, обязательно заходите ко мне.

- А как же метеорит? - с удивлением воскликнул Грачев.

- Тайна голубого болида разгадана! - ответил Антонов. - Разве не ясно, что эту громадную ракету могли приводить в движение только термоядерные двигатели. Значит на ней был большой запас сильного, может быть, еще неизвестного нам радиоактивного вещества. Я уверен, товарищи, что скоро подобная ракета с термоядерными двигателями, сконструированная советскими учеными, отправится в дальний путь для исследования вселенной.

- Могу сообщить вам, что вы не зря вызвали эскадрилью наших скоростных истребителей, - сказал полковник Соколов Окуневу, задержав его на веранде. - Они в воздухе встретили другую интересную ракету и заставили ее приземлиться. Капитан Лайнер, находившийся на ней, сознался, что на ракете он должен был увезти за кордон профессора Антонова.

Прошло три дня. Столовая квартиры Антонова под Москвой была освещена. Профессор, сидя у окна, просматривал свежий номер «Вечерней Москвы». Галя и Остапенко в ожидании гостей проверяли сервировку стола к ужину. Вдруг дверь легко отворилась, и в комнату вошел стройный офицер в форме майора.

- Лукич? Что за маскарад?! - воскликнули в один голос присутствующие.

- Теперь не Лукич, а Максим Григорьевич Кравченко, - отрекомендовался вошедший, улыбаясь. - Моя секретная миссия закончена.