Леди Смелость - Робинсон Сьюзен - Страница 37

Не успела она, однако, войти, как тут же поняла, что что-то случилось. Несмотря на ранний час, все были одеты и на ногах. Кругом была расставлена стража, и по главной лестнице бегали с кувшинами с водой и салфетками слуги. А проходя через холл, она увидела там не менее двадцати человек из личной охраны графа. При виде всей этой кутерьмы Нора застыла у подножия главной лестницы, стиснув в руке пальчики Артура. Дворецкий оправился, наконец, от своего шока и послал к ней одного из офицеров.

— Что-то не в порядке, миледи? — проговорил тот, приблизившись к Норе, и не дождавшись ее ответа, добавил: — Вы должны позволить мне проводить вас до дворца, так как граф не может принять вас сейчас. Он болен.

— Что с ним?

— Ночью на них с лордом Монфором напали разбойники. Миледи!

Но Нора уже мчалась вверх по лестнице. Артур бежал за ней следом. Офицер догнал ее и схватил за плащ, но она шлепнула его по руке и понеслась дальше. Отыскать покои графа не составило большого труда, так как перед ними толпилась целая куча врачей. Оттолкнув двоих из них в сторону, Нора проскользнула сквозь полуоткрытую дверь и оказалась лицом к лицу с Эдвардом Хекстом.

— Миледи. — Хекст схватил ее за руку.

— Позвольте мне пройти. Пустите меня.

Они были в прихожей перед дверью в спальню графа, и Хекст продолжал крепко держать ее за руку. В комнату протиснулись офицер с Артуром и тут же остановились при виде Хекста.

— Миледи, — повторил Хекст. — Граф серьезно ранен, и вам следует уйти.

Нора покачала головой.

— Лорд Монфор…

— Нельзя терять ни минуты. Я пытаюсь убедить лорда Монфора впустить врачей. Он не оставлял графа ни на минуту с тех пор, как они возвратились домой после нападения, и я боюсь, он истечет кровью, если никто не займется немедленно его ранами.

— Я могу помочь, — воскликнула Нора. — Я действительно могу, — повторила она, увидев появившееся на лице Хекста выражение недоверия.

— Не вижу как.

— Я ведь спасла его от королевы, не так ли?

Мгновение Хекст колебался, затем отступил в сторону. Офицер охраны запротестовал, но Нора, не обращая на него внимания, быстро шагнула в спальню. Окна все еще были зашторены от ночной прохлады, и в воздухе стоял смешанный запах воска, пряностей и розового дерева. В глубине комнаты возвышалась под балдахином кровать графа, о чем свидетельствовали цвета и штандарт дома Вастернов. На ней под простынями лежал сам граф, а рядом с ним, спиной к двери, сидел Кристиан.

Ни граф, ни Кристиан не шевелились, и на мгновение Нора подумала, что они напоминают картину на одной из мраморных гробниц в ее семейной усыпальнице. И хотя рука Кристиана лежала на руке его отца, она не заметила в ней никакого движения.

Медленно, словно перед ней был алтарь, Нора направилась к ним через комнату, чувствуя, как с каждым шагом ее охватывает все больший страх. Приблизившись к кровати с той стороны, где сидел Кристиан, она увидела у него на бедре повязку. Повязка вся намокла от крови, которая тонкой струйкой продолжала течь из-под нее по его ноге. Он опирался на правый бок, вытянув перед собой раненую ногу, и его левая рука, судя по тому, как она выглядела, тоже была повреждена.

Нора вступила в полосу света, отбрасываемого стоявшей на столе подле кровати свечой, но Кристиан даже не шелохнулся, словно не замечая ее присутствия. Взгляд его был прикован к лицу графа. Сделав еще один шаг, Нора заметила, что камзол Кристиана был рассечен по диагонали и тоже весь пропитался кровью. Рубашка сползла у него с одного плеча, и там виднелся глубокий порез.

Лицо его было не задето, но именно оно напугало Нору больше всего. Лишенное какого бы то ни было выражения, оно походило на лица тех фигурок, которыми часовых дел мастера обычно украшали свои самые дорогие творения. У королевы были такие часы, на которых, возвышаясь над циферблатом, стоял на коленях перед своим мечом, словно то был крест, рыцарь из серебра. Серебряный, холодный и неживой.

Кристиан был столь неподвижен, что Нора боялась заговорить. Она стояла, желая, чтобы ее дыхание не было таким громким, желая, чтобы у нее было мужество хоть что-то сказать. Внезапно ей вспомнился день, когда она впервые увидела Кристиана с его отцом. При виде графа он тогда мгновенно преобразился, превратившись из чудовища, каким был всю дорогу, в покорного ангела. Этот водивший дружбу с разбойниками мучитель обращался к Себастьяну «сир», как к королю.

Затаив дыхание, Нора протянула руку и коснулась пальцем окровавленного плеча.

— Убирайся, — проговорил Кристиан. — Убирайся, пока я не убил тебя.

ГЛАВА 11

Еще совсем недавно она тут же сбежала бы, услышав подобную угрозу. Может, в последние дни она слышала от мужчин слишком много угроз. Может, она была слишком напугана напоминавшей смерть неподвижностью Кристиана и его отца, чтобы обращать внимание на какие-то угрозы. А может, спасаясь бегством и прячась весь день, она уже почти ничего не сооображала.

Как бы там ни было, она не убежала сейчас. Она ждала, что Кристиан скажет еще что-нибудь или хотя бы шевельнется. Но он продолжал сидеть все так же неподвижно, и, протянув руку, она вновь до него дотронулась. Прикосновение было легким, но он тут же отпрянул, с шумом втянув в себя воздух, и поднял руку, дабы предотвратить дальнейшие вольности.

— Не вынуждай меня выбрасывать тебя на улицу. Там и так полно всякого мусора.

По крайней мере, он разговаривал.

— Что произошло?

— Мы распутничали в одном из притонов, когда на нас напали. Хочешь знать, что мы там купили и как этим распорядились?

— Я… нет, милорд. — Она прикрыла ладонями уши.

Кристиан не улыбнулся, но она заметила, что на мгновение в его глазах мелькнули веселые искорки.

— Хекст! — внезапно крикнул он.

От неожиданности Нора вздрогнула. В следующее мгновение на пороге спальни возник Хекст и с надеждой взглянул на Кристиана.

Он собирался выставить ее за дверь! Приподняв юбки, Нора отскочила от Кристиана и побежала вокруг кровати. Рывком поднявшись, он бросился за ней. Несмотря на раненую ногу, он почти сразу же схватил ее и, протащив через комнату, толкнул к Хексту.

— Немедленно, Хекст. И постарайся показать ей, насколько она здесь нежеланна.

Хекст потащил ее к дверям, и Нора запаниковала.

— Нет, пожалуйста. Я не могу вернуться.

Услышав ее крики, в комнату ворвался Артур.

— Сейчас же убери свои лапы от миледи! — крикнул он Хексту и пнул его в голень так, что тот взвыл.

— Тихо! — взревел Кристиан, и паж поспешил укрыться за спинами Хекста и Норы. — Черт подери! Я сыт по горло всем этим воем и стонами.

Схватив Артура за шиворот, он выволок его из-за спины Хекста и поднял в воздух. Артур извивался как уж, пытаясь освободиться. Кристиан поставил пажа перед Хекстом, который тут же вцепился в волосы и, продолжая крепко держать за руку Нору, потащил их обоих к дверям.

— Чтоб тебе вечно гореть в аду! — вскричал Артур. — Мы все равно не вернемся во дворец и не выйдем замуж за этого приспешника дьявола!

Кристиан уже вновь сидел подле графа. Но, услышав слова Артура, он поднял руку, и Хекст мгновенно остановился.

— Что ты сказал?

Нора шикнула на мальчика, приказывая ему молчать, но Артур лишь вздернул подбородок и бросил яростный взгляд на Кристиана.

— Они хотели заставить нас подписать эти… эти брачные бумаги, но мы спрятались. И мы не собираемся выходить замуж за этого человека. Он припадочный.

Кристиан взглянул на отца, затем поднялся и, прихрамывая, подошел к ним.

— Хекст, отведи этого золотоволосого крикуна на кухню и прикажи накормить.

— Мы не вернемся, — повторил Артур.

— Не испытывай моего терпения, юный Марс, или я тебя отшлепаю.

Артур с Хекстом вышли из спальни, и Кристиан возвратился к отцу. Предоставленная самой себе Нора застыла в нерешительности, не зная, уйти ли ей тоже или остаться. Похоже, Кристиан не собирался выставлять ее за дверь, во всяком случае пока. Может, ей все же уйти? Она могла бы поговорить с ним и позднее, после того как он отдохнет. Только, судя по всему, отдыхать он не собирался. Несомненно, он так и будет бодрствовать подле своего отца, пока не истечет кровью. На цыпочках, стараясь двигаться бесшумно, она вновь подошла к кровати.