Волшебник Подземного города - Фарланд Дэвид - Страница 41

— Ага. Это она превратила меня потом в мышь.

— Что с ней?

— Она слишком много колдовала. У нее, это… волшебническое истощение. Наверное, она умерла.

Ни единый вздох не колыхал Янтаркину грудку. Ни единый усик на ее мордочке не шевелился.

Эх!

Бен наклонился к ней и резким движением нажал на грудную клетку, отчаянно пытаясь вспомнить, чему их там учили на занятиях по первой медицинской помощи. Только вот что хорошо для человека, то не обязательно подходит для мыши. Запустить сердце ему, может быть, и удастся, но сделать искусственное дыхание рот в рот у него попросту не получится — мышиные рты устроены совершенно неподходящим для этого образом.

Воздух с шумом вышел из Янтаркиных легких.

Бен убрал лапы, давая легким возможность наполниться самостоятельно. Они этого не сделали.

Бен попробовал снова. Вокруг начала собираться толпа людей, и Бену стало страшно. Где-то в зарослях высокой травы Бушмейстер пищал:

— Бен! Бен, уходим! Давай выбираться отсюда!

Но он не мог просто так все бросить и уйти.

Он продолжал делать непрямой массаж сердца, потом снова нажал обеими лапами на грудь и отпустил.

Время застыло.

Янтарка тихо кашлянула. Раз, другой… Потом с хрипом втянула воздух.

Ропот радости послышался из толпы, и Бен поглядел вверх. Сотни людей поглядели на него в ответ.

Несколько камер светили на него; репортерша улыбалась, тушь черными ручьями бежала у нее по щекам. Рядом слышались еще всхлипывания.

— Он смог! — закричал кто-то. — Он спас мышь!

И все вокруг взорвалось от радостных криков, смеха и аплодисментов.

Янтарка слабо помахала лапками в воздухе, приходя в сознание, потом перевернулась на животик и так и осталась лежать на асфальте, не в силах пошевелиться.

— Ох, — пробормотала она. — Я себя совершенно ужасно чувствую.

— Знаешь что? — сказала мама Бена. — А почему бы вам обоим не отправиться к нам домой? У нас куча пиццы в холодильнике и газировки хоть залейся.

— А можно я еще нескольких друзей позову? — спросил Бен. Ну и странно же прозвучал этот вопрос! Никогда до сих пор у него не было друзей, да еще таких, которых можно позвать домой.

— Друзей-мышей или друзей-людей? — подмигнула мама.

— Мышей, — сказал Бен.

— Ты можешь позвать всех друзей, каких только захочешь, — ответила на это мама.

Она наклонилась, осторожно подняла Бена и Янтарку и посадила их в ладошку другой руки, как в мягкое гнездышко.

— Подождите меня! — закричал Бушмейстер, пробираясь к ним через густую поросль вики, усыпанную пурпурными соцветиями.

Он тоже забрался в мамину ладонь, и она понесла мышей к машине, пальцем поглаживая им головки.

— Я надеюсь, ты не прочь побыть мышью еще немного, — сказала Бену Янтарка. — Мне понадобится несколько дней, чтобы набраться сил.

— Не прочь, — подтвердил Бен. — Мне в чем-то даже нравится быть мышью. По крайней мере, если меня не заставляют каждый день есть сырое зерно.

И это была чистая правда.