Почти джентльмен - Розенталь Пэм - Страница 41

– Мы с тобой будем сидеть в центре стола, окруженные местной знатью? – спросила Феба.

Дэвид засмеялся:

– Вовсе нет. Знать сядет за высокий стол, а мы с тобой устроимся на краю одного из длинных столов. Это давняя традиция. В пахотный понедельник граф должен сидеть с народом. Нам будет удобно смотреть представление: наши места рядом со сценой.

– Я легко могу представить, как в этом холле несколько веков подряд собиралась праздничная толпа.

– Здесь будет очень ярко. Свет свечей отразится в блестящих столовых приборах. Столы будут покрыты белоснежными камчатными скатертями и алыми бархатными дорожками. Твое белое платье и красная шаль придутся к месту.

– Да, пожалуй.

– Это не простое торжество, Феба. Это настоящая сказка. Вот увидишь.

Она улыбнулась и отвернулась к большому камину, над которым висели перекрещенные сарацинские мечи. Медленно расхаживая по холлу, Феба вытягивала тонкую шею, любуясь на старинные металлические изделия и гобелены. Дэвид с удовольствием наблюдал за своей возлюбленной, которая казалась такой же изящной и хрупкой, как дамы, изображенные на гобеленах. Но внешность была обманчивой. Он знал, что она сильная, чувственная женщина.

Линсли вспомнил, как они занимались любовью в санях, заваленных лапником. С каким самозабвением она предавалась его ласкам! Он надеялся, что она с такой же страстью мечтает зачать ребенка и избавиться от болезненных воспоминаний о прошлом.

Но торопиться нельзя, напомнил он себе. Надо быть очень осторожным и тактичным.

Всю последнюю неделю они провели вместе, и это были чудесные дни, наполненные великой тайной бытия.

Дэвид не верил в то, что пахотный понедельник – волшебный праздник. Он был передовым помещиком и внедрял современные методы ведения сельского хозяйства. Когда он сказал Фебе, что церемония похожа на сказку, то имел в виду собственные ощущения. Глядя на представление, он словно опять возвращался в детство.

Считалось, что этот праздник гарантирует плодородие. На самом деле он облегчал начало пахотного сезона. Любой дурак согласится, что земля даст больше урожая, если фермеры будут хорошо накормлены и возьмутся за дело с охотой.

Бытовала легенда, согласно которой женщина, посмотревшая спектакль, вскорости должна была зачать сына. Но Дэвид считал это средневековой чушью.

Пройдясь по парадному холлу, Феба подошла к Дэвиду. Он отогнал прочь свои глупые мысли и залюбовался ее улыбкой.

Она взяла его под руку.

– Не хочешь принять со мной ванну?

– Отличная идея!

Это была их последняя ночь без гостей.

Глава 21

– Как прошел твой обед с виконтом Гранторпом, Джон? – Адмирал удивленно вскинул брови.

– Ах, ты имеешь в виду юного Алека Харви? – Он улыбнулся. – Знаешь, иногда мне трудно поверить, что он уже не маленький мальчик, с которым я пускал кораблики на озере в поместье Линсли-Мэнор. Обед прошел замечательно. Мы мило побеседовали, хотя время от времени паренек становился слегка рассеянным. Видишь ли, он влюблен, и я подозреваю, что юная дама водит его за нос. Мало того, ее брат любит играть в карты в клубе «Вивьенс» и берет с собой Алека. Было бы лучше, если бы Алек жил в Линкольншире. Впрочем, разумеется, он приедет туда на праздник, посвященный пахотному понедельнику.

– Значит, он такой же романтик, как и его отец.

– Да, они очень похожи. Во всяком случае, у обоих есть страсть к азартным играм.

Кейт покачала головой:

– Таким мудрым и выдержанным людям, как мы с тобой, легко судить других за их недостатки.

Он поднес ее руку к своим губам.

– Две ночи назад мы вели себя не слишком выдержанно, миледи.

–Это верно. Но, Джон…

– В чем дело? Ты опять вспомнила про эти проклятые письма?

– Да. Я прочитала их все. И мне кажется, что автор – вовсе не лорд Крашоу. Вряд ли аноним – джентльмен, обиженный Фицем Марстоном, и его тайный воздыхатель. Эти письма пронизаны ненавистью.

Она закусила губу и отвернулась.

– Ты что-то не договариваешь, Кейт.

– Я думаю, что автор писем ненавидит Фебу, а не Фица.

– Но кто он такой?

– Если бы я знала, Джон!

В пахотный понедельник, спустившись к завтраку, Феба увидела знатных соседей Дэвида. Все они были самыми обычными людьми – степенными сельскими жителями, похожими на тех, с кем она провела детство. Будучи маленькой девочкой, она старалась избегать скучное общество напыщенных джентльменов и дам, но сейчас они казались ей довольно милыми. Вчера днем, когда Дэвид представлял ее гостям, она с облегчением поняла, что женщины не замечают старомодного покроя ее платья.

Тучные старики помещики пытались флиртовать с хорошенькой мисс Браун, пока их жены и дочери сухо кивали головами. В их взглядах читалось разочарование: несмотря на свой возраст, граф Линсли по-прежнему считался завидным женихом. Фебу расспрашивали о ее родных. По счастью, никто из гостей не знал графства Девоншир, и она спокойно называла ту крохотную деревушку, где прошло ее детство.

Будучи Фицем, она поняла, как важно перемежать ложь с тщательно отобранной правдой, и сейчас легко дурачила местную знать. Правда, ей становилось немного не по себе, когда Дэвид прислушивался к ее разговорам.

– Вы никогда не были замужем, мисс Браун? Какое несчастье для мужчин! И где же скрывалась такая очаровательная дама?

В ответ на эти вопросы Феба молча вздыхала и закатывала глаза.

Дэвид же просто отворачивался, скривив губы в легкой усмешке.

Беседуя с мисс Финчли, Феба призналась, что сама испекла тот вкусный пирог, который они ели. Молодая дама пришла в ужас – совсем как чопорные представители высшего лондонского света. Чтобы загладить свою ошибку, после обеда Феба сыграла несколько конов в карты и позволила себя обыграть.

– Ты проявила завидную выдержку, – прошептал Дэвид позже, когда они лежали в постели. – Ведь ты могла ободрать мисс Финчли, как липку.

Она засмеялась:

– Я обыгрываю людей в карты, только когда нуждаюсь в деньгах или хочу сбить спесь со своих партнеров. А твои соседи мне понравились. Даже мисс Финчли.

Дэвид провел губами по ложбинке между ее грудями и уткнулся носом в ее живот. Феба невольно выгнула спину.

– Но если ты хочешь меня утешить – пожалуйста, не останавливайся. Чуть-чуть помедленнее, милый… да, вот так…

Помедлив у двери в комнату для завтраков, Феба вспомнила их вчерашние ласки. Дэвид был чудесным, терпеливым партнером. Он с удовольствием исполнял все ее прихоти…

– Доброе утро, мисс Браун. С праздником!

– Спасибо, полковник Колтон. Вас тоже с праздником. Простите, я, кажется, слегка замечталась.

– Хм-м, мечтайте на здоровье! Надеюсь, вы хорошо выспались. Здесь, за городом, очень свежий воздух. Позвольте, я открою дверь.

– Сегодня утром нам не стоит слишком наедаться: вечером нас ждет настоящий пир. Во всяком случае, так обещает лорд Линсли.

После полудня в поместье начали стекаться остальные гости. Празднично одетые деревенские жители и фермеры свободно прохаживались по парадному холлу и приветствовали графа. Дэвид был великолепен в официальном черно-белом костюме. Он пожимал руки мужчинам, хлопал их по плечам и обнимался со старыми дамами.

На белоснежных скатертях стояли красивые тарелки и бокалы. Паренек на высокой лестнице зажег восемьсот тридцать шесть свечей, и теперь их свет отражался в столовой посуде. Стивенс водил по холлу маленькую армию лакеев, которые выставляли на столы графины со спиртными напитками.

– Вы чудесно выглядите, милочка. Вам идет красное с белым, – сказала миссис Гулдинг, голову которой украшала огромная шляпа с видавшим виды павлиньим пером. – Вы рады, что наш Билли получил работу?

Конечно, Феба была рада. Билли ходил с костылем и превосходно управлялся в коровнике. Его синяки начали бледнеть, и паренек стал таким же красавцем, каким был раньше. Цвет его глаз подчеркивал новый небесно-голубой галстук. Он уже успел обзавестись друзьями и познакомиться с деревенскими девушками.