Огни на болоте (СИ) - Журавлева Надежда - Страница 33

Норид аккуратно провел по флакончикам рукой, и они немедленно откликнулись. Без малейшего напряжения он вспомнил, что где находится, хотя всего минуту назад не смог бы сказать и половины этого.

Зеленое стекло, простое горлышко без каких-либо украшений. Жизнь. Такой может воскресить после раны в сердце или живот, но взамен магия заберет кусочек души. Опасная штука, которую лучше не трогать.

Причудливый формы флакон синего стекла, содержащий темноту. Черный сон, зелье, погружающее в глухое забытье без сновидений. Тело при этом перестает стареть, раны постепенно затягиваются, а заклинание создает вокруг спящего почти абсолютную защиту. Вот только переборщишь — и сгинешь в этом сне, проснувшись лишь через десятки тысяч лет.

Крупная — вместительней остальных — бутылочка, наполовину заполненная прозрачнейшей жидкостью. Абсолютная невидимость. Норид улыбнулся, вспомнив, как это зелье выручало его из самых щекотливых ситуаций. Да, наверное, это один из самых полезных и уж точно самый используемый состав.

Совсем крохотный пузырек, от прикосновения к которому моментально заледенели пальцы. Норид вздрогнул и поскорее отдернул руку. Связываться с этой гадостью он не хотел ни в коем случае. Подобный эликсир может уничтожить армию, стоит его вместилище разбить, но лишь с маленьким условием — сделать это должен хозяин, который также не избежит страшной участи. Насколько знал полукровка, до сих пор на подобный шаг решилось всего два наемника. Рыцари так не поступали никогда.

Алый флакончик в виде оскалившегося ящера, накаленный настолько, что дерево под ним обуглилось, а на внешней стороне ларчика проступило черное пятно. Живой огонь, единственный глоток превратит человека в воплощение этой стихии. Норид сморщил лоб, пытаясь вспомнить, как называется ящер, избранный хранителем состава, но на ум ничего путного не пришло.

И еще пять различных эликсиров невероятно мощного действия. Полное уничтожение боли, усиление магических способностей, убыстрение реакции, которое превращает выпившего зелье в сверхбыстрое, непобедимое существо, живой лед, яд, впитывающийся во все, что угодно. Бутылочки маленькие — самая крупная не превышает мизинца — но при такой чудовищной концентрации размер не важен. Единственный глоток подарит невероятные способности… а потом заберет многократно больше. Как половина этих эликсир оказались в его кармане, Норид не представлял.

— А если бы потерял? — риторически вопросил он, аккуратно рассовывая потеряшек по соответствующим им карманчикам. — Голову бы сняли…

За возней с флаконами он не заметил, как совершенно стемнело. В темноте полукровка видел неплохо — полуэльф все-таки, — но проклятый туман мешал ночному зрению, оставляя доступными лишь слабые контуры. Наемник чертыхнулся и поспешно зажег кристаллы а потом, уже в их свете, начал высекать огонь. Ходить за нормальными дровами он не решился, пришлось поддерживать пламя магией.

Уже потом, пытаясь отогреться около слабого, почти не греющего костерка, Норид огляделся и тоскливо шепнул:

— Ну и что мне теперь делать?

Туман прошуршал что-то, но наемник не понял его слов.

Проснулся он от холода и сырости. Всю ночь наемник лишь дремал, питая огонь магией, но с рассветом не удержался и соскользнул в глубокий сон, оставив пламя гаснуть.

Норид с трудом встал и осмотрелся. За ночь туман не исчез (да бывает ли такое?!), но чуть рассеялся, открывая взгляду участок метров в двадцать. Не так уж и мало, но и до нормальной видимости ой как далеко.

— Та-ак, — протянул Норид, осматриваясь, — где я, думаю, спрашивать бессмысленно. Значит, будем узнавать! Эх, не люблю я этого…

Он сноровисто начертил на влажной земле розу ветров. Рисунок вышел кривой, в гильдии за такой отправили бы чистить нужники, если не хуже, но выхода не было. А раз так, чего зря плакаться?

Закончив с чертежом, Норид стал заполнять его Силой. Магические способности у него присутствовали, но довольно слабые, и для полного наполнения пришлось добавить крови. От неожиданно острой боли в разрезанной ладони он вздрогнул, но лишь крепче стиснул зубы. Как всегда, магия, вместе с кровью капающая на землю, пьянила, наполняя тело нежданной силой. Но на этот раз она напала не на того — наемников с самого начала ученичества учили противостоять деланной свободе, которую дарит магия крови. Из всех уроков Норид вынес одну нехитрую мысль: Сила крови не кончается, а вот сама кровь — очень даже.

Вновь выругавшись, наемник наконец отдернул ладонь от рисунка и обмотал ее тряпкой. Потом надо будет заняться лечением, а пока есть более важные дела.

Роза ветров, политая кровью и укрепленная заклинанием, слабо засветилась. Сияние, поначалу скопившееся в центре, постепенно разрослось, заняло весь рисунок, и тот внезапно вспыхнул, обжигая глаза. Не успевший зажмуриться наемник несколько минут промаргивался, пока не увидел сквозь белесую дымку тумана очертания звезды. Выгоревший, абсолютно четкий и правильный рисунок мало напоминал каракули полукровки, сместились и лучи. Тот, что указывал на север, повернулся почти на половину окружности. Норид изумленно присвистнул.

— Ничего себе я сбился! — озадаченно сказал он и почесал затылок. — Бывает же так… Так куда идти-то?

Звезда вновь вспыхнула, но на этот раз свет концентрировался на одном луче, который должен был указывать на северо-северо запад. Норид вновь присвистнул и в который раз с благодарностью подумал о гильдийских учителях, которые преподавали осложненные заклинания, более расширенные по сравнению с классическими.

— Ну, раз так… — Полукровка поморщился от резкого холода в ладони. Тьма, это еще что такое?! Он поспешно размотал тряпку, но ничего необычного не обнаружил. Порез как порез, даже кровь еще не запеклась. — Ну и демон с тобой! — Он начал собираться, аккуратно упаковал в мешок огниво и трут, мимоходом проглотил пару сушеных фруктов. Потом аккуратно затоптал звезду, следя, чтобы не осталось даже крошечного кусочка и бодрым шагом направился в болото.

Только через несколько минут ходьбы Норид понял, что он забыл, и спешно вернулся к остаткам лагеря, чудом не потерявшись в тумане. Там он несколько минут рылся в траве и грязи, пока наконец не отыскал небольшую плоскую коробочку величиной с ладонь.

— Бывает, — философски сказал наемник, удостоверяясь, что не пропал ни один из десяти флакончиков. — Надеюсь, теперь все?

Позади раздался тихий, полный превосходства, смешок. Полукровка мгновенно развернулся, но никого не увидел.

— Как по болотам, по болотам мы идем, как мы домой, домой придем, как… А, демон, что там дальше-то?.. — Заметив впереди движение, Норид мгновенно умолк, а нарочито громкий и уверенный шаг путешественника сменился неслышной поступью. Наемник не спешил доставать меч, но поправил перевязь, чтобы в случае чего это не заняло много времени.

Он прошел еще несколько метров, но движение не повторялось. Когда Норид уже начинал подумывать, может ли интуиция подводить в условиях Темноречья, казавшаяся надежной тропинка внезапно резко вильнула в сторону, и следующий шаг наемника заставил его потерять равновесие и повалиться на то, что казалось землей.

Не успев даже выругаться, Норид погрузился в грязь, чересчур жидкую, чтобы держать его, но достаточно плотную, чтобы ее почти полностью закрыл слой болотных растений, который тут же сомкнулся над головой. Норид отчаянно забил руками, но что-то тяжелое мешало грести, оттягивало плечо… К демону его! Полукровка извернулся, и тяжесть исчезла. Тут же ноги наемника коснулись относительно твердого дна и, оттолкнувшись, он с трудом достиг поверхности.

Болотные растения неохотно расступились, пропуская его, царапнули на прощание корнями и листьями. Тяжело дышащий полуэльф схватился за какую-то ветку и кое-как выполз на твердую землю. Некоторое время лежал так, тупо глядя на поверхность трясины, а жидкая грязь стекала на тропу, перемешиваясь с кровью из открывшейся раны.