Приключения Гаррета. том.1 - Кук Глен Чарльз - Страница 254

«Поспи немного. Хотя развитие событий начинает внушать беспокойство, информация по-прежнему остается скудной. Мне надо весьма серьезно подумать».

— Поспать? Это лучшая из твоих идей за многие годы.

«Не позволяй чувству безысходности и беспомощности ожесточить тебя. У каждого из нас могут быть пустые дни».

Ему легко рассуждать. Он может позволить себе даже непродуктивные столетия.

— Твой талант замечать очевидное проявляется на всю катушку.

«Отчаяние, Гаррет, тебе вовсе не к лицу. На смену темной ночи неизбежно приходит рассвет. Выбрось из головы Чодо Контагью. Отдохни. Это самое полезное, что ты можешь сделать в настоящий момент. Успокойся. И ободрись. У него нет самой книги».

Логхир был прав. Жирный гениальный жмурик всегда оказывается прав. Он не может ошибиться, даже если захочет. И тем не менее:

— Но он только что заполучил в свои лапы человека, знающего, как изготовить книгу. Этот сукин сын теперь способен сочинить свою.

Я был в том настроении, когда хочется спорить ради самого спора. Но, наверное, я все-таки немного повзрослел. Я не стал брюзжать дальше.

— Когда начнешь размышлять, попробуй сочинить теорию, объясняющую исчезновение Морли Дотса, Плоскомордого и Садлера. И попытайся определить, кто следует за мной, словно дух. Парень настолько хорош, что я так и не сумел его увидеть.

«Что касается исчезновения, то у меня имеется определенная гипотеза. Даже две, если быть точным. Однако их следует проверить. Я отказываюсь обсуждать этот вопрос до тех пор, пока ты не поспишь».

Пустая трата времени — пытаться что-нибудь из него выжать. Он не уступит. Почему никто никогда не хочет мне уступить? Они или не могут, или не хотят. Я всегда в проигрыше. Интересно, почему так получается?

Видите, сколь мощный разум у вступившего в сражение со злом Гаррета? Так-то.

Он ни за что не уступит. Даже валун, намертво заклиненный в скале, менее упрям, чем дохлый логхир.

Я сдался и заковылял к двери.

«Каковы новости из Кантарда, Гаррет?»

Как будто не мог прочитать мои мысли и узнать, что я даже не пытался задавать вопросы на эту тепу. Он просто пожелал поддеть меня. Мешок с костями частенько делает это, зная, что я не всегда способен достойно ответить. Может, дает мне понять, что, если бы я ему больше потакал, он стал бы мне лучше помогать. Наверное, так и есть. А вообще-то он страшный лентяй. Только из-за лени он остается среди нас. Покойник слишком ленив, чтобы постараться помереть до конца.

Я не стал ему отвечать, а просто поднялся наверх и не раздеваясь рухнул в постель. Сон не шел. Я кряхтел и ворочался, размышляя о жизни, не меньше семнадцати секунд.

32

Дин опять не дал мне выспаться. Четыре часа я дрых так, что меня не разбудили бы ни пожар, ни землетрясение. Но Дин — катаклизм похлестче этих грозных природных явлений.

Разодрав веки в одном глазу на сотую дюйма, я свесил ногу с кровати. Этих усилий могло хватить на целый день, но старикан не успокоился. Он отправился за ведерком воды, которую специально охлаждал на заднем дворе. Вернувшись, он застал меня уже в сидячем положении.

— Почему ты не сообразил послать сюда Карлу? — сварливо пробормотал я.

— Да потому, что в таком случае вы вообще не вылезли бы из кровати. Сосиски пережарятся, бисквиты подгорят, а чайник выкипит до дна, пока вы будете пытаться сбить ее с пути истинного.

— Ты — страдающий подозрительностью старый козел-мизантроп.

С этими словами я предпринял героическое усилие подняться на ноги. Из этого ничего не получилось.

— Знаю, — противно хихикнул Дин, — если я не встану между вами и мисс Карлой, вы две недели не двинетесь с места. А у вас есть дела.

— У меня все болит. Я страдаю. Почему бы тебе не принести завтрак сюда? Он поднял ведро с ледяной водой.

— Встаю, встаю!

Окончательно пробудиться могли помочь физические упражнения — и я пару раз через силу моргнул. Дин чуть отошел, слегка смягчившись. Этому человеку не ведомо чувство сострадания.

Он чему-то ухмыльнулся и произнес:

— А идея не так уж плоха.

— А?

— Моя племянница Руфь принесла мне свежую смену белья. Сейчас девочка внизу. Она с удовольствием подала бы вам завтрак в постель.

Я застонал. Этот тип не способен на честную игру. Руфь — прекрасное дитя. В ней что-то есть. Вы наверняка знаете, как этот эвфемизм переводится на нормальный язык. Он означает, что собаки не воют при ее приближении. Они лишь скулят и уползают в надежде, что девица их не заметит.

— Я сегодня не в форме.

Дин снова хихикнул. Что за злобный старикашка! Затем я немного подумал о себе. Я не прав. Руфь на самом деле славная девочка, и не ее вина, что она так выглядит. Приняв вертикальное положение, я дотащился до двери и даже ухитрился спуститься по лестнице, не убившись. Более того, мне удалось улыбкой приветствовать находящихся в кухне дам. Карла и Руфь начали соревноваться, чья улыбка окажется ослепительнее. Словно смотришь на восходящее солнце. Пришлось прикрыть глаза ладонью.

Дин оказался пророком. Завтрак в самом деле состоял из сосисок, бисквитов и горячего чая. Мое настроение радикально улучшилось, хотя до обычного блестящего Гаррета мне было еще далеко. Я поднялся из-за стола и совершил тяжелый переход к Покойнику.

— Я с тобой, Весельчак, — произнес я, обессиленно плюхаясь в кресло.

«Едва-едва».

— Хм.

Интересно, что он хотел этим сказать. По утрам я обычно не в лучшей форме. Впрочем, вы уже могли это заметить.

«У нас остается единственная возможность. Мы должны первыми найти книгу. Я считаю это абсолютно необходимым. Наш провал будет означать для Танфера катастрофу».

— Как это?

Положительно, еще слишком рано. Мои мозги продолжали дремать там, в спальне.

«После упорных размышлений я начал сомневаться в мотивах, которыми руководствуется наш друг Гнорст. Факты, породившие мои сомнения, не бросаются в глаза, но они, бесспорно, существуют. Боюсь, что он не мог устоять перед соблазном».

— Я уже думал об этом.

«В настоящее время мы можем игнорировать Змеюку. Она нейтрализована. Истермана практически можно не принимать в расчет».

— Ты так полагаешь? В его команде играет Торнада.

«Ей повезло, что она до сих пор жива. Но везение долго не продлится. Нет, Чодо Контагью — единственный, кто меня заботит. Центр тяжести переместился к нему и Гнорсту. Обе стороны располагают куда более значительными силами, чем колдунья и сумасшедший. Возникла потенциальная возможность серьезного конфликта, который может подогреваться личной неприязнью, если припомнить кое-что из услышанного тобой при встрече с Большим Боссом».

Я шлепнул себя как следует изнутри по черепушке, чтобы заставить машинку вертеться и понять, что он говорит. Да. В словах Чодо присутствовала желчь, когда он упоминал о карликах и Карлик-Форте. Ему не удалось их подчинить. Насколько я его знаю, он теперь мечтает влезть в Дом Карликов и врезать его обитателям под зад. Чодо недолюбливает тех, кто его не боится.

— Какое блистательное начало дня, да? Уверен, с твоим умом и моими мышцами мы покончим с этим делом еще до ленча.

«Похоже, ты возвращаешься к жизни».

— Легко сказать. Пока я способен лишь дышать.

«У нас есть зацепка, Гаррет. Не очень заметная путеводная нить, но которой не сложно следовать».

— Она как-то прошла мимо моего внимания.

«Допустим, что наш обнаженный гость был Холмом Блейном».

— Нам точно известно, что это именно так.

«Не совсем, но мы вправе допустить это с большой долей вероятности. Ты потратил массу энергии, раздумывая, как он узнал о нашем существовании, но не задумывался о том, почему он вообще решил посетить нас».

Я, видимо, начал приходить в себя, так как сумел уловить смысл его чрезвычайно тонкого замечания.

— Я думал и об этом. Правда, не очень напряженно.