Сага Гарри Поттера - Роулинг Джоан Кэтлин - Страница 612

— А теперь, Том, давай поговорим начистоту. Зачем ты пришел сюда, окруженный приспешниками, ведь мы оба знаем, что работа тебя не интересует?

Волдеморт выглядел неприятно удивленным.

— Что значит работа меня не интересует? Напротив, Дамблдор, я очень хочу получить ее.

— Нет, ты хочешь вернуться в Хогвартс, но ты больше не хочешь учить, как хотел, когда тебе было восемнадцать. Что случилось с тобой, Том? Почему ты не повторил свою просьбу еще раз?

На лице Волдеморта появилась презрительная усмешка.

— Если Вы не хотите давать мне работу…

— Естественно, я не хочу. И я не думаю, что ты ожидал от меня иного. Но ты все же пришел и спросил, значит, у тебя был какая-то цель.

Волдеморт вскочил. Сейчас он был меньше всего похож на Тома Риддла, его лицо исказил гнев.

— Это Ваше последнее слово?

— Последнее, Том. — ответил Дамблдор, тоже вставая.

— Тогда нам нечего сказать друг другу.

— Да, нечего. — сказал Дамблдор, и на его лице отразилась глубокая печаль. — То время, когда я мог напугать тебя горящим платяным шкафом и наказать за твои преступления, давно ушло. И мне очень жаль, Том… Очень жаль…

Какое-то мгновение Гарри был готов кричать, чтобы предупредить директора: он был уверен, что рука Волдеморта дернулась к карману, в котором лежала палочка; но тот развернулся и быстро вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Гарри почувствовал, как его предплечье сжимает рука Дамблдора, и секунду спустя они уже стояли на том же самом месте, только за окном не было снежного холмика на подоконнике, и руки Дамблдора снова стали темнее и старее.

— Почему? — сразу же спросил Гарри, глядя прямо в лицо Дамблдору. — Почему он возвращался? Вы это выяснили?

— Я меня есть идеи, но не больше.

— И что же это за идеи, сэр?

— Я отвечу тебе, Гарри, когда ты добудешь воспоминание профессора Слухгорна. — сказал Дамблдор. — Когда мы получим этот последний кусочек головоломки, я надеюсь, все станет ясно… обоим нам.

Гарри все еще сгорал от любопытства и даже несмотря на то, что Дамблдор подошел к двери и приоткрыл ее для Гарри, он спросил:

— Он работал где-нибудь после этого, сэр? Вы не знаете?

— Не знаю. Но он определенно хотел преподавать Защиту От Темных Искусств. И последствия нашей недолгой встречи доказывают это. Как ты знаешь, не один из учителей не удержался на этой должности с тех пор, как я отказал Лорду Волдеморту.

Глава 21. КОМНАТА, КОТОРОЙ НЕТ

Всю следующую неделю Гарри ломал голову над тем, как убедить Слухгорна передать истинную память, но ничего существенного в голову не приходило и он истощался все больше и больше, делая одно и тоже все эти дни: усердно изучая свою книгу Снадобий Гарри, надеялся, что принц оставил заметки на краю страницы, так как он делал это прежде.

— Там ты ничего не найдешь, — твердо сказала Гермиона прошлым воскресеньем.

— Гермиона, не начинай, — ответил Гарри, — Если бы это не сделал принц, Рон бы не сидел здесь сейчас.

— Он бы итак сидел, если бы ты только слушал Снейпа в первый год обучения, — сказала она освобождено.

Гарри игнорировал её. Он только что нашел заклинание “Sectum-sempra!» написанное поверх интригующих слов “Для врагов”, и руки стали чесаться попрактиковаться, но об этом лучше и не думать перед Гермионой. Вместо этого он тайком вырвал уголок страницы. Они сидели перед огнем в гостиной; кроме них там были и другие шестикурсники. Их охватило некое возбуждение, когда они возвращались с обеда и наткнулись на объявление в котором говорилось о дате проведения тестов на аппарирование.

«Те, кому исполниться (-лось) до даты проведения теста, 21 Апреля, имеют право записаться на дополнительные практические занятия, которые будут проводиться в Хогсмиде.»

Рона охватила тревога во время чтения объявления; он до сих пор не умел аппарировать и боялся, что провалит тест. Гермиона, которая добивалась аппарировать вдвойне, была немного увереннее, но Гарри, которому исполниться семнадцать через несколько месяцев, не мог сдавать тест, так или иначе, был готов.

— По крайней мере, ты все-таки умеешь аппарировать! — сказал Рон напряженно, — И у тебя не будет проблем аж до июля!

— Я аппарировал всего однажды, — напомнил ему Гарри; в конце концов, он смог исчезнуть и появиться внутри обруча во время их последнего урока.

Рон стал есть мало, большую часть времени его сильно волновало аппарирование, он всеми усилиями пытался доделать ужасно трудное эссе для Снейпа, в то время как Гарри и Гермиона свои уже сделали. Гарри вполне ожидал, что ему поставят за его работу низкую оценку; потому что спорить со Снейпом хуже, чем сражаться с дементором, но он даже не заботился об этом: Память Слухгорнбыла сейчас для него важнее.

— Я все-таки скажу тебе это Гарри: Этот тупой принц не собирается помогать тебе с этим. — громко сказала Гермиона, — Только единственный способ заставит кого-нибудь сделать то, что ты хочешь, и это Imperius Curse что незаконно!

— Да, я знаю это, спасибо, — ответил он не отрывая глаза от книги, — вот почему я ищу что-нибудь другое. Дамблдор сказал, что Веритасерум не сделает этого, но что-нибудь более мощное — зелье или заклинание…

— Ты собираешься пойти неверным путем, — сказала она, — Дамблдор сказал, что только ты можешь вернуть память. Это может означать, что только ты сможешь убедить Слухгорна, в то время когда другие не могут этого сделать.

— Как ты заколдовываешь заклинанием агрессии? — спросил Рон, сильно встряхнув свое перо и пристально смотря в свой пергамент — Это не B — U — M -…

— Нет. — сказала Гермиона, быстро проверив эссе Рона, — А также прорицание не начинается с O — R — G. Какое перо ты используешь?

— Это единственное перо Фреда и Джорджа проверяющее текст, но я думаю, что чары на нем уже иссякли.

— Скорее всего, — сказала Гермиона, указывая на заголовок его эссе, — потому что нас просили написать о том, как вести себя с дементором, а не как перекапывать болото, также я не помню, чтобы ты сменил своё имя на Рунил Уазлиб.

— О, нет! — сказал Рон — в ужасе взглянув в свой пергамент, — Только не говори, что я должен переписывать все это снова!

— Все в порядке, мы можем это исправить, — сказала она и быстро взяв эссе направила на него свою палочку.

— Я люблю тебя, Гермиона, — сказал Рон, устало, соприкасаясь взглядом с ней. Гермиона слегка залилась румянцем, но только сказала:

— Не позволяй Лаванде слышать такое

— Я и не собирался, — ответил Рон в сторону своих рук, — Или скажу, тогда она меня бросит.

— Почему же ты её не бросишь, если хочешь прекратить отношения? — спросил Гарри

— А ты никогда никого не бросаешь, не так ли? — сказал Рон, — Ты и Чжоу у нас праведные.

— Да вроде как уже разошлись, — ответил Гарри

— Хотелось бычтобы между мной и Лавандой что-нибудь произошло, — сказал Рон хмуро, смотря как Гермиона молча тыкает концом своей палочки в его ошибки, значит они исправляются сами. — Но более важно то, что я намекаю, что хочу закончить все это. Очень напряженно она держиться. Это похоже на встречи с гиганским кальмаром.

— Вот, — сказала Гермиона двадцатью минутами позже, возвращая Рону эссе

— Миллион тебе спасибо, — сказал Рон, — Могу я позаимствовать твое перо чтоб дописать?. Гарри, который до сих пор не нашел ничего полезного в заметках Принца-полукровки, посмотрел вокруг; в гостинной их отсалось только трое. Симус отправился спать, проклиная по пути Снейпа и его эссе. Слышалось как огонь потрескивал в камине и как Рон скрипел пером Гермионы что-то подчеркивая в последнем параграфе про дементоров. Гарри закрыл книгу Принца-полукровки, зевнул, когда…

Крак!

Гермиона пронзительно крикнула; Рон пролил чернила поверх своего свежего готового эссе, а Гарри сказал:

— Кикимер!

Домашний эльф низко поклонился и обратился к своим пальцам ног:

— Хозяин сказал, что хочет регулярный отчет о том чем занимается Малфой, поэтому Кикимер пришел докладывать… Крак!