Братья Маджере (ЛП) - Стейн Кевин Т. - Страница 8

— Я слышал, что во всем городе не осталось никаких котов, заявил человек, носящий блузу фермера и широкополую шляпу. — Это верно?

— Немного осталось, приблизительно штук сто, — сказал старик

— Сто, где обычно была тысяча, — добавил другой.

— И их количество уменьшается ежедневно.

Все начали говорить одновременно, пересказывая слухи, которые они слышали.

Карамон вышел из тайника, чтобы присоединиться к брату. Он дернул за рукав Рейстлина.

— Я думаю мы ошиблись заведением! — Громко зашептал он. — Эти люди сумасшедшие! Обсуждать кучу котов!

— Тише, Карамон. Отнесись серьезно к этому вопросу. Я предполагаю, что это имеет отношение к той работе, которую мы ищем.

— Мы собрались наняться, чтоб отыскать потерянных котов?! — Карамон начал смеяться, его гулкий баритон громко прокатился по гостинице. Все затихли, впиваясь в братьев мрачными взглядами.

— Вспомни, Карамон, — Рейстлин прикоснулся тонким указательным пальцем к мускулистой руке брата. — Кто — то также хотел убить нас из-за этого.

Смех Карамона быстро утих. И они вдвоем вошли в комнату. Их присутствие не было желанным. Они были посторонними, внушающими опасение, чего не могли не понять. Никто не сказал ни слова, никто не предложил им сесть.

— Эй! Рейстлин! Карамон! Сюда! — Пронзительный голос Ирвина расколол угрюмую тишину.

Близнецы пошли в конец комнаты. Посетители гостиницы бросали скрытные взгляды на мага, перешептывались и качали головами, смотрели с негодованием и угрюмым видом. Рейстлин проигнорировал всех презрительным фырканьем и кривой глумливой ухмылкой. Карамон помог брату сесть и устроиться по удобнее, насколько это было возможно на твердой деревянной скамье. Воин подозвал одну из официанток, после кивка Йосту, что стоял у стола. Карамон задержал дыхание и поморщил нос, ему не понравилось, то что он унюхал.

— Тушеный кролик, — сказала женщина. — Будете заказывать?

— Да, я возьму его, — сказал Карамон, с сожалением вспоминая об Отиковой картошке со специями в Последнем Приюте. Он посмотрел на брата. Рейстлин закрыл рот тканью и покачал головой.

— Моему брату какого-нибудь белого вина. Ты что — то будешь, Ирвин?

— Нет, Карамон, спасибо. Я уже ел. Ты видишь тот противень, на котором он тушиться. Моя мама говорила, что это грех — тратить впустую продовольствие. «Люди в Соламнии голодают», — сказала бы она. Ну и, чтобы помочь голодающим людям в Соламнии, я ел прямо там. Правда, не знаю, как это поможет им, я не уверен. Ты не знаешь, Карамон?

Карамон не знал. Официантка быстро ушла и вскоре возвратилась с подносом полным еды и кружкой пива, которые поставила перед Карамоном, и бокалом вина для Рейстлина.

Карамон с удовольствием погрузился в еду, он хлебал и жевал, быстро сгребая все в рот. Ирвин наблюдал за ним в восхищении, с широко раскрытыми глазами. Рейстлин смотрел с отвращением, но вдруг внимание мага сосредоточилось на полупустом подносе Карамона.

— Дай мне посмотреть! — сказал он, забирая ее.

— Эй! Я еще не закончил! Я…

— Сейчас, — холодно сказал Рейстлин, вываливая остатки еды на пол.

— Что это? Покажите мне! — Ирвин оббежал кругом, чтобы сесть рядом с магом.

— Это — поема, — Сказал Рейстлин, с пристальным интересом разглядывая поднос.

— Поэма! — зарычал Карамон. — Ты испортил мой обед ради поэмы!

Рейстлин прочел про себя и передал поднос брату.

— Ну, — сказал Рейстлин

— Снова коты, — ответил Карамон возвращая поднос.

— Да, — пробормотал Рейстлин, — снова коты.

— Ты понял?

— Не очень. До сих пор было только четыре эпохи — Век Мечтаний, Век Света, Век Силы и Век Тьмы, в котором мы и живем сейчас. Наступления новой эпохи…

— Не будет, «если тьма восторжествует», — сказал Карамон, читая на подносе вверх тормашками.

— Да. И «коты — живые камни преткновенья». Интересно, братец. Очень интересно.

Рейстлин осторожно положил поднос на стол и поджал губы, размышляя.

— Подождите минуту, — сказал Ирвин. — Я сейчас вспомнил кое-что.

Подпрыгивая, он метнулся к другому столу, схватил пустой поднос и вернулся к магу.

— Смотри, другая поэма! Я нашел ее, когда закончил есть. — Он швырнул поднос перед Карамоном и, увидев, что силач поглощен чтением, пристроился к его кружке пива.

— Здесь написано:

— В том городе, что возник раньше, чем первые боги, — повторил Рейстлин, забирая поднос у Карамона, и, читая снова и снова. Он всегда интересовался историями и сказками о первых богах, боги, в которых он действительно верил, еще существовали.

— Во всех наших путешествиях, братец, мы еще никогда не натыкались ни на что, подобное этому! Возможно здесь я найду те ответы, которые ищу!

— Ммм, Рейст, — предостерегающе сказал Карамон.

Других посетителей окутала смертельная тишина и они мрачно уставились на братьев и кендера, с сердитым выражением лиц. Некоторые встали на ноги.

— Что вы думаете делать, незнакомцы? Насмехаться над пророчеством? — требовательно спросил один, его рука сжалась в кулак.

— Мы только прочли его и все? — начал Карамон, утирая лицо. — Это преступление?

— Может быть. И вам не понравиться наказание.

Карамон вскочил на ноги. Он был один против двадцати, но неравные шансы его не страшили. Он краем глаза видел, как рука брата стремительно скользит к мешочку, который висел на поясе, мешочку, содержание которого было столь волшебно и таинственно, как и человек, использующий его.

— Драка? — спросил Ирвин подпрыгивая. Кендер схватил свой хупак. — Здесь будет кабацкая драка! Я никогда еще не участвовал в кабацких драках! Кузен Тас был прав насчет вас, парни!

— Никакой драки в моем заведении не будет! — закричал строгий голос. — Ну-ка, Хамиш, и ты тоже, Барток, успокойтесь.

Хозяин гостиницы встал между Карамоном и толпой, делая руками умиротворяющие жесты. Мужчины успокоились и вернулись по местам, продолжая мрачные беседы.

— Я сожалею, господа, — сказал Йост близнецам. — Мы обычно более дружелюбны, но злые дела творятся в Мерекларе.

— Что случилось с кабацкой дракой? — потребовал ответа Ирвин.

— Замолчи! — Карамон схватил кендера и усадил его на место.

— Злые дела — вроде исчезновения котов? — спросил Рейстлин. Йост в страхе уставился на мага:

— Как вы узнали, сер?

Рейстлин пожал плечами.

— Ну ладно, вы — маг в конце концов, — продолжил владелец гостиницы, глянув искоса. — Я думаю, вы знаете множество вещей, каких не знают другие.

— И именно потому все готовы перерезать нам горло? — Спросил Карамон, указывая через плечо большим пальцем на остальных в гостинице.

— Только потому, что наши коты означают так же много для нас, как и слово чести для рыцаря Соламнии.

Вспомнив Стурма, Карамон был впечатлен. Рыцари Соламнии охотно умерли бы, ради своей чести.