О чём молчат женщины - Винтер Трейси - Страница 24

Когда украшения Арлетт заменили, она почти побежала в демонстрационную комнату, на ходу выхватила из рук растерявшейся манекенщицы шаль, сверкающую золотым кружевом, и набросила ее себе на плечи.

Когда Арлетт в таком виде появилась перед Марией, графиня радостно всплеснула руками:

— Очаровательно! Почему все предшествующее было таким серым? Эта шаль прекрасно сочетается с вашими волосами и, следовательно, подойдет и к моим.

Арлетт сняла накидку, грациозно взмахнула ею в воздухе и откинула в сторону. Взору Марии предстал искрящийся водопад роскошного ожерелья — словно лепестки свежей розы рассыпались по обнаженной шее Арлетт. Открывшееся взору Марии великолепие было воспринято одобрительно.

— Есть еще изумрудная гамма, — произнесла Арлетт, не прекращая изящных движений, — а также другие ансамбли — ярко-голубого, персикового, розового и оранжевого цветов.

— Я посмотрю все.

Арлетт подумала про себя, что графиня — женщина, любящая лицезреть сад в пышном цветении лета, а не в унылых красках поздней осени.

Узнав о случившемся, Клод не очень-то хотел признавать, что допустил ошибку, но главная цель достигнута — и он усмирил гордость. Во второй половине дня он вызвал сестру к себе в кабинет.

— Ты быстро сообразила, что к чему. Завтра графиня придет вновь, чтобы обсудить детали. Похоже, ее заказ, по сравнению с прежним, будет в три раза больше. Но я хотел также сообщить следующее. Ко мне приходил граф Дашков, — Клод заколебался, встал из-за стола и подошел к Арлетт. — Мне бы очень не хотелось, чтобы ты куда-то шла с ним. Он не тот человек, с которым стоит встречаться. Наверняка в твоем кругу есть другие молодые люди, которым ты симпатизируешь?

— Почему он не нравится тебе?

— Дашковы — эгоистичные, экстравагантные люди, которые любят поступать только по-своему. Феодальные законы их родной страны наделили Дашковых особой властью, а богатство позволяет им чувствовать себя как рыбы в воде в любом месте и в любой ситуации. Я боюсь за тебя. Я запрещаю тебе идти с ним куда-либо.

— Клод, не стоит так волноваться. Да и графиня может обидеться. Чтобы уверить тебя в невинности происходящего, я до мелочей расскажу, куда мы ходили и что делали. Поверь, — добавила она с заискивающей улыбкой.

Но Клод не улыбнулся в ответ.

— Я приду домой даже позже, чем ты. Меня пригласили на банкет вместе с месье Ляру. После ужина будут танцы, которые завершатся лишь под утро — завтраком с шампанским. Ты расскажешь мне обо всем утром.

В семь часов вечера за Клодом заехал месье Ляру. Они уехали, а Арлетт направилась в свою комнату, чтобы переодеться. Служанка уже подготовила вечернее платье, туфли и украшения. Но Арлетт велела ей убрать приготовленные вещи.

— Я не стану надевать это, и ваша помощь мне сегодня не нужна.

Служанка несколько удивилась.

— Не ждите меня вечером, — продолжала Арлетт, но поставьте будильник, чтобы проснуться к приезду барона.

— Хорошо, мадемуазель.

Как только служанка вышла, Арлетт подошла к двери и заперла ее. В тот самый момент, когда Сергей пригласил ее, девушка знала, что она наденет в этот вечер. То, что брата нет дома, намного облегчает задачу. Арлетт быстро открыла ящик комода и вынула набор украшений, который она сама сделала, воспользовавшись эскизами Мариано.

Она прижала украшения к груди, ощущая необъяснимую радость.

На выбор платья она не потратила много времени. Для этих украшений из ее платьев подходило только одно — оно было сшито в форме греческой туники, верх его корсажа украшала вышивка венецианских мастериц. Арлетт сняла свое платье и задумалась, прежде чем надеть новый наряд. Да, традиционно надеваемая под платье нижняя юбка наверняка сделает подол бесформенным. Девушка резко сняла ее вместе с нижним бельем и скользнула в новое платье. Взглянув на себя в огромное, от пола до потолка, зеркало на противоположной стене, она невольно застыла в восхищении. Нет, такого эффекта никогда еще не было, даже когда она впервые после школы надевала одежду ателье Готье, как бы хороша та ни была. Загадочная плиссированная ткань греческого платья чуть поблескивала и обволакивала фигуру Арлетт без намека на вульгарность, подчеркивая женственность и раскованность тела. Мастера ателье Готье ахнули от изумления, если бы увидели, как преобразилось их изделие в такой смелой трактовке их клиентки.

Материя, из которой было пошито платье, была настолько тонкая, что, как говорится, ее можно было продеть сквозь игольное ушко. Арлетт влюбилась в нее сразу, как только увидела, и сама приняла участие в моделировании, создав это великолепное, удивительно простое и в то же время поразительно изысканное платье, подчеркивающее чувственность его обладательницы. Платье — гимн женскому телу… При каждом движении шелк сверкал медью и золотом, подол соблазнительно колыхался, складочки облегали бедра, и тогда Арлетт напоминала русалку со сверкающим хвостом. В самом низу юбка расширялась, создавая эффект воздушности каждого движения.

Арлетт прятала это платье и думала, что никогда не сможет его надеть… Но когда комплект украшений по эскизам Мариано был готов, она совершенно уверенно могла сказать, что эти вещи не могут существовать друг без друга. И вот это время пришло. Сегодня Арлетт решила совершить безумный поступок, этот день должен надолго остаться в ее памяти, и не только в ее.

Еще раз повернувшись перед зеркалом, девушка залюбовалась гармонией красок своего наряда. Арлетт чуть подсобрала верхнюю часть корсажа, вырез при этом получился не такой откровенный, но шея и верхняя часть груди остались открытыми. Слегка дрожащими от волнения пальцами девушка начала надевать украшения. Диадема, серьги, колье, браслеты и кольца составляли праздничный набор. Арлетт решила отказаться от диадемы, посчитав, что это будет слишком торжественно.

— Да, это должно быть только так, любые украшения от Фере здесь были бы неуместны. Сочетание стиля одежды и аксессуаров — это очень важно. Надо будет уделить этому особое внимание при подборе костюмов для демонстрации новинок, — бормотала про себя Арлетт, в который раз поворачиваясь перед зеркалом.

Ей нравилось то, что оно отражало. Но как это оценит тот, для кого она все это задумала?

Арлетт набросила на плечи шаль из прозрачного шифона, которую купила по случаю. Чрезмерно волнуясь, она пошла вниз. Еще не дойдя до нижней ступеньки, она услышала дверной колокольчик.

ГЛАВА 12

Сергей вошел в холл и сразу ее увидел. Девушка застыла на лестнице — свет канделябра золотил волосы, платье переливалось, обтекая фигуру искрящимся потоком. Украшения необычной формы обрамляли ее лицо и, казалось, излучали таинственный свет. Богиня! Сергей не сдержал своего восхищения:

— Вы выглядите просто божественно!

— Эти украшения я сделала сама, воспользовавшись эскизами Мариано, и платье моделировала сама! — Арлетт счастливо засмеялась, делая полный оборот на каблучках.

Она увидела, как в его глазах засветилось обожание.

— Не хотите ли вы сказать, что сегодня после нашей утренней встречи превратились в крылатую фею и проделали путь до Афин и обратно, превратившись по пути в греческую богиню?

— Можно и так сказать, — отозвалась девушка, подыгрывая.

— Тогда примите это в знак преклонения, божественная Арлетт!

Сергей протянул коробку, в которой лежала орхидея, точно такая же, какую он послал ей когда-то. Его лицо осветилось радостью, когда девушка приколола цветок к корсажу.

— Это мои самые любимые цветы! — воскликнула Арлетт.

— Я должен вас предупредить, что обстановка несколько изменилась. Моя сестра не может пойти с нами, у нее другие планы.

— Да? — она встретилась с ним взглядом. — Что ж, это избавляет нас от лишних ожиданий, — тихо сказала Арлетт.

Сергей быстро вывел ее на улицу, где их ждало такси.

— Я заказал столик у Дану на улице Фуко.

— Никогда не была в этом месте!

— Не так давно там был другой хозяин, но, после того как ресторан купил месье Куркофф, долгое время работавший там шеф-поваром, теперь здесь лучшая в Брюсселе кухня. Есть и русские блюда.