Скажи герцогу «да» - Крамер Киран - Страница 13

Дженис на мгновение испытала шок, но постаралась этого не показать и, без колебаний подойдя к кровати, уселась в рядом стоявшее кресло.

— Я так рада видеть вас… ваше величество.

Старушка протянула ей маленькую морщинистую руку, похожую на птичью лапку, на которой красовалось кольцо с огромным рубином.

Может, герцогиня и была слабой, но руку ухитрялась держать твердо. Очевидно, Дженис должна была поцеловать это кольцо. Девушка осторожно поднесла костлявые пальцы к лицу и прижалась губами к холодному красному камню, хотя чувствовала себя при этом ужасно глупо. Вдова потом сразу же убрала руку, поэтому девушка подумала, что все сделала правильно.

— Я пригласила вас не для того, чтобы наскучить до смерти воспоминаниями, — раздраженно проговорила герцогиня. — Поэтому не воображайте, что мы будем весь день сидеть здесь и напрасно убивать время. Я не инвалид. И мне многое нужно сделать. Много где побывать. Если бы только Холси выпустил меня отсюда.

— А он не выпускает? — Дженис не знала, что и думать.

— Нет. — В глазах вдовы вспыхнула довольно занятная смесь хвастовства и насмешки. — Как, по его мнению, сидя здесь, я смогу отыскать свои королевские регалии?

— Ох…

— Вы что, знаете, где они находятся? — В тоне ее явственно прозвучала подозрительность.

— П‑пока нет. — «Должно быть, ужасно так беспокоиться из‑за того, что существует только в твоей голове», — подумала Дженис. — Но я уверена: они обязательно найдутся.

Пожилая женщина нетерпеливо вздохнула.

— Возможно, их позаимствовала принцесса. В таком случае лучше бы ей их поскорее вернуть. Не знаете, дают ли где‑нибудь бал сегодня?

— Да, бал непременно будет.

Престарелая леди протянула ей вторую руку, уже без всяких украшений, будто просто хотела, чтобы кто‑нибудь ее поддержал. Дженис взяла ее ладошку в свои и почувствовала бесконечную нежность к старушке. Вся ее нервозность пропала. Вдовствующая герцогиня остро нуждалась в том, что девушка с легкостью могла ей дать: в любви и внимании.

— Ну и где будет происходить празднество? — с нетерпением спросила вдова, так крепко вцепившись в руку Дженис, будто не хотела вообще ее отпускать.

— Чуть дальше по улице. — Девушку поразило, как легко ей удавалось лгать. Но вдовствующая герцогиня в этом состоянии была подобна маленькой девочке, хотя и держалась крайне высокомерно, и Дженис очень хотелось ее порадовать. — В бальном зале со сверкающими огнями люстрами будет множество дам в ярких платьях и элегантных мужчин. Из всех окон станут бросать цветы…

— По какому адресу?

— Где‑то на Хафмун. — Дженис улыбнулась, вспомнив живописную фешенебельную улицу.

Вдовствующая герцогиня нахмурилась.

— Значит, у лорда и леди Фостер. Он слишком самоуверен, а она… ну, у нее глаза на мокром месте, плачет по малейшему поводу. Ничего удивительного, что у него не хватает терпения. — Старая леди вздохнула. — Я знаю, что могу доверять вам: вы ведь расскажете мне обо всем, что там творится?

— Конечно.

Вдовствующая герцогиня свободной рукой поднесла к носу огромный носовой платок и чихнула.

— Будьте здоровы. — Дженис заметила, как сиделка на мгновение оставила работу, а затем снова принялась складывать белье привычными уверенными движениями.

Вдова сжала платок в кулаке и подалась к Дженис, словно впервые увидела ее.

— Вы ведь леди Дженис, не правда ли? — Ее взгляд стал более мягким и дружелюбным.

— Да, ваше величество.

— Ваше величество? — Старушка снисходительно рассмеялась и махнула свободной рукой. — Вы, должно быть, сильно утомились в дороге, моя дорогая. Я всего лишь вдовствующая герцогиня Холси, а не королева.

«О господи! И что я должна теперь думать?» Дженис переглянулась с сиделкой, но та лишь пожала плечами и продолжила свое занятие.

— Прошу прощения, ваша светлость. — Оставалось только гадать, как долго у вдовы продлится момент просветления. — Конечно, я ошиблась.

— Все в порядке. — Старушка ласково смотрела на Дженис. — Я велела своему секретарю написать вам. Хотите знать почему?

— Догадаться я не смогла, но очень обрадовалась, ваше… ваша светлость.

Теплая улыбка расцвела на лице старой леди.

— Когда‑то ваша матушка была моей модисткой. Однажды она шила мне платье, а вы пришли вместе с ней на примерку и подобрали лоскуток бархата, оставшийся при крое, заявив при этом, что когда‑нибудь тоже станете герцогиней. И тогда никто не посмеет над вами насмехаться и колотить в дверь, требуя платы. Мне никогда этого не забыть. Ваша матушка страшно смутилась. Вы тогда были бледной маленькой девчушкой и обычно тихонько сидели в уголке с книжкой. Я вас почти не замечала.

Дженис покраснела.

— Мне очень хотелось бы припомнить этот случай, но, должно быть, я была слишком мала.

— Это не имеет значения: главное, что все прекрасно помню я. Я никогда не выпускала вашу матушку из виду. Она сшила много прекрасных платьев и мне, и моим подругам, пока не стала в конце концов самой модной портнихой, причем заслуженно — у нее величайший талант. Но в моей памяти навсегда сохранились вы, маленькая девочка, которая хотела стать герцогиней.

— Ваша светлость. — Дженис с трудом сдержала слезы. — Я так благодарна вам за великодушие к моей матери, поддержку.

— С великой радостью я узнала, что она встретила своего маркиза, поскольку понимала, что благодаря этому браку вы станете леди. Леди Дженис. А не торговкой в лавке.

— Да. — Девушка проглотила комок, подступивший к горлу. Каким‑то странным образом герцогиня оказалась причастна к успехам ее матери… и даже к встрече с ее отцом. Поистине жизнь полна неожиданностей.

Вдова снова чихнула, прикрыв нос своим гигантским платком.

Дженис заморгала.

— Простите, вы, вероятно, простужены.

Но когда старушка подняла на нее взгляд, глаза ее были уже другими, тон стал тем же высокомерным, что и при появлении Дженис:

— Довольно о простуде! Вы должны кое‑что сделать для Англии, юная леди.

Она снова превратилась в королеву!

— В самом деле? — На этот раз приступ умопомрачения старушки не застиг Дженис врасплох. И если бы не ее недомогание, девушка разговаривала бы с ней с огромным интересом. Сейчас же беседа оказалась трудным испытанием. — Что вы имеете в виду, ваше величество? Ну кроме поиска королевских регалий, конечно…

Герцогиня, с подозрением посмотрев на сиделку, жестом попросила Дженис придвинуться поближе и прошептала на ухо:

— У меня есть для вас задание. Вы мне по душе, девочка.

— Почему именно я? Вы ведь совсем меня не знаете.

— Я поняла по вашим глазам, что вы умны и талантливы, а также заметила в вас то же самое чувство неудовлетворенности, которое переполняло меня в вашем возрасте. У вас высокий боевой дух, но вы отвергаете возможность блистать. И все лишь потому, что слишком боитесь откровенно высказываться.

— Как вы могли узнать все это? Ведь мы только что познакомились.

— Я королева, — сказала вдовствующая герцогиня покровительственным тоном. — Вы думаете, я не знаю своих подданных? Холси, например, позарез нужна жена.

— П‑полагаю, вы правы, — тихо сказала Дженис. — Поскольку он герцог.

— Вот именно, — подтвердила вдова. — Но не просто жена, а вы, именно вы.

Глава 7

— О нет, ваше величество, — возразила Дженис. — Я совершенно не подхожу на роль герцогини.

— Очень даже подходите. — Старая леди сжала ладошки в кулачки. — Ему нужна жена, которая сумеет воспользоваться своей властью наилучшим образом.

— Я не стремлюсь к этому. Мне хочется читать, совершать прогулки и общаться с родными. Мне не нужна власть.

— Как это не нужна? Нужна! — безапелляционно заявила герцогиня. — И есть только один способ покорить герцога Холси.

— Наверное, вам лучше рассказать об этом леди Опал, или леди Роуз, или мисс Бренсон. — Дженис едва не рассмеялась при мысли, что одна из них станет следующей герцогиней Холси, но подумала, что это было бы крайне неучтиво с ее стороны.