Жена для политика - Алистер Дениза - Страница 21

Подчиняясь желанию, которое мучило их обоих, Диллон напрягся в последний раз, и Джесси закричала от боли и счастья.

— Черт бы тебя побрал, — прошептал Диллон, покрывая ее лицо страстными поцелуями. — Ты мне наврала!

— Ты никогда не спрашивал, — прошептала она. Ее пальцы гладили его спину, она обхватила его руками и прижала к себе.

— Я не должен был этого делать. — Он слепо повиновался ее рукам. — Я должен был знать, — произнес он, тяжело дыша.

Но останавливаться было уже поздно. Дрожь все сильнее охватывала их, движения учащались, и настал момент, когда Джесси оказалась на вершине счастья.

Она закричала, Диллон обвил ее руками, и они устремились в прекрасный головокружительный полет.

9

Джесси отодвинулась от Диллона и натянула на плечи простыню. Еще никогда она не чувствовала себя так одиноко. Сейчас надо было сказать Диллону, как приятны были его объятия, поклясться ему в вечной любви. Но ее заветные мечты и надежды были разбиты в считанные минуты.

— Ты девственница?

Казалось, узнай Диллон, что она международная террористка, он удивился бы меньше.

— Была. — Она натянула одеяло до подбородка и уставилась в стену, стараясь скрыть свою печаль. — До недавнего времени это не было преступлением.

— Я не знаю, смеяться мне или плакать.

— Я тоже.

Но на самом деле она знала. Ей хотелось ударить его и закричать от отчаяния. Все это она представляла совсем не так.

— Надо было сказать.

— Зачем? — Она повернула голову и посмотрела на него.

— Зачем?! — Диллон резко повернулся. — Затем, что ты согласилась стать моей, и я имею право это знать! До тебя не доходит, что для меня это тоже имеет некоторое значение?

— Уже давным-давно я перестала говорить мужчинам, что я девственница. Мне не нравится, как они на это реагируют.

— И из-за этого я подумал, что ты…

— Опытная женщина? — подсказала Джесси слово, которое он, казалось, не может найти. — Я думаю, Диллон, что именно поэтому ты меня и хотел.

Он наклонился и, схватив ее за плечо, повернул к себе.

— Может, я ошибался. Но ты должна была мне сказать. Тогда бы я сделал это приятнее для тебя, приятнее для нас обоих. В первый раз это надо делать по-другому.

— Это… — Она замолчала, не дав вырваться правде. Это было прекрасно, это превзошло все ее ожидания. Но теперь такого чувства у нее уже не было. Теперь он просто выбросит ее, как ненужную вещь. — Спасибо, все было неплохо.

— Ну и хорошо, — злобно сказал он. — Но я имел право знать. Все-таки я не производитель, которого ты наняла на одну ночь. У меня есть еще и чувства.

— Да? — холодно спросила она. Джесси была глубоко задета и попыталась отстраниться, но он ей не позволил.

— Да! — выкрикнул Диллон. — Теперь я не знаю, что мне делать. Почему это произошло сейчас, почему со мной?!

Она посмотрела в его черные глаза и увидела в них страх. Ей хотелось сказать, что он стал частью ее души, что он предназначен ей самой судьбой. И еще о том, что она тоже очень хотела его и никогда не пожалеет об этой ночи, как бы потом ни сложились их отношения. Но вместо этого она сказала:

— Диллон, что бы ты ни делал, ты вкладываешь в это всю свою душу, и я хотела, чтобы мой первый мужчина был таким страстным и опытным.

Он отдернул от нее руку, словно обжегся.

— А может быть, я ошибаюсь, — холодно спросил Диллон, — и я только производитель, которого ты наняла на ночь?

— По-моему, ты расставил все точки над «i», — ответила она. Его гнев ее не страшил.

— Я для тебя никто. Я всего лишь исполнил твое заветное желание.

— Мы оба хотели друг друга, и твое желание тоже вызвано не самыми лучшими чувствами.

— Ты получила, что хотела?

— В лучшем виде.

— Видишь ли, Джесси, — сказал он потеплевшим голосом, — я не верю и половине из того, что ты сказала.

— Не веришь?! — спросила она с вызовом, демонстрируя свой гнев, что, впрочем, было всего лишь бравадой.

— Кое-чему я, конечно, верю. Но я ведь не первый мужчина, который тебе понравился. И я тебя снова спрашиваю: почему именно я? — Он пристально смотрел на нее, ожидая ответа.

Чем дольше Диллон смотрел ей в глаза, тем холоднее становился его взгляд, пока наконец, словно найдя там ответ, который ему не понравился, он отвернулся. Когда он снова заговорил, его слова звучало злобно, как никогда.

— Это из-за Стефана? Ты хочешь, чтобы он узнал, что сегодня ночью произошло между нами? Что ты отдала мне то, что все эти годы берегла для него?

Джесси так удивилась, что даже забыла о своем гневе.

— Стефан? Эти дни я о нем даже не вспоминала. Почему бы и тебе не забыть о нем?

— Я не могу. Ведь именно из-за него ты сюда приехала. И именно из-за него ты до сих пор была девственницей. Ты не могла быть с ним и не хотела быть ни с кем другим. — Диллон притянул ее ближе, почти вплотную к себе, и зашептал:

— Тогда ты решила отдаться брату его жены и теперь сделаешь так, чтобы об этом узнал Стефан?

Джесси даже не заметила, что этими словами он хотел ее обидеть. Наоборот, она почувствовала, что надо сказать правду.

— Ох, Диллон, ты даже не представляешь, как ошибаешься. Стефан здесь совершенно ни при чем. Ты мне понравился, потому что в тебе есть что-то Дикое, даже языческое. — Она коснулась его лица. — Я увидела это в твоих глазах. И я знала, что испытаю это на себе, — голос изменил ей, и она закончила хриплым шепотом, — когда мы займемся любовью.

Диллон отбросил одеяло в сторону и крепко прижал ее к себе. Она чувствовала, как рядом бьются их сердца.

— Джесси, — едва слышно произнес он.

— Я это поняла, потому что сама такая же, — пробормотала она, прижавшись губами к его плечу. — Я перевернула еще одну страницу своей жизни, но уехать отсюда не смогла, и теперь понимаю почему. Я встретила тебя. Я ждала тебя всю жизнь.

— Джесси! — Он еще крепче прижал ее к себе, целуя ее глаза, волосы, шею.

— Не надо ничего говорить, Диллон.

Он коснулся ее груди.

— Рядом с тобой моя кровь закипает. Я никак не могу насладиться тобой!

Она провела ладонью по его щеке.

— Ш-ш! Люби меня, дорогой, — прошептала она и страстно его поцеловала. — Люби меня этой ночью так, словно у нас не будет завтра…

Если после того, как в первый раз открыла перед ним душу она почувствовала себя неловко, то теперь оказалась на седьмом небе от счастья и страсти, охвативших ее. В Диллоне она нашла свою половину, осуществление всех своих желаний. В его руках она не испытывала ни страха, ни смущения, ни колебаний.

Всю ночь Джесси не сомкнула глаз и видела, как первый солнечный луч упал на лестницу через открытую дверь и начал медленно карабкаться наверх. Всю ночь они наслаждались друг другом, но и сейчас она хотела его по-прежнему. Она отдала бы все на свете, чтобы рассвет наступил хоть чуть-чуть попозже.

Диллон обвил ее рукой.

— Ночь оказалась слишком короткой, — сказал он.

— Я думаю, мы в состоянии продолжить.

— Я тебя ни о чем не прошу.

Какие бы чувства он ни испытывал, он не произнесет тех слов, которые она так хотела бы от него услышать. Поэтому все свои чувства она тоже оставит при себе.

— Даже не знаю, когда мы теперь увидимся. — Он играл концами ее волос. — Скоро начнется сессия и, вполне возможно, что до Нового года мне не удастся вырваться из Остина.

— Я и сама бываю здесь не очень часто. Съемки все время проходят в разных городах. — Она провела рукой по его груди и животу, словно еще раз вспоминая эту ночь. — Если я уезжаю, в справочной моего агентства всегда подскажут, где меня искать.

— Значит, так или иначе я смогу тебя найти?..

— Так или иначе, — повторила Джесси, чувствуя, как заныло ее сердце в преддверии неизбежной разлуки.

— Ну и хорошо. Значит, после Нового года нам снова удастся встретиться. — Особой уверенности в его голосе не было.

— Может быть.

— С таким распорядком жизни, как у нас с тобой, удивительно, что мы вообще встретились.