Крылья Победы - Руденко Сергей Игнатьевич - Страница 89

Это диктовало необходимость перебросить к повстанцам своих людей с радиосредствами для постоянной и надежной связи с ними. Их можно было доставить в Варшаву только на парашютах. Другие пути были крайне рискованны. Да и этот путь не отличался безопасностью.

Первых трех парашютистов наметили сбросить на рассвете 18 сентября на площадь Лелевела.

Высота — не выше 200 метров. Эту сложную задачу возложили на лучших летчиков 9-й гвардейской ночной бомбардировочной авиационной дивизии Героя Советского Союза капитана Старостина, старшего лейтенанта Ляшенко и гвардии лейтенанта Михайленко. Отлично зная расположение цели, они выходили к ней через Северный мост на высоте 400 метров с приглушенными моторами. Затем планировали на парк южнее площади Вильсона Над центром его парашютисты по команде летчиков покидали самолет.

В это время специально выделенные По-2 сбросили серию мелких фугасных бомб и подавили огонь вражеских зениток.

Все радисты приземлились благополучно, в условленное время доложили об этом по радио. В последующем мы таким же способом выбросили десант еще из четырех человек. Они держали постоянную связь с командованием фронта и докладывали о положении в районе восстания.

Одним из важнейших условий выполнения задания являлось точное знание района цели. Для этого весь летный состав тщательно изучил план города.

Не менее важным условием успешного решения задачи являлся точный выход на цель. Чтобы облегчить определение точек сбрасывания груза, для каждого района устанавливались характерные ориентиры места начала планирования. Был четко отработан профиль полета до цели и обратно.

Вооружение — минометы, автоматы, ружья ПТР, гранаты, патроны, мины — сбрасывалось, как правило, в легких парашютно-десантных мешках. А 45-миллиметровая противотанковая пушка была сброшена на парашютах по частям.

В 1954 году я побывал в музее Войска Польского и там увидел карту Варшавы, на которой когда-то сделал пометки — где и какие выложить огни. Эту карту мы сбросили повстанцам вместе с оружием и боеприпасами. Сохранились и записки, которые я цитировал выше. По просьбе польских товарищей я рассказал, как осуществлялась помощь восставшим польским патриотам.

Полеты по доставке грузов не обошлись без потерь, В ночь на 20 сентября 1944 года над предместьем Варшавы был сбит самолет Сергея Гладуна. Летчик выбросился с парашютом и попал в расположение войск противника Как раз в это время каратели вылавливали повстанцев и расстреливали на месте всех подозрительных. Сергея был тяжело ранен, с трудом передвигался. Польские друзья оказали ему первую медицинскую помощь и помогли уйти в безопасное место.

А когда Сергей окончательно выбился из сил, его приютила польская патриотка Юзефа Сивинская. Она рисковала не только собственной жизнью, но и жизнью шестерых детей. К приходу советских войск летчик окреп. А вскоре он снова поднялся во фронтовое небо.

Наша социалистическая Родина по достоинству оценила подвиг польской патриотки, наградив Юзефу Сивинскую орденом Отечественной войны II степени.

Такую же сердечную помощь и поддержку оказали польские товарищи штурману эскадрильи Владимиру Семеновых, самолет которого был сбит вражеской зениткой 24 октября 1944 года. Лишь на третью ночь после приземления добрался раненый офицер до небольшого хутора. Здесь его приютил рабочий из Варшавы Хелимский, скрывавшийся с семьей от преследования немецких оккупантов. А когда бои несколько затихли, польский крестьянин указал Семеновых безопасный участок для перехода линии фронта. Вскоре Владимир появился в расположении наших войск, сообщил командованию ценные разведданные, а затем вернулся в 23-й гвардейский бомбардировочный авиаполк и до конца войны мужественно сражался с врагом.

В общей сложности с 1 сентября по 1 октября летчики-ночники совершили в Варшаву 2243 самолето-вылета[32] . Они доставили повстанцам 156 минометов, 505 противотанковых ружей, 3288 автоматов и винтовок, 41 780 гранат, много боеприпасов и продовольствия и даже 45-миллиметровую пушку. Истребители, прикрывая районы, занятые польскими патриотами, совершили 448 самолето-вылетов[33] .

Небезынтересно отметить, что почти одновременно с нами предприняла попытку помочь повстанцам в Варшаве авиация США и Англии. Первые три раза союзники сбрасывали грузы ночью с самолетов «Либерейтор», а четвертый раз днем с «летающих крепостей».

Об итогах полетов английской авиации, действовавшей ночью, нам судить трудно. Более ясной была картина применения американских самолетов Б-17, с которых грузы на парашютах сбрасывались днем. По данным наших постов наблюдения, американцы сбросили около 1000 контейнеров на парашютах, из которых в район, занятый повстанцами, попал только 21. Остальные (96 процентов) достались главным образом немцам. Конечно, такая мизерная помощь не могла идти ни в какое сравнение с тем, что сделала наша авиация для того, чтобы обеспечить боевые действия польских патриотов.

Ход и исход «варшавской акции» польских реакционеров хорошо известен Приводя некоторые факты и цифры, хотелось бы еще раз подчеркнуть, что советское командование, наши воины, несмотря на авантюризм, явную бесцельность с военной точки зрения восстания в Варшаве, прилагали максимум усилий для действенной поддержки польского народа в его борьбе с фашистскими захватчиками.

Осень 1944 года отмечена появлением у нас новинки — металлической взлетно-посадочной полосы. Весила она, ни много ни мало, две тысячи тонн. Чтобы перевезти ее и уложить, потребовалось две недели. На эту полосу я посадил потом две истребительные части.

Но, конечно, одна металлическая полоса погоды не сделала Чтобы ускорить постройку грунтовых площадок, мы обратились за помощью к местному населению. Буквально на следующий день жители окрестных сел вышли на работу. Через двое суток полевой аэродром вступил в строй.

На построенных площадках мы разместили наши полки. Они участвовали во взятии Праги. Вспоминая те дни, маршал К. К. Рокоссовский писал: «В этих боях наша славная 16-я воздушная армия от начала до конца господствовала в воздухе. Лишь одиночные немецкие самолеты могли наносить удары, как говорят, из-за угла».