Инженер (СИ) - Быков Валерий Алексеевич - Страница 82

— Привет.

— Привет.

— А мы вот тут подумали, как же было бы круто, если б были костры.

— Для костров нужна древесина.

— Увы, жечь нечего.

— Сергей.

— Да.

— Ты когда женишься.

— Я пока ещё над этим не думал.

— Здесь 1250 девушек в возрасте от 16 и старше. А всего в экспедиции строго пятьдесят тысяч мужчин и пятьдесят тысяч женщин, без детей. Идеальные условия, чтобы создать максимальное количество семей.

— Я не семейный.

— Брось, ты уже прожил сколько?

— Двадцать семь лет, всего лишь.

— Вот и я говорю, ты родился около семи ста лет назад.

— Большую часть времени я был либо заморожен, либо мёртв.

— Всё иди и познакомься с девушкой.

Я улыбнулся и встал, оставил Эфа с Викторией вдвоём. Я побрёл куда-нибудь подальше, от этого праздника, но не успел выйти из зоны, где все веселились, когда ко мне подскочила молодая девушка.

— Привет, ты симпатичный, давай знакомиться?

— Нет спасибо.

Мне не хотелось ни с кем знакомиться.

— Давай потанцуем, вон медляк играет.

Она встала передо мной, и взяла за руку, но я мягко вырвался со словами:

— Извините я не в настроении.

— Ну как хочешь.

И она растворилась в толпе. Я пошёл дальше, и наконец вышел с территории гулявших. Была ночь, но довольно светлая, ярко светила местная луна, прям как на земле, только чертёж кратеров на луне другой. Я побрёл к реке, обогнул корабль и посмотрел на небо. Здесь были миллиарды звёзд, так много. И где-то среди них затаились коварные чужие расы, дать сдачи которым мы пока не могли. Вскоре я дошёл до реки, присел около воды, на корточки, намочил руки.

— Ты что такой грустный? — раздалось сзади.

Я развернулся, узнал ту девушку которая предлагала мне потанцевать. Вероятно она зачем-то пошла за мной.

— Да я не грустный, мне здесь нравится.

— Что здесь может нравиться? Голые камни, да мёртвая речка.

— Здесь красивые звёзды и луна.

— Мечтаешь полететь в космос? Ты уже в нём, мы вообще в другой галактике.

— Я бывал в космосе много раз, и видел звёздное небо.

— Ты пилот?

— Да, можно сказать и так.

Уж не знаю, играла ли со мной девушка, или и вправду не узнала.

— А я агроном, мы делаем важнейшее дело, создаём плодородную почву и растим растения.

— Я знаю.

— Я люблю возиться с растениями, они живые, зелёные и мягкие, не то что звёзды.

— А я люблю конструировать космические корабли, и изобретать новые технологии.

— Ты пилот учёный?

— У меня несколько специальностей, надеюсь все они нам пригодятся.

— Надо уметь делать что-нибудь одно, но хорошо, лучше всех.

— Тогда я не пилот, а пожалуй конструктор.

— Зачем же тебя так рано разбудили?

— Трудно объяснить.

Я не хотел рассказывать ей о том кто я.

— Может, пойдём по танцуем? Всё же…

— Я не люблю и не умею танцевать.

— А сколько тебе лет?

— Двадцать семь.

— О старичок, и не женат?

— Нет, не женат. И не планирую.

— А мне восемнадцать, точнее двести восемнадцать, я чудом попала в этот последний спасательный ковчег, когда началась война с насекомыми, точнее, когда мы её проиграли и готовились умереть.

— Я сюда, можно сказать, тоже только чудом попал.

— А ты кем был, до войны?

Я не много подумал и сказал.

— Инженером.

— Ты что-нибудь изобрёл?

— Да.

— Что?

— Много чего, разные вещи.

— Ну что например?

Я уклонился от ответа, но можно сказать соврал. Не рассказывать же ей, что почти все космические технологии, которыми сейчас пользуется человечество, были изобретены мной.

— Я участвовал в разработке крейсера Антарес.

— А что это за крейсер Антарес? Никогда не слышала.

— Это крейсер класса D, эсминец.

— Военный?

— Да военный.

— Кстати, мы до сих пор не познакомились, а как тебя зовут? Меня Ира.

Ира, это имя щемящей тоской отразилось в моём сердце. Это древнее имя, которое я некогда так любил, но жаль, что оно навсегда исчезло из истории нашего мира. Жаль, что её не воскресили вместе с Эфом и Викторией. Моя любимая.

— Что молчишь?

— У меня была девушка Ира.

— И где она теперь?

— Она меня бросила, давным давно.

— Лет семь назад?

— Да примерно столько.

— Ну не парься, это было не семь лет назад, а теперь уж двести семь.

— Даже больше.

— Так сколько тебе лет? Вместе с заморозками.

— Много, больше чем двести.

— Сколько?

— Не скажу, всё равно не поверишь.

— Триста? Четыреста? А что с тобой случилось, ты был заморожен?

— Да, я был заморожен, много лет, несколько раз.

— А почему?

— Была война, жестокая война с инсектами.

— Ты воевал в первой войне с инсектами?

— Да.

— Ты родился на Меркурии, — внезапная догадка озарила лицо Иры.

— Нет, я родился на земле.

— Так как тебя зовут?

А была не была, не фамилию же она спрашивает.

— Меня зовут Сергей.

— Ну ты и таинственная личность!

— Да нет ничего таинственного, жизнь как жизнь, достаточно глупая и неудачная если подумать.

— Все совершают глупые ошибки.

— Но кто-то совершает их больше, а кто-то меньше.

— Можешь не беспокоиться, тебе очень повезло, ты попал сюда, на Андромеду, тебе предстоит продолжать историю человеческой расы. За нами будущее.

— Почём ты знаешь, может, завтра прилетят инопланетяне и разгромят нас?

— Никто сюда не прилетит, мы затерялись меж звёзд.

— А ты не знаешь про находки на Лее 2 и Лее 3?

— А что там нашли?

— Базы инопланетян.

— Не может быть!

— Ещё как может.

— А ты откуда знаешь?

— Я летал туда, сегодня только вернулся.

— И как они? Опередили нас?

— Нет, они сильно отстают от нас технологически, но их постройкам три тысячи лет.

Она посмотрела на часы, нажала кнопку, те засветились тусклым светом.

— Уже десять, ещё час и спать, отбой. Пойдём ещё успеем потанцевать?

— Я не в настроении.

— Какой-то ты бука.

— Да я такой, с этим ничего не поделаешь.

— Ну тогда будем сидеть здесь, смотреть на незнакомые звёзд, мечтать о том чтобы побывать на каждой. — Мы не много помолчали, — а ты мечтаешь побывать на каждой звезде? По путешествовать, чтобы жизнь зря прожитой не казалась?

— Нет.

— А мечтал?

— Да, раньше мечтал.

— Ты на многих звёздах бывал?

— На нескольких, но они были далеко друг от друга.

— Так тебе четыреста лет, или семьсот?

— Мне семьсот лет.

— Ты родился ещё до первой войны? На земле, когда ещё не было звездолётов?

— Когда я родился, люди считали фантастикой даже меж планетные путешествия.

— Давно.

— Кажется целую вечность назад, то был другой мир, и вместе с тем, это было сравнительно недавно.

— Тогда было скучно, уровень жизни был низким, и везде всё серо одинаково.

— Тогда города были красивее, культура сложнее. Ты просто не представляешь, что значат для меня слова Сидней, Нью-Йорк, Париж, Москва. Это было ещё до того, как земля была уничтожена. Жаль что ту культуру не вернуть.

— А ты мне расскажешь?

— Расскажу.

— Ну пойдём, хоть разок станцуем?

— Ты так любишь танцевать?

— Люблю.

— А я люблю быть один.

— Не правда, никто не любит быть один, это такая отговорка для неудачников.

— Наверно ты права.

— Ты же любил ту девушку, ну ту в двадцать лет. Значит, ты хотел быть с ней.

— В девятнадцать пожалуй, но это было давно.

— И ты не смог, ты оказался слишком глуп, чтобы завоевать сердце красавицы.

— Да, это так. Но с тех пор много воды утекло.

— Не могу понять, как тебя с такими комплексами взяли в экспедицию, ты же проходил психологов, должен был пройти. Видать, ты ценный кадр, раз тебя всё-таки взяли.

— Более чем.

— А ты завтра придёшь на вечеринку?

— Нет.