Нежная победа - Мэлори Кэтрин - Страница 31

— Я… это… ох, папа! Я сделала ужасную ошибку! — выпалила она. — Я вообще не должна была снова выходить замуж. Начало нашего романа было поспешным и глупым, и теперь я довела дело до логического конца.

Сдерживая слезы, она кусала губы.

— Дорогая, что же все-таки происходит? — разволновался отец.

Взяв себя в руки, она рассказала, что случилось в их гостиничном номере в тот день, когда она и Стюарт должны были вылетать в Лос-Анджелес.

— Но почему ты не поехала с ним?

— Потому что я бы чувствовала себя такой же бесполезной, как чувствую себя каждый день после того, как мы поженились. Мне ведь там нечего делать, кроме того, что фотографироваться рядом со Стюартом и играть роль жены рок-звезды! У Стюарта не остается для меня ни одной секунды! Его внимание всегда занято кем-то или чем-то.

— Это и неудивительно! Я уверен, большое концертное турне не происходит по мановению волшебной палочки. Кто-то должен управлять шоу, и Стюарт такой человек, которому нравится самому вникать во все детали. Так и должно быть. Он из тех людей, которые теряют аппетит, если что-то не удается, пусть даже и не по его вине. Я не удивлен, что он очень занят.

— Я все это понимаю! — простонала Робин. — Однако это заходит слишком далеко. Все сводится к тому, что я ему не нужна! Для него я дополнение к обстановке — он обзавелся красивой женой для отдыха в свободное время.

Отец откинулся на спинку кресла, сурово скрестив руки на груди.

— Откровенно говоря, я этому не верю. Я видел, как он смотрел на тебя, когда вы приезжали знакомиться. Твой муж любит тебя!

— Может быть, но свою работу он любит больше. Я не переношу, когда мною пренебрегают, как мало мне достается внимания между турне и записями. То же самое было и с Хэлом — это становится каким-то кошмаром!

— Ты не даешь человеку никакого шанса! Вспомни, вы поженились как раз перед началом его трехнедельного турне по всей стране. Вне всякого сомнения, у него будет больше времени для тебя, как только они отыграют несколько концертов и Стюарт немного освободится. Где он сейчас выступает?

— Вчера вечером они закончили в Лос-Анджелесе, а сегодня переезжают в Сиэтл. Завтра у них там концерт.

— Почему бы тебе не вылететь туда и не встретить его в Сиэтле?

Робин покачала головой.

— Не могу! После моей детской выходки несколько дней назад я, кажется, стала неприятна ему. Это было ясно написано на его лице, когда он выходил из комнаты. Кроме того, — добавила она, — даже если я поеду к нему сейчас, проблема все равно останется.

— Хм-м. — Седовласый хирург посмотрел на нее, сузив глаза. По веранде пролетел легкий ветерок. — Видишь ли, я начинаю думать, что проблема не в том, в чем ты полагаешь.

— Что ты хочешь сказать?

— Я ведь твой отец и знаю твой характер лучше, чем кто-либо другой. Тебе нужно осознание цели твоей жизни. Не иметь иного занятия, кроме того, что болтаться возле Стюарта в то время, как он занят, это значит быть постоянно озабоченной своей ненужностью. — Да.

— Разве ты не видишь, что проблема не в том, нуждается ли в тебе Стюарт или нет — ясно, что — да! Проблема в том, что тебе нечего делать.

— Я понимаю, куда ты клонишь. Ты хочешь сказать, я должна найти способ, чтобы принимать участие в его жизни, быть полезной во всем.

— Совершенно точно.

— Но как я смогу? Я ничего не знаю ни о рок-н-ролле, ни о том, как организовывать турне.

— Наверняка есть что-то такое, что ты умеешь, — возразил он.

— Ничего, кроме того, что могу быть прислугой или надоедать, — ответила она. — У Стюарта есть люди, чтобы выполнять все — от установки оборудования на сцене, когда группа приезжает, и до оплаты гостиничных счетов, когда они уезжают. А звукозаписывающая компания манипулирует всем общественным настроением и хором рекламных агентов. Честно говоря, тебе следовало бы понимать, как все это организовано!

— Тогда, может быть, стоит подумать о новой работе по твоей специальности?

Идея поразила Робин как молния. Конечно! Как она не подумала об этом! Ей было очень трудно сказать Джерри, что она уходит с работы в «Массачусетс историкл траст». Эта работа так много значила для нее! Неудивительно, что, не имея никакого подобного занятия, она сходила с ума!

Рассеянно играя вилкой, она размышляла. Если она вернется на работу, то это не сделает ее более необходимой для Стюарта, чем сейчас, но поможет поднять уважение к себе самой. По меньшей мере ей было бы чем заняться во время его частых отъездов.

Но Джерри уже нашел ей замену, а при ее довольно редкой специальности на какую работу она сейчас могла надеяться?

Ответ нашелся в тот же вечер.

Одним из гостей ее отца был Курт Соломон, владелец одной из самых старых и престижных художественных галерей в Бостоне. И хотя они никогда не встречались, оказалось, что он знает о ней все.

Джерри Бартлетт рассказывал мне не один год о той чудесной работе, которую вы для него делали, — сказал Курт Соломон, когда они садились за обеденный стол.

Он был коренаст, хорошо одет — с едва уловимыми признаками знатока.

Теперь, когда вы замужем, я думаю, вас не может интересовать другая работа, а?..

Робин была ошеломлена. Она бросила взгляд на отца, но тот был увлечен беседой.

Работа… какая?

Ответственный помощник в галерее «Соломон», — пожал он равнодушно плечами.

Робин едва не уронила ложку в суп из моллюсков. О такой работе можно было только мечтать — за такую должность после колледжа она бы отдала все на свете! Потом она нахмурилась.

Это соблазнительное предложение, но тогда, наверное, мне придется жить в Бостоне?

— Нет, это необязательно, — ответил он. — Мне нужно лишь, чтобы вы ездили, оценивали коллекции и организовывали выставки.

Замолчав, он вопросительно поднял брови.

— Это интересно. Расскажите, пожалуйста, подробнее, — успокоила она его.

— Оценка — это легкая часть работы, — продолжил он. — Трудность в том, что нужно убедить коллекционера позволить галерее «Соломон» выставить работу, которую он хочет продать. Наша галерея имеет большой опыт и хорошие рекомендации, но только вот расположены мы не в Нью-Йорке и не в Лондоне.

— Господин Соломон…

— Курт, пожалуйста.

— Благодарю, Курт. Почему вы решили, что я подхожу для такой работы? Произвести оценку я, конечно, могу, но…

Он улыбнулся.

— По двум причинам. Во-первых, если быть цинично честным, вы чрезвычайно привлекательны. Это может стать очень убедительным фактором при разговоре с перспективным коллекционером. Разумеется, я не хочу, чтобы вы думали, будто я предлагаю что-нибудь недостойное…

— Нет, конечно, нет… — кивнула Робин. — И вторая причина?

— У вас репутация работника, который может творить чудеса. Джерри хвастался, как вам удалось убедить Луизу Броган согласиться на меньшую сумму за Броган-Хаус, и я должен сказать, что, хотя он не страдал от отсутствия гордости, на меня это произвело впечатление.

К ее удивлению, он вынул листок бумаги из тонкого бумажника и ручкой с золотым пером вывел на нем цифру.

— Мое предложение совершенно серьезно, Робин. Это будет ваша начальная ставка. В первый год, думаю, вы не будете получать комиссионные, но командировочные у вас будут более чем достаточные.

Робин взглянула на сумму и чуть не упала в обморок. Это было в два с половиной раза больше того, что ей платил Джерри. Конечно, деньги для нее были не главное — Стюарт имел больше чем достаточно для обоих, — но возможность снова заняться любимым делом была слишком привлекательна, чтобы упустить ее.

— Когда вы хотите, чтобы я приступила? — спросила она, подводя итог сделке.

— Как можно раньше! — ответил он, приятно улыбаясь. — Видите ли, есть одно срочное дело, которое, я думаю, сделать сможете только вы…

Глава 10

Таким образом, Робин через две недели оказалась в большом ветшающем палаццо в Венеции — в гостях у Гилии Делла Бланка, графини Дарийской.