Все монархи мира: Западная Европа - Рыжов Константин Владиславович - Страница 479

Король Пруссии из династии Гогенцоллернов, правивший в 1713-1740 гг. Сын Фридриха I и Софии Шарлотты Ганноверской.

Ж.: с 1706 г. София Доротея, дочь короля Великобритании Георга I (род. 1687 г. Умер 1757 г.).

Род. 1688 г. Умер 31 мая 1740 г.

Фридрих Вильгельм был полной противоположностью своего отца. Он ненавидел этикет, вел точный счет мельчайшим расходам и был образцом бережливости. Вступив на престол,.он сократил большую часть придворных должностей (так, число камергеров было уменьшено со 100 до 12), уволил многих слуг и уменьшил оклады оставшимся. Драгоценности и выездных лошадей своего отца он продал с торгов, а королевскую серебряную утварь велел переплавить в монету. Всю жизнь он одевался в синий поношенный мундир с медными пуговицами. (Когда королю шили новый мундир, то пуговицы на него перешивали со старого.) Роскошь и великолепные одежды были навсегда удалены от берлинского двора. Театральные представления, концерты и балы также совершенно прекратились в его царствование. Единственным развлечением короля были военные смотры, охота и знаменитые «табачные коллегии», на которые приглашались, наряду с генералами и ближними людьми, также и молодые офицеры. Как в Берлине, так и в Потсдаме у короля были особые комнаты для курения. До обеда он держал в них военный совет, а по вечерам курил и пил с министрами пиво. Прочие лакомства состояли из козлятины, ветчины и холодного жареного мяса. Все гости должны были курить табак или, по крайней мере, держать во рту пустые трубки. На этих коллегиях обсуждались самые важные государственные дела.

В близком общении Фридрих Вильгельм был тяжелым человеком: он был резок в обхождении, несговорчив и причудлив, невоздержан в вине, очень горяч в гневе и скор на расправу. Никто — ни министры, ни судьи, ни поселяне — не были защищены от его трости. Не раз под горячую руку попадали его дети и сама королева. Но больше всего он не терпел бездельников. После утреннего смотра король обычно прогуливался по улицам, и если встречал праздношатающегося гуляку, то с ужасными проклятьями отсылал его домой заниматься делами, награждая при этом ударами. Как-то он задержал нескольких гуляющих дам, всучил им метлы и заставил мести плац. Такая строгость наводила страх на обывателей. Однажды на берлинской улице какой-то прохожий, завидев короля, пустился бежать от него что было силы. Фридрих Вильгельм велел немедленно поймать его.

«Зачем ты бежал от меня, бездельник?» — грозно спросил он у беглеца. «Я испугался, ваше величество», — отвечал тот. Король принялся бить его палкой, приговаривая: «Ты должен любить меня, любить, любить, а не пугаться, бездельник!» Две страсти наполняли его жизнь: страсть к деньгам и страсть к солдатам. Он с юных лет обнаруживал большую любовь ко всему военному. После того как отец позволил Фридриху Вильгельму составить из своих сверстников-дворян роту кадет, любимым делом принца стало обучение маленького войска, которое он одел в особые мундиры и научил чудесно маневрировать. Эта детская склонность еще более развилась после вступления на престол. Главная идея Фридриха Вильгельма заключалась в том, что король должен быть силен, а для этого ему нужно хорошее войско, потому что хорошее войско есть главная основа величия страны. С 45 тысяч человек в 1713 г. прусская армия была доведена до 64 тысяч в 1725 г., а в год смерти Фридриха Вильгельма достигла 84 тысяч. Только Франция и Австрия располагали в эту эпоху более значительными силами.

Особой заботой короля было улучшение корпуса офицеров. Военная карьера сделалась тогда самой благородной и желанной из профессий прусского дворянства. Король строго следил за тем, чтобы солдаты всегда были сыты, здоровы и одеты, но в требованиях дисциплины и выправки был неумолим: каждое учение сопровождалось тяжкими наказаниями провинившихся, а учения продолжались с утра до вечера. Король очень благоговел к своей потсдамской гвардии, состоявшей из солдат исполинского роста (их с большими издержками добывали во всех странах Европы). Ничем нельзя было более угодить ему, как поставкой рослых парней в гвардейский полк. Фридрих Вильгельм знал всех своиx гвардейцев поименно, дарил им всевозможные подарки и исполнял их челобитные охотнее, чем просьбы своих министров. Любопытно, что при всем этом. Фридрих Вильгельм почти не принимал участия в военных конфликтах. В 1715 г. он вступил в Северную войну на стороне России и получил в 1720 г. по Стокгольмскому миру верхнюю Померанию с Штетином, островом Волином и устьем Одера. Отдавая много сил армии, король не забывал и прочих государственных обязанностей. По характеру он был грубый невежда, но при этом оставался умным, трудолюбивым и честным государем. Он очень ясно сознавал нужды Пруссии, не пренебрегал никакими подробностями и хотел все видеть собственными глазами Очень немногие государи были тогда столь же деятельны. «Господь, — говорил Фридрих Вильгельм, — создал царей не для того, чтобы они проводили время в наслаждениях, а для того, чтобы они управляли своей землей. Государь существует для того, чтобы работать, и если он хочет царствовать честно, то должен сам управлять делами». Прежде всего король радел об увеличении государственных доходов и лично возглавлял учрежденное им Генеральное управление финансов. От всех чиновников и министров король требовал исполнительности и аккуратности и совершенно не выносил противоречий. Удар тростью нередко подкреплял грубость его ответов: «его глаз и палка были всюду». Все служащие дрожали перед ним.

Для увеличения доходов король заботился о приросте народонаселения. Раны, нанесенные Пруссии Тридцатилетней войной, еще далеко не зажили. Многие села лежали в развалинах, да и в городах множество домов еще не было восстановлено. Фридрих Вильгельм старался заселить пустоши колонистами-протестантами, которых созывал к себе со всей Европы и прельщал многочисленными льготами. Он не только отдавал в их собственность землю, но брал на себя часть расходов по постройке домов и на много лет освобождал переселенцев от всяких податей. Таким образом были основаны сотни сел, осушены га-вельские болота и освоены обширные пространства. Прием и обустройство колонистов обходились Фридриху Вильгельму в огромные суммы. Так, например, пригласив к себе 15 тысяч зальцбургских протестантов, изгнанных католиками из своих земель, король в течение шести лет тратил по миллиону талеров в год на их обустройство. Но он знал, что дело того стоит. Вскоре благодаря переселенцам Пруссия совершенно преобразилась. Искусные зальцбургские ремесленники подняли благосостояние маленьких прусских городков, которые до них не знали промышленности. Король отменил крепостное право на всех своих удельных землях и указом от 22 марта 1719 г. пригласил последовать этому примеру всех дворян. Он запретил сгонять крестьян с земли и ограничил применение телесных наказаний, которым те подвергались до сих пор.