Инженер (СИ) - Быков Валерий Алексеевич - Страница 24

Но силы были не равны, 163 Р-17 и 23 лёгких патрульных машинки долго воевать не могли. Я решил нанести по району массированный авиа удар. Для этого требовалось в начале подождать 30 мин пока вся авиация вернётся с задач, а потом весь наш флот поднялся в небо. Удар наносился 96-ю стрижами 4-мя жуками и 2-мя альбатросами, всего планировалось сбросить порядка 340 тонн цетеровых бомб, конечно лабораторный отсек завода уничтожить с воздуха вообще было нереально. Но китайцы этого не знали, проникнуть внутрь тоже сразу не могли, там же дверки толщиной по 50 мм стали на входе, их ещё и найти после боя надо было, и узнать, что они вообще есть, и свет ещё никто не включал. Так что я надеялся, что бомбардировщики надёжно там всё закапают, и китайцам останется только извиниться за случайную ошибку их армии. Тем более, после гибели 28 тыс дивизиона у них могло отпасть желание ошибаться впредь. Через 40 минут Вика сообщила, что связалась с китайским консулом, и я могу с ним поговорить. Перед разговором я решил проверить как там на фронте, оказалось, что 14 Р-17 ещё постреливают в руинах, а китайская пехота потеряла процентов 50 своего личного состава, но всё таки заканчивала сражение.

— Здравствуйте господин консул, я бы хотел, чтобы ваши войска немедленно прекратили военную агрессию нашего объекта.

Консул не поздоровался, и даже не принёс извинений, значит нас совсем в ничто ставили.

Я не имею возможности прямо сейчас связаться с частью совершившей данную ошибку, мне даже не известно где это произошло, конечно я постараюсь навести справки о том, какая дивизия атакует ваш металлургический комбинат около Иркутска, не волнуйтесь в течении суток мы решим эту проблему, и наши войска будут выведены с той территории. Сами понимаете в такой большой армии, как китайская есть место маленьким ошибкам.

— Да конечно, я понимаю, вы могли ошибиться, но вы тоже должны понять, что в таких сложных компьютерах, как на наших реактивных бомбардировщиках тоже случаются сбои…

— Вы нам угрожаете, — консул напрягся.

— О что вы, нет конечно, как такая примитивная варварская цивилизация как мы можем вам угрожать? Просто совершенно случайно так случилось, что в китайской армии, из-за ошибки её генералов, стало на две танковые дивизии меньше.

Сеанс связи проходил по видеофону, с компьютерным синхронным переводом на родные языки говоривших, я заметил, как слегка дрогнуло лицо китайского консула.

— Нам не о чем с вами больше говорить, любая ошибка китайской армии будет очень жёстко караться с нашей стороны. И ещё наши территории начинаются в 50 км к западу от Иркутска, конец связи.

Да я был очень не вежлив, но не думаю, что из-за этого нам объявят войну. Даже скорее наоборот, решение Китая воевать или нет, зависит не от нашей вежливости, а исключительно от мнения узкоглазых генералов о боеспособности нашей армии. Первые бомбы уже падали на китайскую пехоту, десятками уничтожали строившиеся в ряды для проверки танки. Втаптывали в грязь постройки комбината, скрывали сам факт существования лаборатории, уничтожали трофейные остатки павших Р-17, устройство которых было бы очень интересным китайским учёным… Ответ нашей авиации был адекватен и жёсток, оборона комбината надёжно убедила Китай и остальные государства, что воевать с нами совсем не то же самое, что и с РФ. Наша армия не бежит при одном появлении вражеских войск, укомплектована не зелёными юнцами солдатами, многим из которых откровенно плевать на свою страну. Роботы бились жёстко, организованно, насмерть и до последнего, имели совершеннейшее оружие, нападать на нас нельзя.

Я лёг спать, сделать я всё равно ничего не мог, лёг поздно, и голова трещала просто дико, уснуть удалось лишь к шести. Проснулся в обед, со мной хотела поговорить Вика. Настроение у неё похоже было не высшее.

— Есть хорошая новость, китайская армия остановилась в Иркутске, Китай собирается аннексировать дальнюю Сибирь, Российское правительство согласилось, при условии подписания договора о вечном мире, но пришлось уплатить контрибуцию в пользу Китая 250 миллионов долларов.

Вика была очень печальна и говорила таким же голосом:

— Я тоже дала согласие. Воевать с Китаем мы не смогли бы. Далее США остановилось на Лене и десантироваться западнее не собираются, Япония вообще в настоящий момент отрезана от нас США и Китаем. На западе тоже всё спокойно, Казахстан занял три области, Украина оккупировала 45000 квадратных километров, но продвижение всех стран в глубь нашей территории в основном остановилось, им нужен кусочек, а переваривать много тяжело. Исключение составила лишь Украина продолжавшая неторопливое продвижение на восток, а между прочим Украинская армия всего в 30 км от Смоленска.

— Да это хорошо, они ослабили центральную Россию, мы объединимся и потом вернём себе всё.

— Нет не всё хорошо. Я только что узнала, что ты вытворял в Вышнегорске, ты сумасшедший, маньяк, псих.

Я опешил, конечно, там была небольшая бойня, но по сравнению с тем, что сейчас творилось в остальных районах страны, там уже два дня был настоящий рай. Не было ни разбоев, ни голода, даже электричество в домах появилось.

— Так нельзя, геноцид, фашизм настоящий ад, это совсем не Россия моей мечты. Знаешь, мы с Иосифом верили, что ты сможешь что-то, чего другие не могли, но я смотрю на результаты, и они ужасны. России как государства просто больше нет. И во всём ты один виноват. — Её голос дёргался, похоже, у неё был нервный срыв — Я ухожу. Конец связи, не хочу тебя больше слышать.

— Вика… Я..

Но она уже отключилась, через 15 минут я дал запрос, где она находится, оказалось, что она взяла одну из обычных легковых машин дореволюционной эпохи, не имевших терминалов контроля и связи и уехала с каким-то Алексеем Пушниковым по направлению к Москве. Парадокс, второй раз девушка бросала меня из-за какого-то Алексея. Маркой машины была двухместное жигули с запасом хода 290 км, она вполне могла без проблем доехать до территорий РФ, браслет опознавания она к счастью не забыла. Ещё через 5 минут мне позвонили по внутренней связи.

— Здравствуйте, позвольте представиться, Сергей Кнессов, но лучше звать Эф, это мой ник в интернете.

Не знаю, что ему было нужно, и не до него мне было, но вежливость обязывала, всё-таки согласно отчёту системы связи он был полковником.

— Давайте познакомимся, конечно, моё имя вы знаете, что вас интересует?

— Похоже, вы меня не знаете, так вот, я создатель Р-17, я занимался их конструкцией до войны. В последние дни вместе с Резьбовой и моим младшим научным сотрудником Пушниковым мы занимались созданием автоматизированного модуля, для запуска в серию Р-18. Производственный потенциал модуля 2500 единиц Р-18 в сутки, в новой машине отсутствуют детали из монокристаллов и сильно упрощено производство ряда других блоков, что привело к росту веса и резкому снижению времени производства единицы.

— А я то думал, чем Виктория занимается последние дни, куда же делся её организационно командный талант.

— Ну… Вам наверно будет не приятно узнать, чем она последние дни занималась на самом деле, с моим помощником… Но не важно, — он не много помялся и продолжил, — я связался с вами, чтобы сообщить об окончании работ, кроме того теперь, когда нет Виктории я должен получать команды от вас.

— Так ладно, перешлите мне технические характеристики Р-18, если они меня устроят, то вы займётесь переориентацией модулей производящих Р-17 на изготовление Р-18.

Р-18 весил целых 80 кг, то есть он был на целых 26 кг тяжелее своего предшественника. Зато на руках он имел не по два пальца, а по пять, дальность действия устройства связи с центром управления выросла с 7 до 12 км. Одним из самых главных отличий было наличие лёгкой противопульной брони толщиной 6 мм, защищавшей жизненно важные органы робота, силовую установку и цепи компьютера управления. Ряд систем контроля робота теперь были дублированными, раньше, у Р-17 к каждой конечности шёл один информационный канал, при его перебитии пулей, конечность отказывала, теперь их было по два. Также был повышен интеллект робота, совместно с Сергеем работало шесть программистов, основной задачей которых было создание сложной системы анализа цели и тактики боя. Теперь робот мог не просто идти и стрелять куда-то, но у него хватало мозгов на то, чтобы например, ползти когда нужно, или прятаться под прикрытие каких-либо объектов, также робот уже не убивал всех подряд, он выделял детей до пяти лет, и отличал обычные металлические предметы от оружия. Если солдат противника сдавался и поднимал руки вверх, то андроид так же мог простить ему даже висевший на поясе пистолет. Общая скорость, внешность и реакция робота остались почти неизменными, при этом скорость производства машин, по сравнению с Р-17 можно было увеличить раза в 1.5. По сути Р-18 был своего рода танком Т34 второй мировой войны, он был прост, дёшев и неприхотлив. Я повысил Кнессова до генерал-лейтенанта и приказал преступить к переустройству остальных цехов Р-17. По моим подсчётам, только в Москве-2 можно было выпускать до 3300 роботов в день.