Демоны моих кошмаров (СИ) - Риа Юлия - Страница 20

На столике стояла ваза с фруктами с бокал вина. Я была абсолютно уверена, что на него, как и в прошлый раз, было наложено заклятие неопустошения. Раздался стук в дверь — это вернулась Тина с книгами, легко поклонилась, сложила их на столике и выпрямилась, ожидая дальнейших указаний.

— Хочешь вина? — улыбнулась я ей.

— Нет, мана, благодарю, мне нельзя, — отозвалась девушка.

— Почему? — удивилась я, жестом приглашая Тину присесть. Пятиана заняла место в мягком кресле. Внимательно посмотрела на меня, чему-то грустно улыбнулась и спросила.

— Мана, как Вы думаете, сколько мне лет?

— Лет семнадцать, — ее вопрос меня удивил.

— Восемнадцать с половиной, — грустная улыбка не сходила с губ. — Вы ведь знаете, на какой ступени в системе я сейчас нахожусь, — и печально опустила глаза.

— Нет, — выдохнула я, — не может быть! Ты же так молода!

— Все нормально, мана, — она снова посмотрела на меня, — такова система.

— Давно?

— Уже четыре месяца, — она положила руку на живот.

Какое-то время мы молчали, потом я все же не выдержала и спросила. Да вопрос был не из этичных, но удержаться я не смогла.

— Как это происходит?

— За неделю до отсчета восемнадцатого года каждая из нас проходит ряд тестов для выявления уровня физического здоровья, силы, предрасположенности к тем или иным заболеваниям. Затем демоны занимаются подбором необходимого встречного материала для передачи потомству определенных характеристик, — она говорила это таким будничным тоном, вот только взгляд ее словно ушел в себя. — Когда пара подобрана, мы приходим в центр по контролю за популяцией, нас размещают в специальную комнату, мы засыпаем, а когда просыпаемся, официально переходим на новую ступень в развитии системы.

— То есть, ты даже не помнишь ничего, что с тобой произошло? — это было даже не удивление. Мозг отказывался принимать ТАКУЮ правду.

— Мана, непосредственного контакта с мужчиной нет и не было, — снова печально улыбнулась девушка. — Все происходит с помощью магии.

— А что будет потом? — во рту все пересохло от волнения, от абсурдности ситуации. Одно дело знать о системе, и совсем другое вот так с ней столкнуться. Возможно, я впервые по-настоящему оценила то, от чего Ба уберегла меня.

— За месяц до предполагаемой даты я должна буду переехать в центр по контролю популяции, где пробуду все оставшееся время. Потом, если повезет, я стану кормилицей. Каждый год несколько женщин отбираются на эту должность, — видя вопрос в моих глазах она быстро добавила, — но я все равно не буду знать, который из детей мой. Их отбирают сразу же.

— Великий, — только и могла выдохнуть я. Что еще сказать ей? Что это чудовищно и несправедливо? Это ведь и так ясно.

— Не грустите, мана, — Тина заколебалась на секунду, но все же протянула руку, и положила на мои сжатые кулаки. — Такова система. Нас никто не обманывал, ничего не обещал. Я с рождения знала, что и как будет. Для меня это нормально. Все в порядке, мана.

Я подняла на нее глаза. КАК она может такое говорить? Как ЭТО может считаться нормальным?

— Я пойду, мана. Вижу, что расстроила Вас. Простите, я не хотела, — она аккуратно встала из кресла. — Не печальтесь. Великий уготовил Вам другую роль. Будьте сильной, мана, — и с легким поклоном вышла.

Другую роль? Как только я надоем высшим, меня вышвырнут в систему, где я займу такое же место. Смогу ли я оставаться такой же спокойной, как Тина? Получится ли у меня достойно принять свое предназначение? Не думаю. Каждая клеточка кричит о том, что это неправильно, что так не должно быть. На глаза навернулись слезы. Что же стало с нашим миром? Я не хочу в нем жить, не так. Не в системе. Протянув дрожащую руку, я взяла бокал и опустошила его. Постава на стол, невидящим взглядом смотрела, как в нем снова появлялась гранатово-рубиновая жидкость. Надо успокоиться, взять себя в руки. Я попробовала углубиться в чтение книг, но ничего не выходило. В голове раз за разом прокручивался разговор с Тиной. Лучше все-таки смерть, чем такая жизнь. Именно в этот момент я сделала выбор.

Ночью меня мучили кошмары. Это не были четкие картинки чего-то определенного. Скорее чувства страха, отчаяния, безнадежности, обреченности и одиночества давили на меня. Я пыталась убежать, спрятаться от них, но они накрывали меня снова и снова. Я захлебывалась. Ворочалась во сне, снова плакала от беспомощности. Но потом что-то спугнуло их. Что-то теплое, надежное, хорошее. Мне снилось, что кто-то гладил меня по голове, отгоняя дурные мысли, вытирая слезы. Перевернувшись на другой бок и подтянув к груди ноги, я наконец-то уснула без сновидений.

Утро началось довольно неожиданно. Я проснулась от ощущения, что весь мир сошел с ума и начал кружиться. Открыв глаза, я поняла, что не сильно ошиблась. На моей кровати прыгала Лунара, щебеча без перерыва.

— О, наконец-то ты проснулась! Амарелия попросила меня разбудить тебя! Точнее она просила об этом одну из рабынь, но я решила сделать тебе сюрприз. Ты же не против, правда? Я поговорила с Кеором, и знаешь что? Он разрешил заниматься с вами! Представляешь?

Я попыталась натянуть одеяло по самые уши, стараясь спрятаться от слишком шумной демоницы. Однако проще, видимо, изменить систему, чем справиться с малышкой. На очередном круге вопросов и прыжков по моей кровати я сдалась и встала. Лунара спрыгнула следом, громко приземлившись на пол.

— У тебя пятнадцать минут! Потом будем завтракать! — звоночком выдала она и, развернувшись, убежала из комнаты, в которую спустя мгновение немного робко вошла Тина.

— Доброе утро, мана, — поздоровалась она. — Как Вам спалось.

— Нормально, — ответила я, отчаянно зевая.

Тина прошла к шкафу, доставая из него вещи. Я с удивлением стала их разглядывать, проснувшись окончательно.

На кровать легли темно-синие узкие брюки, светлая рубашка с длинными широкими рукавами и узкий жилет в тон к брюкам. Так же из шкафа появились свободные сапожки из черной кожи, доходившие чуть выше щиколотки, перехваченные ремнями на застежках. Пока умывалась и приводила себя в порядок, Тина заправила кровать, потом помогла одеться и подняла волосы в высокий хвост, заплетя из него тугую косу, и перехватив ее четырьмя резинками по всей длине. Брюки сели как вторая кожа, настолько облегающе, что мне стало неловко. Рубашку я заправила в штаны, а сверху накинула кожаный жилет на ремешках и шнуровках. Тина накрасила мне ресницы, и немного подумав, нанесла на губы красную помаду. Я посмотрела на себя в зеркало и с обнаружила, что совершенно не похожа на себя. Словно даже черты лица изменились — стали более уверенными, более воинственными. Алая помада добавила образу какого-то протеста и дикости. Мне понравилось. Попрощавшись с девушкой, я спустилась в столовую.

Демониц еще не было, а вот высший уже сидел за столом. Он придирчиво осмотрел меня, задержав взгляд на губах, от чего я покраснела, и улыбнулся.

— Тебе идет.

— Спасибо, — ответила я, занимая свое место за столом. Буквально сразу же появилась Лунара, а за ней спустя минуту Амарелия. Малышка, увидев меня, снова защебетала:

— Сатреечка, какая ты необычная! Ух ты! Я тоже хочу себе такой наряд! И помаду такую же тоже хочу!!!

А вот высшая холодно скользнула по мне взглядом, выдав:

— Не смей краситься так ярко, — и села за стол. Слуги начали выносить завтрак.

— Ли, — Кеор пристально посмотрел на нее, — неужели после вчерашнего разговора тебе по-прежнему что-то неясно?

— Кеор! — ахнула она. — Но если Сатрея начнет появится с таким макияжем в обществе, она привлечет слишком много внимания! Разве ты не понимаешь?

— Внимания ей в любом случае не избежать, — пожал плечами высший, намазывая джем на свежую сдобу. — Я не призываю ее всегда так выглядеть. Пусть соответствует ситуации, вот и все.

— Да, конечно, — покладисто кивнула демоница, — я именно это и имела в виду, просто не так выразилась. Насколько мне известно, вы с Луной начнете заниматься с Сатреей сразу после завтрака. Когда она освободится? Я хочу вызвать ей балетмейстера, — услышав последнюю фразу, я поежилась. Танцы никогда не были моим увлечением, и вообще двигаться под музыку у меня получалось просто из рук вон плохо.