Отряд - Посняков Андрей - Страница 183

Юноша вдруг вскинул голову и внимательно всмотрелся вперед - показалось, будто там, за кустами, блеснул огонь… Нет, не показалось! Так и есть - впереди, уже совсем рядом, горел большой костер, за которым смутно угадывались черные избы, амбары, церковь… Какое-то большое село! Интересно…

Завидев рейтар, сидевшие у костра люди живо похватали пищали и пики:

- Самбор! - выкрикнул кто-то.

- Лихославль! - Отозвавшись на пароль, всадники подъехали к самому костру и, спешившись, привязали коней к плетню, - костер-то горел аккурат на самой околице.

Вокруг толпились оружные - немного, - человек пять, видно, караульная смена. В привешенном над огнем котелке аппетитно булькало варево. Иван повел носом и улыбнулся:

- Поесть бы!

- Ужо, накормим! - нехорошо скривившись, пообещал один из оружных - вислоносый мужик с длинной редкой бородкой, одетый в длинный черный кафтан, какие обычно носят стрельцы. Остальные засмеялись.

- Давай его в избу, - распорядился вислоносый, видать, он и был тут за старшего. - Аль господа рейтары желают сами допрос произвесть?

- О нет, - дружно отмахнулись те. - Делай, как знаешь, Заиша, только не забудь пойманного на наш счет записать.

- Запишем, не сомневайся, господин ротмистр! - Заиша - вот как, оказывается, звали вислоносого старшого - глухо хохотнул и обернулся к Ивану. - Шагай!

Послушно кивнув, плененный беглец в сопровождении двух вооруженных короткими копьями воинов вслед за Заишей поднялся по невысокому крыльцу в избу.

В небольшой горнице, большую часть которой занимала топившаяся по-черному печь, тускло горела воткнутая в железный светец лучина. Шипя, падали в подставленную внизу кадку горячие угольки-искры. В углу, под закопченной иконой, зеленоватым мотыльком трепетала лампадка. Однако вовсе не печь, не светец и не икона тотчас же привлекли внимание юноши, а подвешенная к потолку дыба. Собственно, его к ней и потащили, живо содрав рубаху. Тьфу ты, да что сегодня за день такой - из огня да в полымя!

- Эй, эй, - громко запротестовал Иван. - А ну-ка, полегче! Полегче… именем государя Дмитрия Иоанновича!

Стрельцы - а, судя по кафтанам и берендейкам, это были именно они - тут же застыли, вопросительно поглядывая на Заишу.

- Ты пошто, шпынь, царское имя треплешь? - грозно сверкнув очами, вопросил тот.

Иван ухмыльнулся, старательно принимая как можно более важный вид:

- Не шпынь, а Земского двора дворянин московский Иван, сын Леонтьев!

- Земского двора? - недоверчиво, но и с некоторой опаской протянул начальник стрелецкого караула.

- Сыскная четь, - пояснил Иван. - Господина Овдеева - такого знаешь?

- Да вроде нет…

- Твое счастье!

Поправив рубаху, Иван нагло уселся на лавку, лихорадочно соображая, откуда в забытом Богом селе могли взяться стрельцы и рейтары, притом что войны сейчас никакой не велось.

- Хорошо бы испить чего-нибудь, - не давая опомниться, попросил - а скорей, приказал - юноша. - Квасу или вина. А вообще-то, не отказался бы и от чарки водки.

- Водки тебе? - Заиша снова взъерепенился, правда, уже более тихо, без особых наездов. - Да кто ж ты все же такой, человече?

- Я уж тебе сказал, - Иван неожиданно улыбнулся. Еще бы не улыбаться, ведь он только что, вот сейчас, вот именно в этот момент вычислил, кто все эти люди. Ну, конечно же… Ну, кому же еще-то? Нет, ну правда…

- Вот что, парни, надоело мне с вами болтать. - Юноша пристукнул по столу ладонью. - Князю Михайле обо мне доложите! Уж он-то Овдеева знать должен.

- Ну да, - буркнул Заиша. - Сейчас вот, прям, бросимся князя будить.

- Ладно, будь по-вашему, подождем до утра, - ухмыльнулся Иван. - Попить только дайте…

Попить ему дали - один из стрельцов принес-таки квасу, - но и караул к дверям избы все же приставили. Иван хорошо слышал, как Заиша вполголоса наказывал часовому не спускать глаз с подозрительной особы. Поворочавшись на жесткой лавке, Иван подложил под голову руки и задумался. Может быть, он зря сейчас выдал себя? Может быть, следовало промолчать, не выкрикивать государево имя и имя Овдеева? Ну, допустим, промолчал бы… Недолго - ужо на дыбе б заголосил, особенно если бы начали огнем жечь грудину, была такая пытка, у многих катов - любимая. И зачем Ивану те муки? Чего ради? В конце концов, подсыпать князю зелье он сможет и в истинном своем качестве, а что уж потом скажет Овдеев - его дело. Незачем из-за гнева начальника спину свою подставлять.

Рассудив таким образом, юноша совершенно избавился от каких-либо мук совести, даже от намека на них, и тут же заснул, не обращая никакого внимания на жесткое ложе и бегавших по потолку тараканов, время от времени сваливавшихся ему на грудь. Ну таракан, и что? Тоже ведь тварь Божья.

Он проснулся от солнца. Тоненький лучик, прорвавшись сквозь покосившийся ставень, радостно уперся юноше в глаз и как будто говорил - вставай, просыпайся! С улицы доносились громкие голоса и смех, - видать, происходила смена караула. Вдруг голоса притихли… и гаркнули что-то с дружной силой. Приветствовали начальника? Да, похоже…

По крыльцу застучали шаги, и Иван, разгладив рубаху, уселся на лавке в ожидании утренних визитеров. Кто бы это мог только быть? Стрелецкий десятник Заиша или… или - сам князь?

Дверь распахнулась:

- Вот он, батюшка!

Батюшка? Значит, и впрямь - князь!

Встав, Иван степенно поклонился и с любопытством посмотрел на вошедшего - молодого человека примерно его лет, в небрежно накинутом поверх атласного зипуна, богатом, расшитом золотом кафтане, при сабле с усыпанной драгоценными каменьями рукоятью, с красивым круглым лицом и насмешливым взглядом умных проницательных глаз.

- Здрав будь, княже, - поприветствовал Иван.

- И тебе не хворать, - вошедший улыбнулся. - Откуда ведаешь, что я князь?

Юноша не очень-то вежливо ответил вопросом на вопрос:

- Так где служу-то?

- Ах, ну да, - князь все так же насмешливо покивал головой. - Земского двора сыскное ведомство… Знаю, знаю Овдеева и покойника Ртищева знал, царствие ему небесное… Да и твое лицо мне знакомо, небось встречались?

- Если только мельком…

- Иван Леонтьев сын, стало быть? - жестом прогнав вошедших следом стрельцов, князь уселся на лавку и махнул рукой Ивану. - Садись, чего встал?

Юноша поклонился:

- С вашего разрешения!

- Эк, какие в сыскном людищи вежливые! Кто я, значит, ведаешь?

- Князь Михаил Скопин-Шуйский, - улыбнулся Иван.

А вот его собеседник вдруг помрачнел:

- И про то, что род наш в опале, знаешь…

- Как и любой…

- Да ладно, любой, - Михаил совсем по-мальчишески свистнул. - В вашем-то ведомстве и не такие тайны ведают… Впрочем, и мы не лыком шиты… это ведь ты с год назад из французской земли прибыл?

Иван вздрогнул, - вот уж, действительно, не лыком шит князь Михайла, откуда только и узнал про Францию-то?

- Что, удивлен, откуда знаю? - Михаил прищурил глаза. - Знаю! Честно сказать, меня государь в начальники Земского двора прочит. С одной стороны - должность почетная, но с другой - уж больно для нее род наш древен! - Молодой князь приосанился, но тут же весело расхохотался. - Хотя мне - так все равно. Другие вот только пальцем показывать будут… Всякие там Басмановы, Бельские…

Иван подавил улыбку:

- Вижу, не очень-то ты рвешься в приказные начальники, князь!

- Сказать по правде, и вовсе не рвусь! - Михайла развел руками. - И ратная служба мне куда милей приказного крючкотворства. Но - что сделаешь супротив государевой воли? Ладно, - он вздохнул. - Давай о тебе… Расскажи-ка, что с тобой приключилось. Дюже интересно послушать.

- Интересно? - переспросил юноша. - Ну, коли интересно, тогда, князь, слушай… Значит, отправил меня Овдеев тебе в помощь: от лихих, говорит, людей, мало ли…

- То-то я без тебя с ними не справлюсь! Ла-адно, не обижайся, рассказывай дале… Нет, постой… Эй, караульный!

Тут же распахнулась дверь.