Ключ к сердцу - Саксон Саманта - Страница 34

Утро понедельника было ясным, но холодным, и Джульет на минуту задержалась в дверях дома Фелисити. Но промозглый зимний ветер не шел ни в какое сравнение с тем, что заставило похолодеть ее сердце, когда она увидела лорда Роберта Барксдейла, стоявшего около ее кареты.

Сквозь морозную дымку она вгляделась в его лицо, а затем опустила голову и сосредоточила внимание на обледенелых ступеньках у нее под ногами. Леди Первилл приподняла юбки, чтобы не споткнуться, полностью игнорируя настойчивого лорда Барксдейла.

– Джульет, – жалобно произнес он.

Ее лакей с поклоном распахнул дверцу кареты, но Роберт встал между ними.

– Пожалуйста, Джульет. – Лорд Барксдейл умоляюще смотрел на нее. – Пять минут, клянусь. Пожалуйста. Пять минут.

Что такого желал высказать Роберт за пять минут, что оправдало бы его ожидание в это холодное раннее утро?

– Хорошо. – Джульет впервые взглянула на него и не сдержалась, чтобы не сказать: – Не хотелось бы устраивать сцену, о которой может узнать твой папа.

Обходя покрытые льдом лужи, она подошла к элегантному ландо Роберта и села в знакомую карету.

– А ты сядь там. – Леди Первилл указала на противоположный угол роскошного экипажа и устроилась на бархатных подушках цвета бургундского.

– Гайд-парк, – крикнул Барксдейл кучеру и задернул занавески, чтобы их не увидели вместе. – Похолодало.

Джульет, чувствуя себя оскорбленной, посмотрела ему в глаза.

– Ближе к делу, Роберт.

Ее раздражали его здоровый вид и его элегантная одежда.

– Я хотел извиниться перед тобой, моя дорогая Джульет, за свое поведение в тот раз, когда мы расстались. Я был… – Роберт встретил ее взгляд и покаянно опустил голову, – я растерялся, не ожидая такого поворота событий, и опрометчиво высказался о возможном выходе из положения, в котором мы сейчас оказались.

– Ты абсолютно прав, говоря «опрометчиво». – Возмущение захлестнуло Джульет, и язык отказывался подчиняться ей. – Хотя можно было сказать «оскорбительно».

– Знаю, дорогая. – Роберт покачал головой и сел рядом с ней, осторожно нащупывая правильный подход.

Она не прогнала его, увидев, что он хочет поцеловать ее. Затруднение состояло в том, что Джульет не была уверена, что ей этого не хочется.

– Я приехал просить тебя, – Роберт опустился на одно колено и взял ее правую руку, – нет, умолять тебя, моя дорогая Джульет, стать моей женой.

– Что? – Джульет выдернула руку, пораженная вдруг проявившимся в нем чувством порядочности.

Роберт улыбнулся и придвинулся к ней.

– Ты выйдешь за меня? – спросил он, не спуская с нее глаз.

В этот момент Джульет подумала, что ей следовало бы обрадоваться, возликовать, но она смотрела в темные как ночь глаза Роберта и не могла прогнать воспоминание о том, как он стыдливо задернул занавески на окне экипажа.

Лорд Барксдейл принял ее долгое молчание за согласие и наклонился, чтобы поцеловать ее. Джульет, притиснутая к подушкам сиденья, почувствовала, как он жадно прижался к ее губам, раскрывая их своим языком.

– О, Джульет, – он гладил ее плечо, – мне не терпится сделать тебя своей женой.

– Роберт, дорогой. – Джульет прищурилась и не отталкивала его рук – ей было интересно, куда еще они заберутся.

– Да? – Он целовал ее шею, а рука тянулась к подолу ее юбки.

– Когда мы объявим о нашей помолвке? – спросила она, глядя на занавески.

– А ты не думаешь, что нам незачем торопиться? Будет лучше, если мы подождем с месяц или около того. – Его правая рука скользила по ее лодыжке. – Пусть утихнет скандал.

Джульет позволила ему добраться до ее колена, а затем остановила его.

– Наверное, ты прав, – подыграла она ему. – Однако я думаю, что нам не следует встречаться наедине до нашей брачной ночи.

– Я люблю тебя, – прошептал ей на ухо Роберт, гладя ее ногу чуть выше колена. Леди Первилл делала вид, что не замечает этого. – Какая разница, сделаю ли я тебя моей сейчас или в брачную ночь? Мы же обручены.

Лорд Барксдейл притянул ее к своему возбужденному телу. Джульет была так оскорблена, что ее глаза наполнились слезами. Роберт и не собирался на ней жениться. Она знала его достаточно давно, чтобы разглядеть правду в его затуманенных вожделением глазах.

Обещанием жениться Роберт хотел добиться одного – лишить ее невинности и сделать своей любовницей.

Но почему? Почему, если он ее любит, а она в это верила, почему он не пытается уговорить своего отца?

Молодой человек настойчиво прижимался к ней бедрами и сопел от предвкушения. Обладание было его целью. Ведь Роберт по собственному опыту знал, что она питает слабость к мужчинам. Джульет позволяла ему целовать себя и, будучи чувственной женщиной, даже отвечала на его поцелуи.

Но тогда она была влюблена в него. Разве не так?

– Прекрати, Роберт! – Она знала его достаточно хорошо и была уверена, что он послушается. – Отвези меня домой.

Джульет собиралась сказать ему, что он сможет заняться с ней любовью в их брачную ночь, что она отдаст ему и тело, и душу, как только они поженятся. Но, глядя в его похотливые глаза и не чувствуя никакого желания, которое могла бы пробудить в ней его возбужденная плоть, Джульет поняла, что между ними все кончено.

За недели, прошедшие после скандала, она осознала, что Роберт Барксдейл слабый человек и не такого она хотела бы иметь мужа.

Ей был нужен мужчина, чья сила воли не уступала бы ее, мужчина, равный ей по уму и иногда способный победить ее в споре.

Такой, каким был Шеймус Маккаррен.

Шеймус поднялся по ступеням парадного входа городского дома леди Фелисити Апплтон. Его резко отдававшиеся по мрамору шаги выдавали возбуждение.

Он поднял тяжелый медный молоток и три раза стукнул в дверь, после чего ему пришлось ждать целую вечность.

– Ну давай, давай же, – сам не замечая, бормотал он себе под нос.

Наконец черная дверь распахнулась, и Шеймус с вежливой улыбкой протянул визитную карточку полному важности дворецкому.

«Мистер Шеймус Маккаррен с визитом к леди Джульет Первилл».

Дворецкий поклонился и отступил в сторону, пропуская гостя в огромный холл, пол которого был выложен в шахматном порядке коричневыми и белыми мраморными квадратами.