Решительная леди - Скотт Бронвин - Страница 7

В доках появились рабочие! Над верфью снова раздавался шум инструментов! Конечно, верфь знавала и лучшие времена, но это все же лучше тишины, которая стояла там в последние месяцы.

– Где вы их нашли?

Роуланд пожал плечами и засунул тесло за веревочный ремень, поддерживавший кюлоты.

– Кого там, кого здесь. Да это не важно, они ведь знают свою работу.

«В общем, не спрашивай», – подумала Элиза. Не смотри дареному коню в зубы. Рабочие пришли, они хотят достроить яхту и готовы ждать зарплату. Этого вполне достаточно. Намного лучше, чем было вчера.

– Как видите, работа наладилась. Я могу что-нибудь еще для вас сделать, мисс Саттон? – спросил он резко. Вся его поза выражала нетерпение.

Элизе такой тон не понравился, ее явно прогоняли. Какое нахальство!

– Вы хотите отстранить меня от дел на моей же собственной верфи?

Мотнув головой в сторону рабочих, копошившихся у него за спиной, Роуланд сказал, понизив голос:

– Они уже смотрят на вас, мисс Саттон, им интересно знать, что здесь делает женщина. Вы отвлекаете их.

Элиза была возмущена до глубины души.

– Я их отвлекаю? Нет, это не я разгуливаю по верфи полуголой! Ваши штаны болтаются невероятно низко! С таким же успехом вы могли бы ходить и вовсе без них!

– Вы заметили? Я польщен! – Роуланд, будь он проклят, осклабился и скрестил на груди руки. – А то я переживал из-за того, что не нравлюсь вам.

– Вы мне действительно не нравитесь! – громко прошептала Элиза.

Люди и в самом деле уже начинали оборачиваться, но она не собиралась брать ответственность за произошедшее на себя. В конце концов, она одета не так, как… как он. Неудивительно, что правила приличия требовали от мужчины носить такое количество одежды поверх рубашки. В противном случае никто ничего бы не смог сделать, все бы только и глазели по сторонам.

Роуланд рассмеялся:

– Да нет же, нравлюсь, просто вы не понимаете, что с этим делать.

Этот мужчина просто невыносим!

– Я хочу посмотреть, что вы уже сделали. – Элиза попыталась вернуть разговор в деловое русло.

Да, брат нашел самого красивого старшего мастера во всем Лондоне, но она пришла сюда для того, чтобы руководить работой, и не уйдет до тех пор, пока не сделает все, что хотела, независимо от того, одетым он разгуливает или раздетым.

Но Роуланд смотрел на все иначе. Он взял Элизу под локоток, приковав ее внимание к своей сильной загорелой руке, которая покоилась теперь на ее предплечье, и повел девушку прочь от каркаса яхты.

– Если вам нравится смотреть, – Дориан, ухмыляясь, тянул слова, будто говорил о каком-то извращенном фетише, – переберитесь-ка в свой кабинет. Вы, мисс Саттон, не подходите для ведения дел.

Элиза строго на него посмотрела. Хватит с нее этих игр.

– Я дала всем этим людям работу!

Легкий кивок Дориана заставил ее посмотреть на все иначе.

– Но подчиняются эти люди мне, принцесса. Они строят вашу лодку только потому, что я сказал им делать это.

Напрягшись, она приготовилась защищаться. Вчера такие рассуждения сошли ему с рук, но больше этот номер не пройдет.

– Вы что, все время теперь будете это повторять? Я должна подчиняться вашим приказам просто потому, что вы строите мою яхту? Полагаете, командуя, вы сможете отделаться от моих вопросов? Это моя верфь, и все, что здесь происходит, меня касается!

– Наверх, немедленно! – прорычал Роуланд, твердой рукой схватил Элизу за локоть и буквально втащил в кабинет, с шумом хлопнув дверью. Синие глаза горели огнем, которого Элиза в нем и не подозревала. Он еще сильнее стиснул ее руку: – Как вы думаете, долго ли здесь пробудут эти рабочие, если узнают, что всем управляет женщина? Сейчас вы для них лишь дочь владельца, и ничего больше!

– Вы им солгали! – Элиза вдруг ясно осознала, что именно сделал Роуланд. Он назначил себя главным, начальником, присвоил себе всю полноту власти.

Он изогнул бровь, намеренно изобразив слишком сильное удивление.

– Разве вы не дочь владельца? Я вчера что-то неправильно понял?

– Нет, но… – Элиза не договорила.

– Значит, вы все-таки дочь владельца. Хорошо, выходит, я никому не соврал. – Роуланд сказал это так, будто ложь была самым страшным грехом, из-за которого ему следовало беспокоиться.

– Я не просто чья-то любопытная дочь. Об этом вы рабочим сказали? Без меня этого проекта не было бы. – Элиза отдернула руку и сделала шаг назад. Ей нужно было отойти от Роуланда на безопасное расстояние, чтобы логику ее мышления не нарушала его мужественная красота.

– Давайте начистоту. Без меня у вас не было бы этого проекта. Я пытаюсь вам помочь. В одиночку вам не справиться.

Он явно выигрывал битву, и Элиза стала искать пути отступления. Отходя назад, она уперлась спиной в стену. Роуланд наклонился вперед и поставил ладонь прямо возле ее головы. Вблизи он выглядел еще мощнее, но это не пугало, а привлекало. Мощь этого полуголого мужчины подчеркивало все, даже запах, аромат свежей древесины, смешанный с соленым потом. На него трудно не обращать внимания, особенно если учесть, что обнаженный торс находился в нескольких сантиметрах от ее груди. Элиза старалась забыть об этом и упорно пыталась отвести взгляд, но ничего не выходило. Красивые мужчины и раньше входили в число ее слабостей.

Каждую деталь его тела можно было рассмотреть подробно: и золотистый пушок, и тонкий белый шрам на груди справа. Боже, как же тяжело сконцентрироваться! Дыхание Элизы сбилось.

– Я заставил вас нервничать, мисс Саттон? – Дориан улыбнулся. – Не мог не заметить, что вы слишком долго изучаете мой торс.

Ей показалось или он при этих словах стал играть мышцами груди?

Элиза открыла рот, чтобы ответить, но тут же закрыла. Она что, действительно видела, как он играет мышцами?

– Прекратите!

– Прекратить что?

Ну вот, опять! Он явно делает это специально!

– То, что вы делаете со своей грудью.

– Ах, это!

Он выпрямился и устроил небольшое неприличное представление, напрягая мышцы груди то справа, то слева.

– Да, это.

Дориан засмеялся:

– Знаете, в чем ваша проблема, принцесса? Вы совершенно не умеете веселиться!

Элиза скрестила руки на груди, чтобы хоть как-то отгородиться от Роуланда. Он, видимо, считает ее занудой, потому что ходит на работу полностью одетой. Неслыханная дерзость!

– А вы, я так понимаю, умеете?

– Естественно! – Он снова широко улыбнулся и посмотрел на ее губы.

Близость Роуланда, все еще не убравшего от стены руку, пугала Элизу. Она задержала дыхание и смущенно облизала губы.

– Так знайте, мне очень часто бывает весело.

– Правда? – Он тянул слова, явно не поверив ей. – Ну что ж, очень может быть. Полагаю, могу ошибаться. Давайте-ка проверим. Хм… Вы целовались с мужчиной?

– Целовалась, не сомневайтесь, – возмущенно ответила она, хотя вовсе не придавала значения тому, что он считал секретом. Это были лишь безобидные поцелуи в саду после бала. Тогда общество еще не заставляло ее выбирать между любовью и верфью, еще не появился Роберт Грейвс, с которым Элиза зашла дальше поцелуев.

– Нет-нет, – Дориан погрозил пальцем, – дайте мне закончить. Салонные игры не считаются. Целовали ли вы когда-нибудь мужчину просто так, днем, в общественном месте, зная, что вас в любой момент могут заметить?

Роуланд явно флиртовал с ней, потому что навеянные его словами образы пробудили приятное тепло внизу живота. Элиза пыталась этому сопротивляться, выглядеть оскорбленной, а не возбужденной. Если Роуланд поймет, как он на нее влияет, ничего хорошего из этого не выйдет. Ведь ни один джентльмен никогда не ставил ее добродетель под сомнение!

Озорная улыбка медленно расцвела на губах Дориана, он наклонился еще ниже и тихо заговорил:

– Предлагаю вам попробовать прямо сейчас. Со мной.

Не дожидаясь ответа, он поцеловал Элизу, приглашая подчиниться его богатому опыту. Едва кончик его языка скользнул по ее плотно сжатым губам, они раскрылись. Она отдалась приятному пьянящему чувству, которое он пробудил в ней. Это был очень безнравственный эксперимент. Руки Элизы сами легли на плечи Роуланда и сжали крепкие мышцы его рук. Он прав, так ее никогда не целовали. Другие поцелуи в сравнении с этим были вполне невинными, казались игрой, притворством. А теперь все по-настоящему, и мужчина настоящий. И последствия… Элиза все это уже проходила.