Приключения Гаррета. том.2 - Кук Глен Чарльз - Страница 551

— Это случилось после того, как он узнал о том, чем я занимаюсь, да?

— Он понятия не имеет о твоей работе. Да и не поверит, если я расскажу ему. Ты совершенно не похожа, по его мнению, на… Точней, ты не то, что… Майк, может, выручите меня, тупого осла?

— А может, она продавщица? Ох уж эти мужчины. Просто расскажите, что должны передать.

Я это понимал. Но иногда бывает так трудно вспомнить.

Майк добавила:

— Вам не обязательно пытаться ходить на цыпочках. Мы все прекрасно знаем, чем занимаемся.

— Ладно. Джон очень переживал из-за своего грубого поведения. Он узнал, что Страсть большая его поклонница, мы рассказали ему об этом. Так вот, он просил передать, что, если ты будешь поблизости от Мирового, когда они будут репетировать, то можешь зайти и посмотреть, как они создают его следующую пьесу. А это значит, ты сможешь увидеть её раньше всех и узнать, как она рождается. Я полагаю, так ты получишь ответы на свои вопросы.

— И что? Это всё? — спросила Майк.

— Всё. Её моральный облик будет в безопасности.

— Нахал. Я не должна верить только потому, что это сказал ты.

К чему это она?

— Вы меня плохо знаете.

Думаю, что я знаю тебя достаточно. Однажды ночью у меня был долгий любопытный разговор с Домино. А она прекрасно знает вас.

Страсть спросила:

— Это всё правда?

— Что? Приглашение или слова Майк?

— Приглашение. Майк слишком много крутит мозги, это не интересно.

— Тогда, да. Джон Спасение хороший парень. Он крайне нуждается в людях, которые нравятся ему. Большинство из них театральная публика. Так что, если у тебя есть время, и ты желаешь этого, можешь сходить туда.

Страсть посмотрела на Майк, наверное, спрашивая разрешения.

Майк сказала:

— Диди, тебе пора готовиться к следующему свиданию.

Как только Диди ушла, Майк сказала Страсти:

— Что ж, возможно, это будет полезно для тебя, — постучала себя по левой стороне груди и сказала мне: — У вас золотое сердце.

А затем снова обратилась к Страсти:

— Не отдавайся ему сразу только потому, что этот писака знаменит.

Страсть была в ужасе.

— Да я бы никогда…

От услышанного глаза Пенни становились всё шире и шире.

Золотое сердце Майк тянуло, наверное, карат на восемь.

— Страсть, вернись обратно в гостиную. Принимать клиентов тебе не надо. Просто спой несколько песен, — сказала она.

После ухода Страсти, добавила:

— У неё изумительный голос. Возможно, её жизнь сложилась бы иначе, если она знала бы об этом раньше.

— На пении, наверное, не заработаешь много денег.

— Не с её внешностью. Итак, какие у вас планы?

— Белинда приказала сидеть ниже травы и ждать, пока она не приедет сюда. Тогда это казалось хорошей идеей, но когда мы появились здесь, стало ясно, что сглупили. Нам нужно было остаться там, где были.

Майк со злостью посмотрела на меня, а на Морли ещё злее. С него должна была посыпаться струпьями обожжённая кожа. Только присутствие Пенни спасло нас от некрасивых словесных выражений.

— Не знаю, за что мне всё это, — вздохнула она.

— Мы можем уйти.

— Конечно, можете. В любой момент, как пожелаете. Вместе с этим чудным спящим парнишкой, а Домино может явиться в любой момент и спросить с меня, поставить раком и продёрнуть.

— Неужели всё так плохо?

— Нет, всего лишь семь дней в неделю. У меня здесь неплохой бизнес. Мы все здесь почти как родные. Мы присматриваем друг за другом. Я веду учёт, плачу нужным людям и не жалуюсь. Неужели просьба, оставить нас в покое взамен, слишком большая?

— Скорей всего, нет. Может, просто вернётесь к работе и забудете о нас?

— Это лучшая из мыслей, которые я слышала от вас.

Она утопала от нас.

— Она не очень любезна с нами, так ведь? — спросила Пенни.

— Не давай ей дурачить себя. Это она пускает пыль в глаза, — я заметил озорной огонёк в её глазах.

— Ну и что теперь?

— Будем ждать. Чаще всего я так и делаю. Сижу. Наблюдаю. Жду. Если ты устала, можешь поспать. Я займу складной стул в углу.

— Я не смогу уснуть.

— Почему?

— Люди используют её для… Ну, вы знаете для чего.

Конечно, знал, но я был усталым старым циником.

— Постель — это постель, детка, из них некоторые удобны, некоторые нет. Но, когда устанешь, это всё не имеет значения. И было бы умнее с твоей стороны проверить, нет ли клопов, перед тем как упасть в неё.

— Мистер Гаррет! Вам обязательно надо всё обгадить?

— Ты выявляешь худшее во мне. Так ты хочешь спать или нет? Ведь, если ты по-прежнему желаешь оставаться синим чулком, я приспособлю её для себя. Предупреждаю, я не джентльмен, если ты так думаешь.

— Думаю, вы именно тот человек, как я себе представляю, сэр. Я пережду ночь на складном стуле, спасибо.

— Поступай, как знаешь. Погаси лампу, когда будешь готова. И не запирай дверь. К нам в любой момент могут прийти люди.

Да, я так вёл себя с ребёнком. Она желала стать частью семьи дома на Макунадо-стрит, и я буду относиться к ней, как к члену семьи.

Я забрался в постель.

В ней спать было гораздо удобней, чем в той, что стояла здесь раньше. И в миллион раз лучше, чем на раскладушке.

Ночь была приятно прохладной, поэтому я просто растянулся поверх одеяла. Несмотря на волнения, чужую постель, а так же отсутствие выпивки, уснул я сразу, а если бы поднял веки, то увидел бы кислое лицо девчушки, сердито смотрящей в мою сторону, даже при погашенной ею лампе.

93

— Ну и что это такое?

Неужели Белинда появилась?

— Ты можешь поверить в это?

Вопрос, заглушил мощный, раскатистый храп Морли Дотса.

Я лежал на спине, прижимаясь правым боком к стене. Мне не хотелось просыпаться и общаться, поэтому я притворился спящим.

Кара сказала:

— Я думала, что ваш первым поддастся на искушение.

— И, безусловно, ошиблась.

В их голосах были явно слышны нотки веселья.

Я перекатился от стены на бок.

Отлично.

Я добился своего.

У меня появилась компаньонка.

Спиной ко мне лежала Пенни. Она опасно балансировала на самом краю, но в одной со мной постели. А старушенции потешались над этим.

Похоже, складной стул оказался ужасно неудобным.

Когда я перекатывался, она тоже сдвинулась, и мы оба оказались в небольшой ямке посередине.

Белинда и Кара, вместе, сказали что-то нелицеприятное обо мне.

Если бы не Пенни, я бы ответил им, что они завидуют юным или что-то подобное.

Тут Кара опередила меня:

— Сначала нужно разбудить Пенни. Осторожно. Иначе, она умрёт от смущения.

— Думаешь? Она прижалась к нему и лежит в одной постели.

— Пожалуйста. Проявите чуткость хоть раз в жизни.

Ничего себе. Моя подружка просит Белинду Контагью стать человечной. Невероятно!

Белинда согласилась с настойчивой просьбой Кары, потому что та была Седлающей Ветер, Неистовым Приливом Света, которая могла превратить её в пруд с шикарными лягушками.

Я продолжал притворяться спящей лягушкой, нуждающейся в поцелуе принцессы. Пока Кара помогала сбитой с толку Пенни выпутаться из ситуации, которая могла вызвать приступ паники, я не шелохнулся.

Диди и Майк успели появиться до того, как леди занялись мной и Морли. Они принесли еду, достойную императрицы Синдиката и ее драгоценного прихвостня. Диди тряслась над Морли, пока Майк, с трудом пережившая ночь, не выпроводила её вон.

В остальном мисс Ти была не многословна. Она стояла, мрачно поглядывая, явно была недовольна.

Кара полностью поняла её.

— Мы скоро уберёмся отсюда, мэм.

Белинда кивнула:

— Как только мистер Дотс покушает и будет готов к дороге.

— Мы ошиблись. Совершенно не разобрались в ситуации и запаниковали, — сказала Кара.

— Не разобрались, да? — сказал я. — Неужели?

Её точка зрения, похоже, отличалась от моей.

— Вся дворцовая гвардия была за возможность показать свою силу. Принц Руперт желал, чтобы кое-кто увидел, что он может жёстко ответить любителям совать свой нос в чужие дела.