Утраченное сокровище - Джаррет Миранда - Страница 13

Мириам снова вздохнула.

— Джек, ты очень плохо повел себя сегодня, — сказала она. — Даже не знаю, что я буду говорить маме и папе о Чилтоне и обо всем, что произошло. А уж как мне объясняться с самим Чилтоном… Господи, я просто не представляю, как мне с ним разговаривать.

У Джека были мысли насчет того, что ей следовало сказать своему неудачливому жениху, но он решил держать их при себе.

У Мириам вырвался еще один тяжелый вздох.

— Сначала, думаю, тебе следует вернуть папину лодку. Во-первых, он здорово разозлится, когда увидит, что ты ее взял. А во-вторых, ее придется послать за беднягой Чилтоном. Ну а потом, если у тебя есть хоть капля рассудка, ты уедешь как можно дальше от Уэстхема, чтобы Закери не смог разыскать тебя и вытрясти из тебя всю душу.

— И оставить тебя, любимая?

— Джек, не начинай, — устало поморщилась она. — А теперь, пожалуйста, высади меня здесь, на причале.

— Но я не собираюсь этого делать, — возразил он, направляя лодку к устью реки. — Неужели ты думаешь, я устроил все это и похитил тебя у Чаффа только для того, чтобы вернуть родителям? Для чего мне это?

— Для того, чтобы произвести на меня впечатление. Это глупо, — быстро ответила она, причем с такой поспешностью, что Джек понял: она пытается убедить не его, а саму себя. — И так же глупо было посылать мне раковину вместе с шелком.

Он усмехнулся, довольный тем, что может удивить ее еще сильнее.

— Ничего не глупо, — сказал он, в то время как лодка прошла мимо причала. — Ты поедешь со мной.

— Но я не могу! — воскликнула она. — Я должна вернуться домой!

Он отрицательно покачал головой.

— Боюсь, Мириам, сегодня ты туда не попадешь. Твои родители не слишком меня привечают, а я все-таки хоть немного, но джентльмен и не могу отпустить тебя на берег без сопровождения.

— Да ты вообще не джентльмен! — В ярости она обернулась назад и посмотрела на стремительно удалявшийся силуэт дома. — Я закричу! Я буду звать на помощь!

— Кричи сколько хочешь, любимая, — произнес Джек с довольным видом. — Но я сомневаюсь, что тебя услышат, особенно учитывая, что в доме твоего отца царит настоящее веселье. Кстати, если ты не перестанешь вертеться, то окажешься в воде, как и твой женишок. Или, может быть, тебе хочется добраться до берега вплавь?

Она замерла на месте.

— Ты прекрасно знаешь, что я не умею плавать, — испуганно сказала Мириам. — Я женщина, а женщины не плавают. Кроме того, здесь очень глубоко, и я не могу рассчитывать на то, что ты меня спасешь. Ведь ты не стал спасать Чилтона.

— Конечно, я спасу тебя, Мириам, — тихо произнес Джек. Он хотел лишь немного подразнить ее и совершенно не желал пугать. Теперь Джек с тревогой думал, не перегнул ли он палку. — Я уже говорил тебе, что ты — мое единственное сокровище, и я не допущу, чтобы ты хоть как-то пострадала.

Она ничего не ответила, но продолжала сидеть в напряженной позе.

— Куда ты меня везешь? — наконец спросила она.

— На Кармонди, — ответил он. Куда же еще он мог ее отвезти? — На наш остров, Мириам.

— Кармонди, — повторила она упавшим голосом. — Господи, Джек, я пропала!

Глава 10

Пропала!

Лодка скользила по водной глади, и ни один из них не произнес ни слова. Но это молчание достаточно красноречиво говорило Мириам о том, что происходит между ними, и о том, что произойдет в самом ближайшем будущем. Случившееся в Токуоттене еще можно было как-то объяснить. Она бы извинилась, сказала бы, что произошел несчастный случай, и Чилтон, вероятно, нашел бы в себе силы ее простить. Она осталась бы его невестой и могла рассчитывать на маленький садик возле его дома в Кембридже. Она могла стать настоящей леди, женой джентльмена.

Но провести всю ночь с Джеком на Кармонди — это не заслуживало прощения. Она падет не только в глазах Чилтона. Ее поведение будут обсуждать все жители Уэстхема. Девушка, бежавшая с таким известным пиратом, как Джек Уайлдер! Все уважаемые люди обольют ее презрением. Друзья отвернутся от нее, и она никогда не выйдет замуж, потому что ни один мужчина не захочет взять ее в жены. А Джек… что Джек? Он вообще никогда не женится. А если слухи станут совсем гадкими, собственный отец сошлет ее на кухню, чтобы репутация шлюхи не мешала ему вести дела гостиницы. Она умрет в позоре и презрении. Одна, без мужа, детей и собственного дома!

И все это по вине Джека!

Мириам чувствовала себя такой несчастной, что даже не заметила, как они причалили к берегу. Джек спрыгнул в воду, чтобы вытащить лодку, но Мириам даже не пошевелилась.

— Вот мы и на месте, ваше высочество! — сказал Джек, галантно протягивая ей руку. — Вы наконец-то вернулись домой, в ваше королевство.

В ответ Мириам уныло покачала головой.

— Джек, похоже, ты так ничего и не понял. То, что ты сделал, для тебя лишь игра, не так ли?

Он продолжал стоять в воде, протягивая ей руку. Вода насквозь промочила его штаны, и обтянутые мокрой тканью стройные бедра Джека находились, к сожалению, прямо у нее перед глазами.

— А что тут нужно понимать?

Она подняла на него взгляд.

— После этой ночи Чилтон на мне не женится.

— Ну и хорошо, — улыбнулся Джек. — Именно этого я и хотел.

— Но я, я этого не хочу! — почти плача воскликнула Мириам. — Совсем не хочу!

— Ты сама не знаешь, чего хочешь, — рассудительно заметил Джек. — Или не хочешь признаться в этом даже самой себе. Ты рассказывала своему учителишке о нас с тобой?

— Мне нечего было рассказывать, — поспешно ответила она, чувствуя, однако, как ее щеки заливает жаркий румянец. — Ничего такого, что ему следовало бы знать.

— Ах-ах-ах. Так уж и нечего? — еще шире улыбнулся Джек, картинно разводя руками в стороны. — А почему же он все еще считает, что ты девственница?

— Он бы ничего не заметил!

Джек оперся обеими руками о край лодки и наклонился прямо к ее лицу.

— Дорогая моя, мужчина всегда это заметит. Особенно если он надеется получить абсолютно невинную невесту в первую брачную ночь. Хотя, учитывая, что Чилтон предпочитает тебе часы, возможно, он действительно ничего не заметит.

И прежде чем она успела что-нибудь сказать, Джек схватил корзинку, которую ее мама приготовила для романтического ужина, и пошел по берегу, напевая ту же развеселую песню, которую они слышали, проплывая мимо «Зеленого льва».

— А ну, отдай это немедленно! — закричала Мириам, неуклюже перебираясь через борт лодки и бросаясь вдогонку за Джеком. — Мама дала это мне и Чилтону, а не тебе!

— Я уже похитил невесту Чилтона, — крикнул Джек не оборачиваясь. — Так что с того, если я заодно прихвачу и его ужин?

Он шел босиком по плотному мокрому песку вдоль самой кромки берега, не боясь накатывавших волн. А ей, в туфлях на каблуках, в шелковых чулках и длинной юбке, пришлось идти выше, по сухому песку, в котором вязли ноги. Когда она была на острове в последний раз, то тоже ходила босой, и Джек шел рядом с ней, а не на добрых тридцать шагов впереди. Мириам остановилась, чтобы подобрать юбку, к которой цеплялись выброшенные на берег ветки, а когда подняла голову, Джек куда-то исчез.

— Джек? — позвала она. — Джек, где ты?

К своему удивлению, она увидела, что маленький остров совершенно не изменился. Его берега все так же увивали длинные побеги шиповника, а на серых камнях по-прежнему рос мягкий мох. Весь остров покрывали глубокие пещеры и ямы — следы неудачной охоты за сокровищами. И единственное высокое дерево на острове — гигантский дуб — продолжало стоять, гордо подняв свои узловатые ветви в небо. Его выпирающие из земли корни когда-то служили ей троном. Про дуб ходили легенды, что раньше он служил виселицей для мятежных пиратов, и суеверные жители так и не решились спилить дерево и пустить его на дрова. По крайней мере сам Джек был уверен в справедливости этих слухов и в детстве уверял Мириам, что его отец собственноручно повесил на этом дубе троих предателей.