Научно-фантастические рассказы американских писателей - Годвин Том - Страница 45

Хайгенс отметил пеленг и передвинул направленную антенну на тщательно отмеренное расстояние. Затем снова записал показания приемника. Закончив, он проверил направление сигналов не только по громкости, но и по силе, с максимальной точностью, возможной для его нехитрой аппаратуры.

Сурду тихо заворчал. Ситка Пит понюхал воздух и поднялся на ноги. Фаро Нелл опять дала оплеуху Наджету, и он, скуля, отправился в самый дальний конец площадки. Мать стояла, ощерившись, и смотрела на тропинку, по которой они поднялись.

— Проклятье! — сказал Хайгенс.

Он встал с земли и махнул рукой Семперу. Услышав шум, орел повернул голову, пронзительно, совсем не по-орлиному закричал, нырнул со скалы и через мгновение был на земле. Пока Хайгенс доставал оружие, Семпер отлетел на сотню футов и стал описывать в воздухе круги. Хайгенс посмотрел на лежащую у него на ладони маленькую пластинку. В ней отражалось все, что фиксировал телевизионный аппарат на груди Семпера, — кусок качающейся земли с движущимися между деревьями точками.

— Сфиксы, — мрачно сказал Хайгенс. — Восемь штук. И не ищите их на дороге, Роун. Они бегут параллельно нам по обеим сторонам тропинки. Они всегда пытаются напасть с флангов. Теперь слушайте. Медведи сами прекрасно справятся со сфиксами, которые нападут на них. Наша задача — помочь им и подстрелить остальных. Цельтесь в туловище. Пули разрываются у них внутри.

Он сдвинул предохранитель своего ружья. Фаро Нелл с громовым рычанием встала между Ситкой и Сурду. Ситка посмотрел на нее и презрительно засопел, как бы насмехаясь над ее страшными криками, от которых кровь застывала в жилах. Он и Сурду отодвинулись подальше от Нелл.

Вокруг все было спокойно. Мертвую тишину нарушали лишь крики лоренских “птиц” и рычание Фаро Нелл. Щелкнул предохранитель ружья Роуна.

Семпер снова закричал. Он летел низко над деревьями, следуя за пестро раскрашенными чудовищами. Восемь сине-рыжих дьяволов рысцой выбежали из-за кустов. Торчащие рога и острые шипы создавали впечатление, что они только что выскочили из ада. Разбрызгивая слюну, сфиксы бросились на медведей с визгом, похожим на многократно усиленные вопли дерущихся котов. Хайгенс поднял ружье. Пуля взорвалась в теле сфикса, и он свалился на землю. Фаро Нелл — грозное воплощение ярости- бросилась в бой. Роун выстрелил, но его пуля попала в дерево. Ситка Пит, стоя на задних лапах, наносил во все стороны мощные удары. Роун выстрелил еще раз, Сурду Чарли угрожающе зарычал, навалился всей тяжестью на двухцветное чудовище и покатился с ним по земле, царапая его когтями. Кожа на брюхе сфикса была чувствительнее, чем остальная шкура. Визжа от боли, сфикс отполз в сторону. Его сородич, воспользовавшись суматохой, готовился прыгнуть на Ситку сзади, но Хайгенс одним выстрелом уложил его. Два сфикса атаковали Фаро Нелл. Одного убил Роун, другого почти пополам разорвала сама медведица. Ситка вдруг выпрямился. На нем повисло несколько сфиксов. Сурду кинулся к нему, стащил одного из них и задушил. Затем он разделался с остальными. Непрерывно щелкали ружья. Вдруг Хайгенс и Роун увидели, что сражаться больше не с кем.

Звери бродили между трупами. Ситка, рыча, поднял безжизненную голову сфикса. Удар, затем другой… Так он расправился со всеми сфиксами и успокоился только тогда, когда увидел, что все они лежат неподвижно. Семпер, хлопая крыльями, опустился вниз. Во время битвы он кричал и летал над головами дерущихся. Хайгенс по очереди подходил к каждому медведю, стараясь его успокоить. Труднее всего было утихомирить Фаро Нелл. Она со свирепой страстностью вылизывала Наджета и, не переставая, рычала.

— За работу! — сказал Хайгенс, увидев, что Ситка собирается снова сесть. — Сбросьте трупы со скалы. Ситка! Сурду!

Он смотрел, как огромные медведи подняли мертвых сфиксов и потащили их к утесу. Кувыркаясь в воздухе, пестрые чудовища полетели вниз, в долину.

— Теперь, — заметил Хайгенс, — их сородичи соберутся вокруг и устроят плач, если только не нападут на наш след. Если бы мы были у реки, я бы отправил трупы вниз по течению, и пусть тогда их родственники ищут место для поминок. Около станции я всегда сжигаю трупы.

Он развязал мешок, который нес Сурду, и вытащил оттуда вату и несколько галлонов антисептической жидкости. Промыв все раны и царапины у медведей, он обильно полил их шерсть жидкостью в тех местах, где могла остаться ядовитая кровь сфиксов.

— Это средство хорошо тем, что уничтожает запах, — сказал он. — Не то все сфиксы побегут по нашим следам. Когда мы двинемся, я смажу медведям лапы.

Роун молчал, злясь на себя за неудачный выстрел. Он не сразу освоил новое оружие, и, хотя в конце битвы стрелял без промаха, тем не менее чувство досады не проходило.

— Если вы инструктируете меня, как действовать в случае вашей гибели, — сказал он с горечью Хайгенсу, — то, по-моему, не стоит стараться. Все равно не поможет.

Хайгенс порылся в мешке и достал пачку увеличенных стереоснимков той части планеты, по которой они шли. Он сориентировал карту по местности. Затем аккуратно провел линию через всю фотографию.

— Сигнал SOS исходит из какого-то места недалеко от колонии роботов, — произнес он. — Мне кажется, это — южнее колонии. Может быть, из шахты, которую они вырыли на окраине плато. Видите, на карте две отметки. Одна от станции, а вторая отсюда. Я нарочно взял в сторону, чтобы лучше запеленговать передатчик. Раньше мы могли предполагать, что сигналы идут с другого конца планеты. Теперь я твердо знаю, что это не так.

— Нелепо думать, что сигналы могут исходить не из колонии роботов, — возразил Роун.

— Вы неправы, — ответил Хайгенс. — Ведь в колонию роботов приходили корабли. Один из них мог потерпеть аварию. Да и у меня тоже есть друзья…

Он упаковал все снаряжение и сделал знак медведям. Отведя их подальше, он тщательно смазал им антисептической жидкостью лапы, на которых оставались следы вражеской крови, затем махнул рукой Семперу.

— Двинулись, — сказал он медведям. — Вперед!

Отряд спустился с горы и вошел в лес. Теперь настала очередь Сурду идти во главе. Ситка ковылял за Ним, Фаро Нелл шла за людьми. Она не спускала глаз с медвежонка: ведь он был совсем маленьким, несмотря на свои шестьсот фунтов.

Семпер описывал над головами гигантские круги и спирали. Он никогда не отлетал далеко. Время от времени Хайгенс смотрел на пластинку, изучая изображения, которые фиксировал аппарат, прикрепленный на груди у Семпера. Изображения смещались, двигались и переворачивались. Тем не менее это была настоящая воздушная разведка.

— Мы отклонились вправо, — сказал вдруг Хайгенс. — Но прямо идти опасно. Похоже, что стая сфиксов кого-то поймала и теперь пожирает добычу.

— Скопление такого количества плотоядных противоречит всем законам науки, — заметил Роун. — На каждое плотоядное обычно приходится большое количество других животных. Ведь если сфиксов разведется очень много, они уничтожат всю дичь и сами погибнут от голода.

— Они уходят на всю зиму, — ответил Хайгенс. — А зима здесь не такая суровая, как можно было думать. Когда сфиксы уходят на юг, здесь размножаются многие животные. Да и в хорошую погоду эти дьяволы не всегда здесь торчат. У них есть какое-то время “пик”, потом целыми неделями вы можете не встретить ни одного сфикса, и вдруг снова все леса кишат ими. Сейчас они движутся на юг. Очевидно, они переселяются, но непонятно, почему именно в этом направлении.

Затем он язвительно добавил:

— На этой планете почти не было натуралистов. Ведь здесь вредоносная фауна.

Роуну было не по себе. В качестве старшего инспектора Колониальной службы ему не раз приходилось высаживаться на незнакомых планетах для обследования новых колоний, но в такую враждебную обстановку он попал впервые. Жизнь его зависела от прихоти нарушителя закона. Теперь он оказался втянутым в какую-то нелепую историю только потому, что механическая искровая сигнализация продолжала действовать после гибели тех, кто ее создал. Все его привычные представления изменились. Сам он остался в живых благодаря трем медведям и одному плешивому орлу. И, даже если им удастся добраться до колонии роботов, вряд ли они сумеют справиться с ордой разъяренных сфиксов.