Стругацкие. Материалы к исследованию: письма, рабочие дневники, 1978-1984 - Стругацкие Аркадий и Борис - Страница 86

Осознает:

1) История с MZ произошла после комедии.

2) Машина предсказывает будущее рукописи!

27.03.82

Сделали 5 стр.(100)

Вечером сделали 3 стр. (103)

Во сне он понимает, что машина предсказывает будущее рукописи.

«Сцена грехопадения».

28.03.82

Сделали 5 стр.(108)

Вечером сделали 2 стр. (110)

29.03.82

Сделали 5 стр.(115)

Вечером сделали 2 стр. (117)

«Ел хлеб беззакония и пил вино хищения»[135].

30.03.82

Сделали 3 стр.(120)

И ПРЕРВАЛИСЬ НА 120 СТРАНИЦЕ.

25 марта Виталий Бугров из «Уральского следопыта» обращается к БНу с просьбой.

Уважаемый Борис Натанович!

В одном из ближайших номеров (мне очень хотелось бы попасть с этим материалом в № 8!) идут у нас ответы А. Н. и Б. Н. Стругацких на вопросы редакции (и читателей), посланные мною Аркадию Натановичу к тому редкому моменту, когда вы оба оказались в Москве.

Эти ответы мне очень хотелось бы сопроводить фотографиями. В отношении Аркадия Натановича для меня проблемы не существует: когда в прошлом году он приезжал в Свердловск — его наснимали, и фотографий его у меня довольно много. Но вот Ваших, Борис Натанович, — во-первых, просто нет, а во-вторых, то, что могли мои друзья переснять с прежних журнальных публикаций, — относится к довольно давним годам. В связи с этим:

не могли бы Вы прислать мне более-менее недавнее Ваше фото (лучше бы — две-три фотографии!) — с тем, чтобы наши фотографы его пересняли для журнала и непременно вернули Вам?

Если Вы сможете это сделать — хотелось бы, чтобы сделали это — не откладывая. Типография год за годом ставит нас во всё худшие условия: чтобы успеть в августовский номер, я должен получить от Вас это фото — до середины апреля…

Всего-всего Вам доброго, сердечный привет и наилучшие пожелания Вам от всей нашей редакции!

В. Бугров

На письме БН отметил: «Ответ и фото 1.04.82». А 2 апреля появляется интервью БНа в газете «Ленинградский рабочий».

В предыдущем выпуске «Открытой книги» мы рассказали об интересе юных читателей к приключенческой литературе. Однако любви к приключениям, в частности к фантастике, покорны все возрасты. Наши читатели В. Клочков, Т. Потапенко, Н. Кириченко просят продолжить разговор о фантастике — «литературе мечты», «магическом реализме», «сказке эпохи НТР»… Так что же это за жанр — фантастика? На этот и другие вопросы отвечает руководитель семинара молодых писателей-фантастов при секции научно-художественной, научно-фантастической и приключенческой литературы Ленинградской писательской организации Б. Н. СТРУГАЦКИЙ.

— По-моему, фантастика — это разновидность литературы, для которой характерен специфический прием: в произведение вносится элемент необычайного, почти невозможного или невозможного вовсе. Прием этот и дает всё разнообразие произведений, которые мы называем фантастикой. Фантастика тысячегранна, в ней невозможно выделить только одно какое-нибудь идейно-тематическое направление.

— Вследствие этого приема фантастика, по-видимому, получает какие-то преимущества по сравнению с реалистической литературой?

— Конечно. Например, проблему межпланетных контактов, проблемы экологического кризиса, перспективы генной инженерии и других наук в рамках чисто реалистической прозы не только анализировать, но даже поставить невозможно. А ведь все эти проблемы стоят нынче на повестке дня. Вот тут на помощь и приходит фантастика. Кроме того, она позволяет до предела обострить сюжет произведения, усиливает его эмоциональное воздействие на читателя и, следовательно, зачастую вызывает более активное сопереживание. Вспомните отца современной фантастики Г. Уэллса: он всю жизнь писал об английском обывателе, писал зло, ярко, умно, но ни в одном из реалистических романов не достиг таких высот обличения и горькой иронии, как в романах фантастических, посвященных той же теме. И не случайно, наверное, если брать творчество М. Булгакова, писателя замечательного, одинаково сильного и в реалистической, и в фантастической прозе, все-таки больше всего поклонников соберет именно «Мастер и Маргарита».

<…>

— В повести «Второе нашествие марсиан» вы сделали попытку представить встречу двух цивилизаций, и вот результат: одна из них попыталась разрушить другую. Значит ли это, что у вас негативное отношение к попыткам установления контакта с иной цивилизацией?

— К нынешним попыткам установить контакт, точнее — радиоконтакт с другими цивилизациями, я отношусь, скорее, скептически. Я не считаю, что разъединенное человечество, стоящее сегодня перед множеством весьма сложных чисто внутренних проблем, готово к такому серьезному событию, как встреча с иным Разумом. Я всецело за то, чтобы продолжать и расширять поиски сигналов от других миров, следов деятельности сверхцивилизаций, но лично мне не нравится, что мы последнее время посылкой специальных сигналов объявляем на всю Вселенную о своем существовании. Не надо забывать, что активно откликнуться на наши сигналы, то есть прибыть к нам на Землю для встречи, способна только сверхцивилизация, обогнавшая нас на сотни, а может, на тысячи лет. Правда, есть основания ожидать, что высокий уровень технологического развития предполагает и достаточно высокий уровень развития социального — высокую гуманность, доброту, справедливость… Что можем мы знать об этом заранее? А, во-вторых, что мы будем делать, если сверхцивилизация окажется вообще не гуманоидной, то есть не человекоподобной? Если это будут разумные ящеры, разумные насекомые или механизмы? В таком случае, пожалуй, само понятие контакта теряет смысл. И, пожалуй, цивилизации же более развитые, явившись к нам на Землю, способны скорее увеличить количество проблем, стоящих перед нами, чем уменьшить. Поэтому, по-моему, надо сначала навести порядок в собственном доме, а потом уже приглашать гостей.

Отстоять общечеловеческие идеалы здесь, на Земле, — вот сейчас главная задача земного разума. Отстоять человеческое: разум, здравый смысл, гуманизм. Представление о человеческой жизни как высшей ценности — главное философское завоевание людей планеты Земля. Подвергать его сомнению — значит ставить под угрозу будущее. <…>

29 апреля газета «Воздушный транспорт» публикует интервью с АНом, в конце которого он признается:

<…>

Хотя теперь больше тянет размышлять, чем писать. Меньше тянет на эффектные, динамичные сюжеты. Хотелось бы, чтоб герой тоже больше рассуждал и думал.

Главное же — писать о том, что действительно волнует, писать просто, четко. И ничего не писать со зла…

Издательские же дела не столь хороши.

21 апреля «Детская литература» отказывается публиковать ЖВМ.

Уважаемые Аркадий Натанович и Борис Натанович!

Мы еще раз пересмотрели наши возможности издания рукописи «Жук в муравейнике» и пришли к выводу, что ее публикация в издательстве «Детская литература» нецелесообразна.

Носителем страшного зла в вашей повести оказывается ни в чем не повинный человек, и надо решать его судьбу прежде, чем он, сам того не желая, станет для всех смертельной угрозой. Эта тягчайшая ситуация, по сути своей, трагедийна и может быть неправильно понята неподготовленным читателем, на которого ориентируется наше издательство.

Просим Вас разрешить нам включить в план изданий взамен повести «Жук в муравейнике» одну из Ваших ранних повестей, уже получившую широкую известность и поддержанную педагогической общественностью.